Читаем без скачивания Система рыжего карлика - Павел Шаров

        Выбравшись на свежий воздух, космонавты увидели, что день на исходе, и пора бы пообедать. ПИП извлек из космотанка походную кухню и стал готовить ужин. Вася подошел к тете Вале и по прибору-переводчику позвал Боба. Тот моментально подкатил к Васе.

        – Боб, у меня к тебе просьба, принеси пузырь молока дивы.

        Боб тут же исчез и через пару минут появился с молоком. Когда космонавты расселись на лужайке пообедать, их окружила толпа шарообразных и гусениц. Им было интересно и удивительно, как это двуногие, двурукие и двуглазые управляются с пищей только одним ртом.

        После обеда командир собрал космонавтов и предложил разбить на этом месте временную базу, а путешествие продолжить завтра с утра. Космонавты быстро воздвигли надувной домик, вывесили на высоте двух километров искусственное солнце и принялись за свои дела.

Еще один храм

        Утром, сразу после завтрака, космонавты свернули временную базу. Предстояло посетить здешний храм, оставленный «могучими». Вася подошел к тете Вале и крикнул в аппарат-переводчик:

        – Боб, Крупный! Куда вы пропали! Нам пора в храм!

        Боб и Крупный не заставили себя долго ждать. Они тут же появились из пещеры и вприпрыжку покатились к базе, горя желанием участвовать в дальнейшем путешествии «сильных». Более того, они появились еще с одним шарообразным, который, как потом выяснилось, бывал в храме и знал, как в него пробраться. Вася тут же прозвал его Местным.

        Оказалось, что до храма совсем недалеко. Он располагался немного южнее, между двух озер. Высокая скала выделялась среди других тем, что она по форме напоминала пирамиду. Космонавты выбрали на вершине пирамиды небольшую площадку и посадили там космотанки. Так же, как и прежняя, эта пирамида храма была вся в трещинах. Местный шарообразный уверенно повел команду по образовавшимся со временем расщелинам к центру пирамиды. В центре храма тоже стоял столб, но воды в храме не было. То ли она вообще здесь не была предусмотрена, то ли система водоснабжения вышла из строя, но воды не было. Единственным препятствием для аборигенов, чтобы доползти до верхнего торца центрального столба, была высота этого столба, вокруг которого вилась винтовая лестница с высокими ступенями. Именно это обстоятельство было, по-видимому, причиной того, что на торце столба ничего не осталось, ни гробницы, ни волшебных кристаллов. Любопытные аборигены разрушили все, что можно было разрушить за многие тысячи лет с момента, когда планету покинули «могучие».

        – Ничего интересного здесь нет, – сказал Афанасий, – давайте сделаем так: все возвращаются к космотанкам, а мы с ПИПом что-нибудь попытаемся найти внизу.  

        Вернувшись на космотанк, Вася уселся с тетей Валей и спросил Местного:

        – Мы ищем шарики, которые были наверху, на столбе. Где они?

        – Шарики… шарики… говорят… были шарики… один  внизу… упал… глубоко… сверкал… теперь не сверкает.

        – В каком низу?

        – Там… там… внизу.

        – Провести можешь?

        – Можешь… вниз… надо.

        Вася по переговорному устройству связался с отцом.

         – Ну, как, папа? Нашли что-нибудь?

         – Нет. Здесь много мусора, если что и было, превратилось в пыль.

         – Подождите нас, папа. Мы с Местным сейчас спустимся на космотанке. Он что-то знает.

        Отец дал команду Эдуарду последовать предложениям местного шарообразного. Все, включая Боба, Крупного и Местного, расселись по своим местам в космотанке и спустились вниз, к основанию пирамиды. Местный также уверенно повел команду по лабиринтам полуразрушенной пирамиды. Когда пролезли через последнюю щель к центру пирамиды, увидели у основания столба в свете подвешенного фонаря копошащихся в мусоре Афанасия с ПИПом.

        – Теперь, друг, – обратился Вася к шарообразному, – ищи, где тут шарик, который упал вниз. 

        – Он не тут… он там… упал… вниз.

        Шарообразный подошел к одной из стен и начал разгребать мусор. Подоспевшие ему на помощь космонавты вмиг разбросали весь мусор у стены. В ней обнаружился небольшой тоннель.

        – Все ясно, – сказал ПИП, – такой же тоннель, как в том храме. Только там по нему храм наполняется водой, а по этому вода уже давно не поступала.

        Шарообразный полез в тоннель и прошел по нему метров сто. За ним следовал ПИП, Афанасий и Вася. Отец забрал у тети Вали аппарат-переводчик и теперь, согнувшись, тащил его под мышкой.

        – Тут… тут… – пробубнил абориген.  

        – Ага, в устройство управления задвижкой провалился. Вася, возвращайся назад, без тебя обойдемся.

        – Почему, пап?

        – Потому что так надо. Иди.

        Обиженный Вася поплелся назад и стал ждать у входа в тоннель. Оттуда раздавались глухие удары. Прошло минут пятнадцать, прежде чем из тоннеля вынырнул сначала шарообразный, а за ним отец.  Следом вышел ПИП, неся в руках гладкий зеленый шар, обросший окаменелой пылью.

