23 миллиарда долларов
Тео Альбрехт
Theodor Paul Albrecht
В ноябре 1971 года в Германии было совершено громкое преступление. Адвокат Ханс Иоахим Олленбург и профессиональный аферист Пауль Корн выкрали одного из совладельцев сети магазинов «Aldi» Тео Альбрехта прямо с порога его фирмы. Младшего из братьев Альбрехт погубила привычка покидать офис позже всех и скупость – из экономии Тео не вызывал даже личного шофера. Прежде чем затолкать Тео в машину, похитители потребовали показать им паспорт: уж больно потрепанный был на миллиардере костюмчик…
Прошло семнадцать дней, прежде чем семья Альбрехта, при посредничестве рурского епископа Франца Хенгсбаха (Franz Hengsbach), согласилась заплатить требуемый выкуп в 7 миллионов дойчемарок. Правда, небывалая по тем временам сумма выкупа вымогателей так и не осчастливила. В 1972 году они были арестованы, успев истратить меньше половины денег.
С тех пор братья Альбрехт стали вести еще более скрытный образ жизни. Интервью они принципиально не дают. Последняя фотография Тео датирована 1971 годом. Правда, в начале 1980-х одному репортеру после долгой охоты удалось заснять братьев вместе на выходе из штаб-квартиры концерна. Когда снимок лег на стол редактора одной из немецких газет, он искреннее возмутился: «Что вы меня дурачите? Хотите сказать, что эти два додика в мятых штанах и есть знаменитые миллиардеры?!» Действительно, на снимке были двое ничем не примечательных клерков в дешевых серых костюмах. Никто так и не смог достоверно сказать, были ли это братья Альбрехт или кто-то другой…
С тех пор в образе жизни Тео Альбрехта мало что изменилось. Даже с датой его рождения по-прежнему нет полной определенности. Одни источники говорят, что Тео Альбрехт родился 13 марта, другие сообщают, что 28 марта.
Впрочем, в этом последнем факте нет ничего удивительного: братья Альбрехт родились так давно, что уже стали частью истории. А подобные загадки историю только красят.
Теодор Пауль Альбрехт появился на свет в 1922 году, когда едва была подведена черта под Первой мировой войной. Проигравшая в войне Германия в это время погрузилась в глубокую депрессию: экономика, ориентированная на войну, оказалась не готова к мирной жизни, армия безработных пополнилась сотнями тысяч вернувшихся с фронта солдат, страны-победительницы обложили Германию огромными репарациями. В результате цены на товары первой необходимости выросли в пять–десять раз, рабочие бастовали, в городах не хватало продуктов… Сердце немецкой стальной и угольной промышленности – Рурская область, где жила семья Альбрехтов, – оказалась в особенно бедственном положении. После окончания войны предприятия стояли, а рабочим не платили зарплату. К этому времени отец семейства ушел из шахтеров и работал на маслобойне. Но в семье уже появился первый ребенок. И рождение Тео усугубило и без того тяжелое положение семьи. Если бы не лавка, которую открыла мать еще в 1913 году, кормить детей было бы просто не на что…
В общем, первые годы жизни Тео Альбрехта не были наполнены любовью: родителям было не до этого. Деревянная кроватка, которая досталась Тео от старшего брата, стояла за занавеской прямо в лавке матери. Брат в это время ползал под прилавком.
За этим прилавком они и росли: едва научившись ходить, Карл и Тео Альбрехт начали помогать матери в магазине. Так что когда сыновья пошли в школу, фрау Альбрехт пришлось долго искать себе наемного работника, который бы за небольшую плату согласился быть и грузчиком, и приказчиком, и кассиром, и полотером. Желающих было мало. А те, кто устраивался на работу, уходили, как правило, через неделю, не выдержав такого количества обязанностей. К счастью, младший сын Тео к наукам интереса не проявил и, отучившись несколько классов, снова вернулся в материнскую лавку и продолжил помогать родительнице.
Старший брат после окончания школы нанялся к местному мяснику Вайлеру. Поэтому Тео с течением времени стал фактически управляющим в небольшом семейном предприятии. И дела шли неплохо. Жизнь в Руре вернулась в свое прежнее русло, и рабочий люд, живший в Шонненберге, исправно покупал в лавке мыло, спички, табак, дешевую колбасу и карамельки для подружек.
Братья Альбрехт вообще не выделялись на фоне местного рабочего пейзажа. А тихий, хозяйственный Тео так и вовсе покидал лавку только для того, чтобы съездить к тем деревенским поставщикам, которые сами не привозили товар. Позже соседи вспоминали: Тео хлопотал в лавке с утра до ночи, а в остальное время его было не видно и не слышно.
Из неспешной болотистой жизни в Шонненберге братьев выдернула очередная война. Карла и Тео призвали почти одновременно. Война забросила Тео в Северную Африку, где по приказу Гитлера немецкие войска оказывали помощь менее удачливому диктатору – Муссолини.
Североафриканская кампания стала одной из романтических страниц Второй мировой войны. Особый приключенческий дух военным действиям в пустыне придавал природный колорит. Кроме того, в Северной Африке война велась «по правилам», и воюющие стороны демонстрировали джентльменское отношение друг к другу.
О войне в Северной Африке Эрих Мария Ремарк писал в своем романе «Время жить и время умирать»: Смерть пахла в России иначе, чем в Африке. В Африке, под непрерывным огнем англичан, убитым тоже случалось подолгу лежать на «ничейной земле» непогребенными, но солнце работало быстро. Ночами ветер доносил приторный, удушливый и тяжелый запах – мертвецов раздувало от газов, подобно призракам поднимались они при свете чужих звезд, будто снова хотели идти в бой, молча, без надежды, каждый в одиночку. Но уже наутро они съеживались, приникали к земле, бесконечно усталые, словно стараясь уползти в нее, – и когда их потом находили, многие были уже совсем легкими и усохшими, а от иных через месяц-другой оставались почти одни скелеты, громыхавшие костями в своих непомерно просторных мундирах. Эта смерть была сухая, в песке, под солнцем и ветром. В России же смерть была липкая и зловонная.
Можно сказать, что Тео Альбрехту повезло вдвойне. Хозяйственного молодого лавочника зачислили в тыловую службу. Здесь таланты Тео были крайне востребованы: в структуру службы входила пекарная рота, мясоразделочный взвод, интендантский отряд и полевая почта.
Альбрехт прошел Африканскую кампанию от начала до конца и в мае 1943 года сдался в плен войскам союзников вместе со 140 тысячами немецких солдат.
В плену Тео находился до конца войны. Собственно говоря, это не был плен в полном смысле слова. Формально американский лагерь военнопленных полностью соответствовал требованиям военного времени: колючая проволока, наблюдательные вышки с прожекторами и пулеметами… Но внутри лагеря пленные были сами себе хозяевами. За неимением другой работы, кроме собственного жизнеобеспечения, заключенные развлекались тем, что вели бесконечную торговлю и обмен между бараками. Предприимчивый Тео Альбрехт играл не последнюю роль в этом товарообмене, нередко прибегая к помощи американских солдат для того, чтобы добывать сигареты и выпивку. Однако и этот увлеченный и азартный торг оставлял достаточно свободного времени. В лагере Тео научился играть в гольф и остался верен этому увлечению на всю жизнь.
