Читаем без скачивания Все о внешней разведке - Колпакиди Александр Иванович

С 1920 г. — член Социалистического студенческого со­юза, с 1922г. — член Австрийского коммунистического со­юза молодежи, работал в Центральном отделе пропаганды союза. В 1924 г. вступил в КП Австрии, тогда же поступил в  австрийское отделение МОПР, являлся членом его ЦК.

В 1928 г. А. Дейч побывал в Москве в составе австрийс­кой рабочей делегации. После возвращения в Вену три ме­сяца работал инженером-химиком на текстильной фабрике. С декабря 1928 по октябрь 1931 г. он сотрудник подпольного аппарата ОМС Коминтерна в Вене. Выполняя поручения руководства, выезжал в качестве курьера и связника в Гре­цию, Германию, Чехословакию, Румынию, Сирию, Пале­стину.

В декабре 1931 г. в связи с провалом венского бюро ОМС А.Дейч был отозван в Москву, переведен из КПА в ВКП(б) и направлен в аппарат ОМС Коминтерна. Несколь­ко месяцев спустя по рекомендации Коминтерна он пере­ходит на работу в ИНО ОГПУ.

В январе 1933 г. А. Дейч вместе с женой был направлен на нелегальную работу в Париж в распоряжение резидента Ф.Я.Карина (Крутянского). Работал в качестве курьера, помощника, а затем замрезидента (псевдоним Отто). Ус­пешно выполнял специальные задания в Бельгии, Голлан­дии, Австрии и Германии.

В феврале 1934 г. переведен на нелегальную работу в Лондон (псевдоним Стефан), где для прикрытия поступил на психологический факультет Лондонского университета, работал лектором и исследователем.

За период работы в Англии А.Дейч привлек к сотруд­ничеству с СССР свыше 20 человек, в том числе членов знаменитой «кембриджской пятерки» (Ким Филби, Гай Берджесс и др.). В 1934 г. совместно с Д. А. Быстролетовым он завербовал шифровальщика Управления связи британс­кого МИД капитана Дж. Кинга (Маг), в результате чего советская разведка получила доступ к секретам британской дипломатии. Ценные источники информации Бэр, Аттила и Нахфолгер (Наследник), завербованные А. Дейчем, так и не были раскрыты британской контрразведкой. В июне — июле 1935 г. работал под руководством нелегального рези­дента в Лондоне А. М. Орлова-Никольского.

В августе 1935 г. А. Дейч был отозван в Москву, где работал в группе «Г» ИНО, но уже в ноябре 1935 г. вернул­ся в Лондон. До апреля 1936 г. работал самостоятельно, а затем до августа 1936 г. — под руководством резидента Тео­дора Малли (Манн). Совместно с последним участвовал в создании глубоко законспирированной «оксфордской груп­пы» агентов. В 1936 г. защитил диплом доктора психологии Лондонского университета.

В сентябре 1937г. А.Г.Дейч возвратился из Лондона в Москву. В ноябре того же года выезжал в Лондон для кон­сервации агентурной сети, после чего сразу же вернулся в СССР.

В 1938 г. А.Г.Дейч и его супруга получают советское гражданство и паспорта на фамилию Ланг — Стефана Гри­горьевича и Жозефины Павловны. Через некоторое время он становится научным сотрудником Института мирового хозяйства и мировой экономики АН СССР.

Как и многие другие советские разведчики того вре­мени, А. Г. Дейч обладал разносторонними знаниями. Еще в Англии он зарегистрировал четыре патента, включая тренажер для обучения пилотов, которые он отправил в Москву. Ему также принадлежало авторство ряда опера­тивных устройств и приспособлений, рецептов симпати­ческих чернил.

В декабре 1940 г. начальник разведки НКВД П. М. Фи­тин предложил Л.П.Берии направить А.Дейча в каче­стве нелегального резидента в США, по легенде — еврей­ского беженца из Прибалтики, однако этот план не был реализован.

После начала Великой Отечественной войны А. Г. Дейч был направлен в ноябре 1941 г. нелегальным резидентом в Аргентину вместе с группой разведчиков, однако в связи с началом войны между Японией и США первоначально выб­ранный маршрут через Иран, Индию и страны Юго-Вос­точной Азии стал опасен — и 8 месяцев спустя группа воз­вратилась в Москву. Был разработан новый вариант поезд­ки, на этот раз через Северную Атлантику.

7 ноября 1942 г. транспорт «Донбасс», на котором нахо­дился разведчик, был потоплен немецким крейсером. По словам очевидцев, А. Г. Дейч героически погиб, спасая жиз­ни других.