        – Где он был? – спросил Вася.

        – В каменную яму провалился, наверное, когда аборигены пытались его вытащить из пирамиды, – сказал ПИП, – а лезть туда побоялись. Потом много лет камень вспыхивал светом, пока в нем сохранялась накопленная энергия. Потом перестал вспыхивать, его мусором занесло, и остался камень в преданиях, превратившись в легенду.

        – Так. Все возвращаются. Остаются я и ПИП, – скомандовал отец.

        – А вы? – спросил Вася.

        – Мы пока здесь покопаемся. Может, чего-нибудь еще найдем.

        – И мы хотим покопаться.

        – Не хнычь, – строго сказал  Эдуард, – космонавт должен быть в первую очередь каким? 

        – Дисциплинированным, – отчеканил Вася.

        – Вот именно. Пошли!

        Шарообразный вывел космонавтов к первому космотанку, Эдуард снова поднял его на верхнюю площадку и поставил рядом со вторым. Зеленый шар лежал у Васи на коленях, и он ласково счищал с него насохшую за тысячелетия пыль и грязь. Вася помнил, как в том, в другом храме, стоило ему дотронуться до такого же кристалла, как в нем появилась внимательная многоглазая физиономия. Сейчас это круглое лицо не появлялось. «Ничего, – подумал он, – дядя Федя чего-нибудь придумает, и эта страшная ро… э… лицо снова появится. А может быть, и подмигнет мне двумя-тремя  глазами».

        Прошло еще полчаса, и в приемопередатчике прозвучал голос отца:

        – Ребята, кажется, мы заблудились в этих лабиринтах. Высылайте местного шарообразного.

        – Хорошо, – ответил Эдуард, – мы с ним идем вам навстречу. Попытайтесь вернуться в центр пирамиды.

        – Это мы можем. Я по привычке цветные стрелки оставлял.   

        Встретились на площадке в центре пирамиды. Шарообразный вывел всех к космотанкам, после чего у всех отлегло от сердца.

        – Там такие лабиринты, – объяснял ПИП, – что черт ногу сломит. Если бы не привычка Афанасия Николаевича оставлять цветные метки, мы бы не выбрались.

        – Ничего бы с вами не случилось, – успокоил его Эдуард, – достаточно было бы вызвать армию аборигенов. Они бы облазили все щели и нашли  вас. Кстати, куда девалась твоя хваленая память, ПИП? Можно было возвращаться по пути, по которому вы вошли туда. У тебя что, склероз начинается?

        – Так нас водил всезнающий местный шарообразный, я и отключился на время. Корабль вспомнил, Марину Петровну, Галину Семеновну, Клару Иосифовну, Барсика, Бешку.

        – Эх ты, мечтатель, – ухмыльнулся Эдуард, – вы лучше скажите, нашли что-нибудь?

        – Ничего не нашли, – ответил Афанасий, – скорей всего, все местные аборигены растащили, а потом забыли, где потеряли. Только один кристалл и помнят. И то только потому, что в храме потеряли, а потом долгое время наблюдали свечение.

        Возвратились к большому дому, поблагодарили Местного за помощь, объяснили ему, что еще два таких же кристалла хранятся в храме на другой стороне планеты, попрощались с ним.

        – А этот мы берем себе для того, чтобы договориться с «могучими» о скорой встрече, – сказал ему Вася.

        Прощались шарообразные с космонавтами, потрясая пиками, как при встрече.

Рукотворный канал между океанами

        Дальше путь космонавтов лежал к каналу между двумя океанами на экваторе планеты. Лететь надо было еще тысяч шесть километров, и занять этот перелет должен был часа три. Главный оазис кончился, и космотанки вынуждены были подниматься над грядой высоких горных хребтов. Через два часа горные вершины пропали, и перед космонавтами открылся еще один оазис, протянувшийся узкой полосой вдоль канала от восточного до западного побережья Разделенного континента. Внизу пролетали густые леса, поля, озера и, наконец, предмет их интереса – широкий многокилометровый канал, закованный в каменистые обрывистые берега высотой в километр. Через каждые пять километров по длине канала были расположены многочисленные турбины гидроэлектростанций. По всей длине канала их было не менее тысячи. Космотанки приблизились к каналу и совершили посадку возле одной из гидроэлектростанций. Временную базу организовали на всякий случай высоко в горах. Там же подвесили искусственное солнце, а отдыхать спустились на космотанках на зеленую полянку неподалеку от канала. Там ПИП развернул свою походную кухню и быстренько приготовил ужин на семь персон. Оказалось, что местные овощи и фрукты значительно вкуснее тех, что произрастали на корабле. Что же касается мясного, то одно и то же блюдо из биомассы он умудрялся подавать с различными гарнирами и соусами так, что космонавты не замечали однообразия в пище. Даже Боб и Крупный с удовольствием сначала обслюнявили, а потом проглотили произведение кулинарного искусства ПИПа.