Уже случилось, но ФРС не сообщает об этом, потому что она не обязана ревальвировать свои доходы до рыночной цены. Эта ситуация достигнет критической стадии, когда придет время развивать программу «количественного смягчения». ФРС может игнорировать потери денег при переоценке по рынку на кратких сроках, но когда она будет продавать долговые обязательства, эти убытки станут заметны.
Система прекрасно осведомлена о своей проблеме. В 2008 году ФРС послала представителей на встречу с Конгрессом, чтобы обсудить возможность поддержки ее баланса с помощью выпуска собственных ценных бумаг, как это делает Казначейство. В 2009 году Джанет Йеллен, в то время – президент Федерального резервного банка Сан-Франциско, публично потребовала этого в своей речи в Нью-Йорке[47]. Учитывая возможность ФРС выпускать свои ценные бумаги, Йеллен сказала, что будет «счастлива купить их» и что «это будет прекрасным вложением». Казалось, что Йеллен во всем поддерживает эту программу. Между тем крен ФРС в сторону неплатежеспособности стал более очевидным, когда она стала прилагать больше усилий в области капиталовложения. Получив разрешение Конгресса на выпуск своих ценных бумаг, ФРС могла начать «количественное смягчение» без обязательной продажи существующих ценных бумаг. Продажи новых ценных бумаг Федерального резерва стали бы заменой продаж старых бумаг Казначейства. С такой заменой убытки на владении ценными бумагами казначейства были бы надежно спрятаны.
Эта афера с ценными бумагами была остановлена в Конгрессе США, и, когда это не получилось, ФРС понадобилось новое решение. Времени до того момента, когда «количественное смягчение» придется отменить, становилось все меньше. Решением стала сделка между Казначейством и ФРС, которой не требовалось одобрение Конгресса.
Каждый год ФРС зарабатывает на процентных ставках, полученных с ценных бумаг Казначейства, которыми она владеет. ФРС выплачивает эти доходы обратно Казначейству. В 2010 году ФРС и Казначейство согласились, что Федеральный резерв может на неопределенный срок приостановить выплаты. Доход остается у ФРС, и те деньги, которые обычно выплачиваются Казначейству, остаются как счет пассива – обычно в виде долговой расписки. Эта беспрецедентная ситуация ярко показывает, как все безнадежно.
Теперь, когда убытки все растут, ФРС не сокращает капитал, как ей следовало бы делать. Вместо этого система увеличивает количество долговых расписок. Таким образом, ФРС выпускает частные долговые расписки для Казначейства и использует валюту, чтобы избежать неплатежеспособности. Пока эти расписки используются, капитал ФРС не уменьшится из-за потерь по ценным бумагам. На бумаге проблема капитала Федерального резерва решена, но на самом деле ФРС увеличивает соотношение заемного и акционерного капитала и скрывает убытки в Казначействе. Те исполнители, которые этим занимаются, будут посажены в тюрьму. Надо учитывать, что Казначейство – это государственное учреждение, тогда как ФРС – частное и управляется банками, так что это очередной пример использования налогоплательщиков для банковской выгоды.
В США сейчас есть система, при которой Казначейство все время терпит убытки и продает ценные бумаги, чтобы не разориться. ФРС печатает деньги, чтобы купить эти бумаги, и покрывает убытки. Затем Казначейство берет долговые расписки у ФРС, чтобы она не разорилась. Это – смертельный номер, за которым достаточно интересно наблюдать. Эти партнеры напоминают двух пьяниц, поддерживающих друг друга, чтобы не упасть. Сегодня, при соотношении между облигациями и акциями 50 к 1, со своими инвестициями в ценные бумаги ФРС более похожа на полуразорившийся фонд комплексного рискового инвестирования, чем на центральный банк.
Эд Коч, мэр Нью-Йорка в 1980‑х, был известен тем, что гулял по городу и спрашивал прохожих со своим нью-йоркским акцентом: «Ну, как я вам?» – с целью получить отзыв на свое правление. Если бы такое спросила ФРС, ответ был бы печален – с момента своего основания в 1913 году она не выполнила ни одного своего обязательства. Единственным успехом ФРС было то, что за время ее существования золотой запас Казначейства увеличился с $11 млрд в 1971 году до $400 млрд сейчас. Конечно, этот подъем зависел от падения доллара. В целом сложно представить более бессмысленное государственное учреждение, чем ФРС.
Монетаризм
Монетаризм – это экономическая теория, которая ассоциируется с Милтоном Фридманом, лауреатом Нобелевской премии по экономике в 1976 году. Основное положение этой теории заключается в том, что изменения в денежном обращении – это самая главная причина изменений в ВВП. Эти изменения в ВВП, если измерять их в долларах, могут быть разделены на два вида – реальный компонент, который приводит к реальной прибыли, и иллюзорный компонент. Реальный плюс иллюзорный равняется номинальному увеличению, измеряемому в долларах.
Достижением Фридмана стала демонстрация того, что увеличение денежного обращения с целью увеличения объемов производства будет работать только до определенного момента; кроме того, любые номинальные доходы будут инфляционными, а не реальными. В итоге ФРС может печатать деньги, чтобы получить номинальный рост, но всегда будет граница, после которой реальный доход исчезнет. Фридман также предполагал, что инфляционный эффект увеличения денежного оборота может появиться с некими проблемами, так что в краткосрочный период печать денег может увеличить реальный ВВП, но инфляция вскоре появится и уберет действительные доходы.
Идея Фридмана состояла в уравнении, известном как качественная теория денег. Переменные в его формуле – это М – денежный оборот, V – скорость обращения денег, P – ценовой уровень, и y – действительный ВВП:
MV = Py
Это звучит как «Денежный оборот, умноженный на скорость обращения денег, равен номинальному ВВП, который может быть разбит на изменения ценового уровня и действительный рост».
Денежный оборот (М) контролируется ФРС. Федеральный резерв увеличивает денежный оборот, покупая правительственные ценные бумаги за напечатанные деньги, и уменьшает оборот, продавая ценные бумаги за деньги, которые затем исчезают. Скорость денежного обращения (V) – это скорость, с которой деньги проходят цикл. Если кто-то тратит доллар, и получатель тоже его тратит, то у этого доллара скорость равняется двум, потому что он был потрачен дважды. Если вместо этого доллар был положен в банк, у этого доллара скорость оборота равняется нулю, потому что доллар вообще не был потрачен. С другой стороны, это уравнение говорит о том, что рост ВВП имеет реальный (y) и инфляционный компоненты (P).