Свое первое задание — подобрать среди выпускни­ков Кембриджа такого же, как и он, убежденного ан­тифашиста и сторонника коммунистической партии — К. Филби выполнил блестяще. Этим человеком оказал­ся Гай Берджесс, о котором речь пойдет дальше. Сле­дуя указаниям своих кураторов из ИНО НКВД, К. Филби отошел от коммунистической партии и за­нялся журналистикой. При помощи знакомого своего отца он устроился помощником редактора газеты «Ревю оф ревюз», стал членом общества англо-гер­манской дружбы, активно сотрудничал с германским посольством и с фашистским журналом «Геополитик». После начала гражданской войны в Испании Филби в числе немногих журналистов в качестве корреспонден­та газеты «Тайме» получил аккредитацию при штабе Франко. Там он был единственным журналистом, ко­торой получил Красный крест за военную доблесть из рук генерала Франко.

Пребывание в Испании и профранкистские коррес­понденции упрочили репутацию Филби — реакционно настроенного человека, отошедшего от коммунистичес­ких идей как от увлечения молодости. Это сыграло боль­шую роль при его приеме в английскую разведку, кото­рой было известно о левых политических взглядах К. Филби в студенческие годы. Приглашение работать в СИС К. Филби получил в июле 1940 года при помощи Г. Берджесса, который попал в СИС раньше него. Сыгра­ла здесь свою роль и начавшаяся война с Германией. Первоначально К. Филби был сотрудником отдела «Д» (диверсии), а затем руководителем испанского отделе­ния контрразведывательного отдела СИС. Здесь он про­явил себя инициативным, вдумчивым работником и смог добиться хороших результатов по нейтрализации немец­кой агентурной сети в Испании. Кроме того, Филби отличали внимательное отношение к сослуживцам и точ­ность при выполнении распоряжений начальства/Благо­даря этому уже в 1943 году он получил предложение остаться в кадрах СИ С и после войны (до этого он чис­лился сотрудником военного времени) и был выдвинут на должность помощника начальника контрразведыва­тельного отдела СИС. В 1944 году К. Филби становится начальником нового, 9-го отдела СИС, в задачу которо­го входила работа против советской разведки и комму­нистического движения.

За время работы в контрразведывательном отделе Филби передал своим операторам в Лондоне массу важнейшей секретной информации. Прежде всего это касается списков агентов СИС во всех странах, и прежде всего в Советском Союзе. В мае 1941 года он передал информацию о перелете заместителя Гитлера Р. Гесса в Англию. Немаловажное значение имели со­общения К. Филби о переговорах в Испании в. 1943 году между начальником абвера адмиралом Канарисом и англичанами. А в конце войны он представил документальные материалы о секретных переговорах представителей английских и американских спецслужб с некоторыми немецкими генералами и политически­ми деятелями на предмет заключения сепаратного мира.

После окончания войны К. Филби, уже штатный со­трудник СИС, был в 1946 году направлен резидентом в Турцию под прикрытием должности первого секретаря посольства Великобритании. В круг его обязанностей вхо­дила подготовка и заброска агентов на территорию Ук­раины, юга России и в -Закавказье. Об этом, как и о многом другом, К. Филби регулярно ставил в извест­ность сотрудников советской разведки, благодаря чему вся работа англичан по созданию в СССР агентурной сети пошла насмарку. Также при помощи полученной от К. Филби информации удалось сорвать высадку в октяб­ре 1949 года вооруженных отрядов в Албанию, где анг­личане собирались устроить восстание с целью сверже­ния правительства коммунистов.

В конце 1949 года К. Филби был направлен в Ва­шингтон в качестве офицера связи между СИС и ЦРУ. Это назначение свидетельствовало о том, что К. Фил­би готовили на должность начальника СИС. Руковод­ство американских спецслужб относилось к нему с большим уважением, а начальник контрразведыватель­ного отдела ЦРУ Д. Энглтон прямо называл К. Филби своим учителем. Полное доверие к К. Филби со сторо­ны американцев позволило по возможности локализо­вать провал в английской сети МГБ, начало которого уходит в 1944 год. Именно тогда финнам удалось захва­тить на фронте советскую шифровальную книгу, кото­рую они после войны передали американцам. Появле­ние в середине 40-х годов быстродействующих вычис­лительных машин позволило ЦРУ начать операцию «Венона», целью которой была дешифровка перехва­ченных советских сообщений. К началу 1950 года была расшифрована телеграмма, отправленная в 1944 году из советского посольства в Вашингтоне в Москву, в которой содержались сведения, известные ограничен­ному кругу лиц. К середине апреля 1951 года было ус­тановлено, что данные материалы могли быть переда­ны русским одним из трех человек, в число которых входил и Д. Маклин.