— О!.. — В голосе Фебы послышался искренний ужас. Она с трудом могла в это поверить, поскольку полагала, что новая знакомая всего на несколько лет старше ее самой.
— Я вышла замуж совсем молоденькой девушкой, — объяснила Ианта. — Да и сейчас еще совсем не стара, хотя уже несколько лет, как овдовела.
— А я думала, мы с вами ровесницы, — откровенно заявила Феба.
Этих слов оказалось достаточно, чтобы скрепить дружбу. Ианта, посмеявшись над этим недоразумением, поведала мисс Марлоу, что ее единственному ребенку уже шесть лет.
— О нет, это просто невозможно! — воскликнула Феба и оказалась в совершенно незнакомой для себя роли Главного Доверенного Лица.
Не прошло и двадцати минут, как она уже знала, что уединенную жизнь Ианту заставляют вести родственники ее мужа, которые считают, будто она должна носить траур в деревенской глуши.
— Я удивлена, что вы подчиняетесь таким варварским требованиям! — в ужасе заметила Феба.
— Увы, есть человек, обладающий оружием, против которого я бессильна! — печально объяснила Ианта. — Он единственный опекун моего бедного мальчика. Судьба одним ударом лишила меня и мужа, и сына. — Заметив испуг на лице Фебы, леди Генри добавила: — Опекунство над Эдмундом поручено не мне. Я не должна говорить об этом, но я вижу, что вы поймете мое отчаяние. Я уверена, что могу вам довериться. Вы себе представить не можете, какое это облегчение — говорить откровенно. Мне постоянно приходится быть осторожной. Но хватит о моих бедах и трудностях!
Даже если бы Ианта захотела продолжить рассказ о своих бедах, она не смогла бы сделать этого, поскольку леди Элвастон уже встала, чтобы попрощаться с хозяйкой. Ианта протянула руку Фебе, заметив мягким голосом:
— Я вижу, мама собирается уходить. Значит, я тоже должна прощаться. Вы надолго в городе? Я бы с удовольствием увиделась с вами еще. Может, вы доставите мне радость и как-нибудь навестите меня? Я бы хотела, чтобы вы увидели моего маленького мальчика!
— А он с вами в Лондоне? — удивилась Феба. — Я вспомнила. Я хочу сказать, что с радостью навещу вас, мадам.
— Уверяю вас, мое решение привезти Эдмунда в город никто не одобрил, — жалобно сообщила Ианта. — Но даже опекун не может запретить мне отвезти его погостить к моим родителям. Мама очень любит внука и сильно расстроилась бы, если бы я приехала без него.
Леди Генри Рейн пожала руку Фебе и отбыла, оставив девушку терзаться муками сомнения и любопытства.
С самого начала знакомства Фебу очаровала красота Ианты. Поговорив с ней несколько минут, девушка была очарована ее обаятельными манерами и восхитительной улыбкой, с которой Ианта поведала ей, как смело она борется с трудностями. Однако Феба отличалась не только мягкостью и добротой, но и недюжинным умом. Пока ее романтическая душа купалась в трагической ауре, окружавшей Ианту, прозаический ум безжалостно указывал на некоторые несоответствия ее рассказа и заставил усомниться в правдивости откровений, которых она вдоволь наслушалась за столь короткий срок.
Фебе очень хотелось выяснить, кто же является родственником Ианты. Она знала, что та носит фамилию Рейнов, но этот род был очень многочисленным. Так что Феба понятия не имела о степени родства леди Генри с Сильвестром, но просветить ее в этом вопросе бабушка, несомненно, могла.
— Ианта Рейн? — переспросила пожилая леди, когда они возвращались домой от миссис Стауэр. — Красивая женщина, ты не находишь? Конечно, глуповата, но ее нельзя не пожалеть. Она дочь Элвастона и вышла замуж за бедного Генри Рейна в первый же свой сезон в высшем свете. Генри умер, когда их сын был совсем еще маленьким. Страшная трагедия! По-моему, причину его смерти так и не выяснили. Внешне казалось, что здоровее Гарри никого нет на свете! Единственное, что я слышала: болезнь таилась внутри. Ах, если бы они пригласили тогда моего милого сэра Генри Халфорда!
— Я знаю, что она была замужем за представителем рода Рейнов, мадам… Но кто был ее мужем?
— Кто был ее мужем? — повторила вдова. — Ну, конечно же, брат Сильвестра! Они были близнецами, и оттого смерть Гарри была для него во много раз тяжелее.
— Тогда ребенок… Маленький сын леди Генри?… — запинаясь, произнесла Феба.
— О, с ним все в порядке, по крайней мере я ничего страшного не слыхала! — ответила вдова, нагнувшись, чтобы заглянуть в витрину шляпного магазина. При этом она не переставала говорить: — Моя милая, интересно, эта шляпка из соломки?… Нет, эти розовые цветы тебе не пойдут! Что ты сказала? Ах, да, о сыне Гарри! Очаровательный малыш, насколько я поняла из рассказов! Сама я его не видела, поскольку он живет в Чансе.
— И он… я так поняла из слов леди Генри… находится под опекой герцога Салфорда?
— Да, и является его наследником, хотя это скорее всего и не имеет особого значения. Ианта жаловалась тебе? — Леди Ингхэм проницательно посмотрела на Фебу и мягко произнесла: — Мой тебе совет, дорогая: поменьше верь тому, что она тебе наговорила. Все дело в том, что Ианта никогда не ладила с Сильвестром. Она страшно разозлилась, когда узнала о завещании мужа. Мне кажется, Сильвестру следовало бы и ее сделать опекуншей мальчика, но он повел себя с ней не очень тактично.
— В это я легко могу поверить! — вставила Феба. — Он очень привязан к мальчику, мадам?
— Думаю, Сильвестр его любит. Ведь он — память о Гарри, хотя все говорят, что мальчик — копия матери. Но дело в том, моя дорогая, что молодые люди чаще всего не испытывают особой любви к маленьким детям. Как бы там ни было, герцог Салфорд, вне всяких сомнений, выполнит свой долг перед племянником.
— Мачеха тоже выполнила свой долг передо мной, — заметила Феба. — Мне кажется, я понимаю чувства леди Генри.
— Ерунда! — покачала головой леди Ингхэм. — Не стану от тебя скрывать, моя дорогая, поскольку ты все равно услышишь от кого-нибудь еще: в данный момент отношения между Сильвестром и Иантой обострены из-за того, что эта дурочка всерьез подумывает о втором замужестве и знает, что Сильвестр не разрешит ей увезти мальчика из Чанса.
— Ох! — вскрикнула Феба, и глаза ее запылали. — Как герцог Салфорд может быть таким жестоким? Неужели он надеется, что она до самой смерти останется вдовой? На мой взгляд, Ианта и так достаточно натерпелась, выйдя замуж за одного из Рейнов. По-моему, на всем свете не найти более высокомерных людей.
— Прежде чем так поспешно судить, — сухо заметила вдова, — тебе нужно учесть, что если именно это высокомерие заставило Сильвестра запретить своему наследнику жить с Наджентом Фотерби, то мальчику, несомненно, повезло, что его опекун столь высокомерен.
