будто сжала безжалостная когтистая лапа и вот-вот раздавит. Как же все описываемое похоже на действия чернокнижника! Если он при помощи замороченных утащил ее в другое место, то она может быть жива еще и парень стал думать, как поступить: и демон на подходе, не отвлечь ему чистильщиков, и надо узнать, что же в доме торговца случилось… хоть разорвись… Но большая часть его души все же рвалась к Тьюн, чувствуя, что с ней приключилась беда.
— Идемте, пожалуй, быстрее к вашему дому, по дороге договорите, — приняв окончательное решение, он развернулся и быстро пошел прочь от площади.
«Надеюсь, команда ир Алессоро справится без меня, все-таки они опытные ребята», — размышлял Кальвадос, продолжая внимательно вслушиваться в слова торговца.
— Ну да, я ж говорю: молчком вломились, ничего из вещей не взяли, не убили. Меня пару раз только ногами ударили, когда попытался подняться, опять же молча все… Один только, который последним выходил, все бормотал что-то, я попытался прислушаться, да не наш язык-то. Как они ушли сразу сюда и побежал.
После этих слов Кальвадос окончательно уверился что в случившемся замешан разыскиваемый ими чернокнижник. Только зачем ему Тьюн? Глупо как-то запудрить мозги нескольким людям, чтоб те похитили ее.
Они все еще шли скорым шагом по улице, торговец шел чуть позади, в очередной раз пересказывая подробности нападения и размышляя о странностях похитителей. Он все сильнее выдыхался от ходьбы. Где-то далеко слева слышались выстрелы и рев хташа.
От внезапно возникшей мысли Кальвадос резко остановился, торговец с тихим ругательством натолкнулся на его спину.
— Подождите, мне надо подумать…
Ему пришло в голову, что человек, взывающий к темным силам, не станет просто так похищать конкретную девушку, ведь как он взял под контроль этих исполнителей, то так же и нашел бы любую другую. Значит, именно она ему нужна для какого-то ритуала и это будет нечто иное, чем в Ухабице и Хомутках, иначе люди уже безумствуя носились бы по улицам этого городка. Вывод напрашивался только один: девушек темные маги обычно похищают не для романтического ужина, а для жертвоприношений и других непотребств…
— Мы не пойдем к вам домой, надеюсь, с вашей женой и домом ничего не случится… — Кальвадос стал оглядываться по сторонам, словно выискивая что-то или думая, куда им направиться. — В Двузубье ж, кажется, есть храм Единому, и есть ли у вас какие-нибудь старые кладбища, ну или капища? — спросил он торговца.
— Ну конечно храм у нас есть, правда, мы прошли поворот на ту улицу, а дальше, если его пройти, расположено и городское кладбище, только оно ухоженное, потом у нас есть у реки склад, там старые лодки хранят. Вот это место дурной славой пользуется, говорят, там люди исчезают. А еще… — не очень понимая, что пришло на ум молодому человеку, стал перечислять ир Трэнри.
— Нет, пока хватит. Давайте вернемся, начнем с храма, а потом, если понадобится, и на кладбище заглянем.
— Н-на кладбищ-ще? — запинаясь, пробормотал торговец. — Н-но зачем? Что вообще, тьма побери, происходит?
Кальвадос повернулся к мужчине, внимательно посмотрел на него. Ир Трэнри выбежал из дому практически раздетым и теперь трясся мелкой дрожью то ли от холода, то ли от страха. Но, пожалуй, — и от того, и от другого. И тут где-то в городе хташ взвыл особо громко, от этого звука торговец втянул голову в плечи и начал тихонько стучать зубами.
— Идите домой уважаемый, присмотрите за женой, заприте дверь и выпейте потом горячего молока или чаю, вы достаточно набегались за ночь. Только покажите, в какую сторону мне идти, чтоб как можно быстрее попасть к храму, — решительно отказался от его присутствия Кальвадос. В любом случае из торговца боец сейчас никакой: ни навыков, ни оружия. А подвергать угрозе жизнь мирного человека очень уж ему не хотелось, смертей и так много приключилось за столь короткое время, да и просто путаться под ногами станет. — Да и еще. У меня имеется к вам одна просьба: перед тем как вернуться домой, найдите кого-то из моего командования, они все на площади и скажите им, что объявился призыватель и я пошел по его следу. Расскажите им про нападение на ваш дом, про заложников и по возможности пусть пришлют подмогу к храму, а если там пусто, то на кладбище.
Торговец с готовностью закивал головой, обрадованный перспективой вернуться домой и избежать ночного сражения. Быстро объяснив молодому человеку как пройти к храму и кладбищу, он сказал напоследок:
— Все сделаю ир Борсон, не переживайте, идите, да пребудет с вами Свет и удача.
Кальвадос лишь махнул рукой на прощание, резко развернулся и побежал, он и так потерял несколько драгоценных минут.
Глава 14
На ходу вынимая из кармана длинные четки с кристаллами фламмы и наматывая их на правую руку, Кальвадос бегом направлялся к храму. Торговец весьма сносно объяснил ему дорогу и в течение трех минут он уже стоял у ворот. Изо рта вырывались облачка пара, сердце колотилось как бешеное — не только от страха за Тьюн: бег в кирасе с кучей снаряжения очень выматывает, единственный плюс — сейчас не изнуряющее жарой лето. На секунду молодой человек прислушался — звуки выстрелов уже слышались ближе к площади. Отгоняя от себя мысли о том, справятся ли патрульные, он мысленно перекрестился и решительно потянул на себя узорную калитку.
— Ты думаешь, решишь проблему, если убьешь чернокнижника? А сможешь ли ты сам его убить? Или, может, надеешься, что в глазах Тьюн будешь ее героем-спасителем? — с
