Уже на следующий день после прибытия советские хоккеисты провели тренировку в Монреале. Они, благодаря тонкому психологическому ходу Боброва, «выглядели» этакими увальнями на коньках, действительно не умеющими пасовать и бросать, в противовес непобедимым профи. Защитники, пытавшиеся совершить какой-нибудь маневр, и вовсе едва не падали на лед. «Теперь мы точно порвем этих русских!» – пронеслось в голове некоторых из хозяев, которые и не догадывались, что советские тренеры и хоккеисты откровенно их дурачат.
«Советские хоккеисты пустились в неизведанное. Мы все хотели сыграть с канадцами, но совершенно не представляли, как будем это делать, – признавался в беседе со мной Валерий Шадрин. – Когда мы приехали в Канаду, то нас повели посмотреть на тренировку канадцев и посадили на верхний ярус трибун. Это была своего рода психологическая атака, поскольку все казалось мощным: и щелчки невероятной силы, и силовые приемы, и эта неимоверная их самоотдача. Когда канадцы пришли к нам на тренировку перед первым матчем, то сидели, развалившись в креслах на трибуне, чуть ли не курили сигары, показывали всем своим вальяжным видом, что не считают нас за соперников. Конечно, мы отдавали должное их силе и мощи, но наш тренер Всеволод Бобров призывал обратить внимание на слабую игру канадцев в пас и частые, неосмысленные, прямолинейные броски по воротам».
Объективности ради, заметим, что многое, увиденное советскими игроками на местной ледовой площадке, было для русских парней действительно в диковинку. Начиная от более узких размеров самой коробки и заканчивая меньшей «площадью ворот», что до предела обостряло игру на пятачке и позволяло, не нарушая правил, почти вплотную накатываться на голкипера. Да и ворота крепились на льду гораздо жестче, чем на европейских площадках. Необычными для советских хоккеистов были и борта – гораздо выше, почти на метр по сравнению с отечественными коробками из-за того, что над деревянным настилом борта крепилось 70 сантиметров прозрачного пластика.
Билеты по восемь долларов на первый матч в Монреале уже не продавались, поскольку слишком много было желающих посмотреть на «разгром» загадочных русских. Организаторы, смекнув о возможности разбогатеть, устроили лотерею, выпустив лотерейные билеты ценой в три доллара. Причем из ста таких билетов счастливый – входной билет на матч был один. В результате выручка с каждого зрительского места на трибуне составляла целых 792 доллара! Зрители шли в «Форум» с цветами в руках, нарядно одетые, готовясь праздновать победу над Советами!
Второго сентября 1972 года в 19 часов по местному времени началась та самая битва, которая стала первой и одной из самых впечатляющих оплеух в истории игр канадских профессионалов с советской сборной. По словам Мальцева, увиденное советскими хоккеистами на канадском льду перед матчем произвело на них очень сильное впечатление. Их поразил весь антураж перед первым вбрасыванием и началом поединка: появление игроков на поле под восторженный рев болельщиков, исполнение национального гимна, а также негодующие свистки, гул, трещотки в адрес разминающихся гостей. Участник суперсерии, спартаковец Евгений Зимин вспоминал потом, что волнение перед матчем было таким, что сдали нервы даже у железного Третьяка. «У всех наших ребят были бледные лица от сверхнапряжения, особенно у Владика Третьяка. Он спешил надеть вратарскую маску, словно хотел скрыть от окружающих свое волнение», – признавался Зимин.
Наконец после приветствий, исполнения гимна премьер-министр Канады Трюдо самолично произвел символическое вбрасывание и игра началась. Канадцы навалились на ворота Третьяка и буквально смяли защиту русских. Уже через полминуты после начала игры гол Фила Эспозито заставил завестись от восторга весь переполненный «Форум». Подобная тактика – ошеломить противника с первых секунд, которая сегодня часто применяется командами – хозяевами поля, тогда в 1972 году стала настоящим откровением для советских хоккеистов. Канадцы не давали советским игрокам даже прикоснуться к шайбе, обрушивая ураган атак на ворота Третьяка. Надо же такому случиться, что через 38 лет, уже в четвертьфинале Олимпиады в Ванкувере, сборная Канады повторит свой фирменный трюк уже в игре со сборной России и попросту сомнет ее оборону в первые десять минут игры.
А тогда казалось, что избиение младенцев только начинается и стены ледового дворца «Форум» вот-вот рухнут от многотысячного крика и бурных аплодисментов. Еще через шесть минут Фил Эспозито выиграл борьбу на «пятачке» в типично канадском стиле, продавив защитников, а Хендерсон поразил ворота Третьяка резким кистевым броском. «Теперь, парень, ты понял, куда попал!» – по легенде именно такие слова Эспозито бросил Третьяку в лицо. Канадские болельщики были в восторге, а сами хоккеисты упивались своим преимуществом в счете, снисходительно, «по-барски», улыбаясь. Вдобавок ко всему, во время музыкальных пауз, которые советским игрокам были тоже в новинку, похоронная мелодия сменила «Подмосковные вечера».
Но вскоре советским хоккеистам удалось совладать с нервами. «Потом мы быстро взяли себя в руки и с каждым днем все больше чувствовали этот накал, эту атмосферу, которая проникла во все наши поры», – вспоминал Александр Якушев[10]. На двенадцатой минуте шайба попала к Якушеву, перед которым находился один защитник. Форвард двинулся на канадца, и когда их разделяли считаные сантиметры, защитник не выдержал и рванулся навстречу. В это мгновение Якушев искусно переправил шайбу Шадрину, который, увидев Зимина, отпасовал шайбу последнему. Зимин бросил в нижний угол. Гол! Вскоре Владимир Петров сравнял счет.
И вот тогда настал звездный час связки Мальцев – Харламов, двух друзей по жизни, получивших в Канаде шанс сыграть в одном звене против местных профи. «Отправляясь в раздевалку, я начинаю понимать, что игра будет долгой и трудной, более трудной, чем мы могли вообразить. Сомневался ли кто-нибудь в том, что мы легко преодолеем сопротивление русских? – писал в своей книге Кен Драйден. – В этом усомнился Валерий Харламов. Он играл на левом крыле первой тройки советской команды и двигался с неимоверной быстротой. Находясь у противоположного борта, он получил шайбу от Александра Мальцева. Ушел от Рода Джилберта, обыграл Дона Оури. Совершенно неожиданно шайба проскакивает у меня между ног и влетает в ворота».
В «Форуме» стих гул и замолкли трещотки, когда через восемь минут ситуация повторилась. Снова последовал пас Мальцева на Харламова и армеец произвел неожиданный для Кена Драйдена выстрел. Канадский вратарь среагировал на бросок с опозданием – от его ловушки шайба влетела в створ ворот. Уже 4:2. В третьем периоде канадцы сократили разрыв в счете. Но в последние семь минут матча они получили еще три пробоины от русских. Михайлов, Зимин и Якушев довели счет до неприличного для канадских профи.
