речь становится более невнятной. Сара поняла его намерение; пара непристойных комментариев ночному портье – и вот он уже местный, которому повезло на свидании. Это был единственный сценарий, который мог без подозрений объяснить их столь позднее прибытие и оплату наличными.
Сара подыграла, когда, чтобы довершить картину, Майкл похотливо схватил ее за задницу и нарочито повел в комнату. Чувствуя руку Майкла у себя внизу спины и понимая, как легко она могла бы на это купиться, Сара вышла из образа, как только они оказались внутри.
– Что теперь?
Они впервые оказались вдвоем после ухода из офиса Дэниела. Впервые рядом не было ни водителя такси, ни других пассажиров. Майкл мог наконец-то поделиться планом, который вынашивал в уме.
– Мы наведаемся в кабинет Макгейла и посмотрим, что удастся найти.
– Когда? – Сара не хотела останавливаться. Они уже далеко зашли по инерции, и ей не хотелось этого терять. Майкл, казалось, разделял ее стремление.
– Сегодня, – ответил он. – Это наш единственный шанс. О том, что мы в Белфасте, пронюхают быстро, и после этого первым делом придут проверить офис убитого.
– Ты узнал, где находится его офис?
– Еще нет. – Майкл доставал телефон из кармана брюк. На экране была трещина – спасибо первому нападению. Однако, каким бы побитым ни был телефон, из сегодняшней драки он выбрался целее Майкла.
Следующие несколько минут Майкл провел, разыскивая Макгейла в интернете:
– Он был преподавателем политологии в Королевском университете. Это в пяти минутах отсюда. У него наверняка есть кабинет в здании факультета. Нам только нужно выяснить, в каком из зданий находится этот факультет. Это должно быть на сайте.
Сара кивнула:
– Пойдем тогда.
Прошел почти час – и они были на Университетской улице. Майкл записал маршрут и затем разобрал оба телефона. Десятки уголовных процессов научили его, что мобильные телефоны являются маяками для кого угодно с нужной аппаратурой. Риск был слишком велик. Майкл предпочитал старомодный вариант – исписанный клочок бумаги.
Расположенный в самом сердце студенческого городка, среди зелени Университетской площади, Королевский университет был именно таким, как описал Майкл. По крайней мере, судя по тому, что Сара разглядела в темноте. Тщательно подстриженный газон был практически неосвещенным, и поэтому они пересекли площадь, не боясь быть обнаруженными.
Здание факультета было прямо перед ними. К величественному входу в здание вела короткая каменная лестница.
Майкл первым оказался у ее подножия. Затем повернулся к Саре и прошептал, чтобы она шагнула в тень, пока он поднимается. Сара не привыкла слепо следовать указаниям, но сейчас было не время спорить. Она скрылась в темноте и наблюдала, как Майкл разбирается с замком.
Саре не было видно, что именно Майкл сделал в перерыве между тем, как потряс дверь, чтобы убедиться, что она заперта, и тем, как открыл ее. Что бы это ни было, она была удивлена. Каким-то образом Майкл обошел систему безопасности и получил доступ внутрь.
Откуда он, черт возьми, знает, как это сделать?
– Жди там.
Услышав эти слова, она посмотрела на Майкла. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как он исчезает в темном дверном проеме. Пару минут спустя он появился вновь и поманил Сару.
Грэм Арнольд был уважаемым гражданским сержантом. Несмотря на то, что сейчас он служил в полиции Северной Ирландии, сам себя он считал верным членом ее предшественницы, печально известной Королевской полиции Ольстера[21]. Однако сейчас он сидел в полицейской машине без опознавательных знаков, не будучи представителем ни одной из указанных служб, и смотрел, как Майкл исчез в здании во второй раз.
– Это было быстро, – сказал он с улыбкой. – Похоже, в Англии на юридическом учат, как проворачивать темные делишки, а?
– Думаю, это объясняет, как он ушел от парнишек Стэнтона, – ответил Ноэль Бест, друг, коллега и соучастник Арнольда. Бест, без сомнения, был так же удивлен, как его товарищ, когда увидел, с какой легкостью адвокат проник в здание. Однако на его уверенность это, похоже, не повлияло. – Давай посмотрим, как он уйдет от нас. Звони.
Арнольд кивнул, уже держа телефон у уха. На звонок ответили на первом гудке.
– Вы были правы, они здесь. Эти двое только что вошли внутрь.
Когда Арнольд слушал ответ, наступила тишина.
– Не волнуйтесь, – сказал он, – мы никого не будем недооценивать. Должен ли я позвонить вам, когда дело будет сделано?
Наступила еще одна короткая пауза, во время которой Стэнтон отвечал. Арнольд, ничего не сказав, просто повесил трубку и повернулся к своему спутнику:
– Похоже, твои хотелки исполнятся. Стэнтон хочет, чтоб мы задали им жару.
Сорок два
Сара прищурилась в тусклом свете внутри факультетского здания. Большой вестибюль тут и там освещали аварийные лампы, установленные во имя здоровья и безопасности. Свет был слишком слабым, чтобы можно было разобрать имена профессорско-преподавательского состава в списке у главного входа.
С третьего раза ей удалось зажечь зажигалку, которую она вытащила из кармана. Не факел, конечно, но тоже сойдет. Она поднесла ее к стеклу и пробежала глазами список.
Два слова – «Эймон Макгейл», которые искала Сара, были почти в самом начале. Проведя пальцем вправо, она дошла до трехзначного числа – 6.11.
Сара повернулась к Майклу, но он тоже заметил номер и был уже на полпути к устаревшей клетке лифта, который проходил через середину центральной лестницы здания. Он не тратил времени зря.
Она последовала за ним в лифт и нажала кнопку «6», пока он захлопывал створки. Она услышала, как двери заблокировались, и подъемный механизм с удивительной скоростью поднял их на верхний этаж.
На шестом этаже Майкл вышел. Сара шла следом, клетка у нее за спиной закрылась сама. Майкл, однако, снова ее открыл и без объяснения причин поместил мусорное ведро между створками, не давая дверям полностью закрыться. Прежде чем Сара успела спросить зачем, он увлек ее по темному коридору в сторону офиса 6.11.
Когда ее глаза привыкли к темноте, Сара стала замечать детали на развешанных по стенам плакатах. Разглядеть ей удалось только написанное крупным шрифтом. Однако и этого хватило, чтобы понять политические предпочтения университета, если бы Саре это было интересно. Майкл был католиком. Он наверняка видел эти республиканские лозунги раньше. Пропаганда за сорок лет Смуты не изменилась. Сара, однако, не привыкла к тому, чтобы мир вокруг был столь отчетливо поделен на стороны и конфессии, поэтому плакаты ничего для нее не значили. Она сосредоточилась на номерах офисов.
Комната 6.11 была ближе к концу коридора. Еще пару дней назад она выглядела бы как любой другой кабинет. Но не сегодня.
