Мадлен придвинула его голову ближе к груди.
Поддерживая ее, он вышел из воды. Мадлен забеспокоилась.
— Нас могут увидеть!
— Здесь никого нет, кроме нас. — Джек прижал ее спину к гладкому осиновому стволу. — И потом, мы ведь обвенчались. — Он поцеловал ее. — Ты моя, Мадлен. Куда бы ты ни собралась сбежать от меня, я не отпущу тебя.
— Но Джек…
Его пальцы нашли влажную горячую точку, и она задержала дыхание на несколько секунд. Джек не спешил входить в нее, проводя головкой по чувственным складкам и возвращаясь обратно к жаркой промежности. Однако его естество уже неистово стремилось в нее. Мадлен тоже сжигало страстное желание изнутри, отчего она снова припала к его губам. Она потерлась о набухшую плоть, пытаясь захватить ее, но тщетно.
— Ты просто издеваешься надо мной, — тихо прошипела Мадлен, держась за его шею. — Это уклонение от супружеских обязанностей!
— Сначала скажи, что будешь со мной.
— В следующий раз я буду сверху, и тогда ты не отвертишься.
— Не уходи от ответа. Скажи то, что я хочу услышать! — Джек продолжал гладить ее там, но ждал от Мадлен нужных слов.
— Я… не могу, — измученно выдохнула она. — Я хочу быть с тобой.
Он плотнее прижал ее торсом к дереву, раздосадованный ответом.
— Нет, не то. Пообещай мне, — процедил Джек.
— Я… Да, я буду с тобой! Я буду с тобой всегда.
На вдохе он резко подал бедра вперед, полностью войдя в нее. Громкий писк вырвался из ее горла, Мадлен уткнулась в его плечо. Джек встревожился, что толчок был для нее слишком яростным.
— Как ты?..
Мадлен подняла на него пылающие глаза и провела рукой по щеке со шрамом, сказав только:
— Я хочу еще.
Джек не посмел ослушаться. Сильными и резкими движениями он входил в нее, подпитываемый ее одобрительными криками. Ей было хорошо. Толчки ускорялись и становились жестче. Мадлен двигалась с ним, поднимаясь и опускаясь навстречу горячей плоти. От их страстного слияния по округе раздавались ее крики, смешанные с его редкими рычаниями. Руки Джека поползли вверх от ягодиц к ее спине. После соития он боялся увидеть спину Мадлен в ссадинах, но ее, кажется, это волновало меньше всего. Сейчас с гримасой удовольствия она рвалась к разрядке.
Он достиг пика первым. Выйдя из нее, он предал тело волнующему блаженству. Мадлен не двигалась. Когда приятная дрожь прекратилась, Джек проник в нее и довел до апогея наслаждения. Продержав ее в объятиях некоторое время, пока Мадлен не пришла в себя, он опустил ее на землю.
— Покажи мне свою спину, — неуклонно сказал он.
— Все хорошо, Джек. Это всего лишь мелкие царапины. — Мадлен развернулась.
Ее спина была местами красной, где-то даже поцарапанной. Но в целом никаких повреждений на ней не было. Джек поцеловал ее спину, и они начали одеваться.
Прошло несколько минут, прежде чем они медленным шагом отправились домой через лес. Одной рукой Джек держал коня за поводья, а в другой руку Мадлен.
— Посмотри, как я выгляжу. Если меня такой увидит Миранда или Саймон, они сразу поймут, чем я занималась.
— Не волнуйся. Мы воспользуемся лестницами для прислуги, нас не увидят.
Мадлен положила руку на лоб, изображая из себя великомученицу.
— Они итак меня недолюбливают. Застать меня с тобой, это все равно что помахать красной тряпкой перед быком. У них будет реальная причина не скрывать своей ненависти ко мне.
— Тогда мы уволим всех злопыхателей и наймем новых. — Джек поцеловал ее пальцы.
— В этом не будет никакой необходимости, когда я уеду через пару дней…
— Что? — Джек осекся, метнул в нее ошарашенный взгляд. — Ты уезжаешь с Лендским?!
Мадлен прикусила губу, глаза ее заметались по земле. Она собиралась уехать со своим братом. И это после того что они вместе пережили, после тех клятв, которые они дали друг другу. Джек высвободил ее руку, смерив Мадлен сердитым взглядом.
— Пять минут назад ты пообещала мне, что будешь со мной.
— Ты вынудил меня сказать это. — Ее ладони прильнули к его лицу. — Джек, я правда люблю тебя. Я никого и никогда не смогу больше полюбить, я не смогу ни с кем быть! Но все играет против нас. Нам не суждено быть вместе.
— Ты даже не попыталась бороться за нас. — Джек стряхнул ее руки с лица. — Выбрав более простой путь — сбежать от меня, ты и не подумала о чувствах Кевина, Миранды, моих…
— Я думаю о вашем будущем! — закричала Мадлен, и ее слезы полились градом. — Ты прекрасно знаешь, что для нас нет никакого выхода. Наш брак так или иначе обречен на провал. И, когда бы ты понял это, то пожалел бы, что вообще женился на мне. Ты будешь жалеть о своем решении, глядя, как Миранда чахнет в старых девах, как Кевин растет отшельником. — Мадлен достала ожерелье и протянула ему. — Забери его и отдай той, кто сделает тебя счастливым.
Джек от злости вытаращился на нее.
— Я уже отдал его ей. Если ты не заберешь это ожерелье, клянусь, что я вернусь и запущу его в озеро.
Плача, Мадлен положила драгоценность в карман и убежала от него прочь по тропе.
Мадлен была во многом права, но промахнулась в одном: Джек никогда не пожалел бы о женитьбе на ней. Невозможно сетовать на то, что делало тебя счастливым, на то, без чего ты не можешь жить. И он не мог без нее. Джек больше всего на свете боялся ее потерять. Мадлен вдохнула в него жизнь и теперь хочет его ее лишить. Жестоко!
Джек потянул Кайроса за собой. Грусть и отчаяние стали его спутниками по дороге к дому.
Однако если она бросит его, Джек не сможет найти места в спокойной жизни. Не будет ему умиротворения и, тем более счастья. Единственная любовь, подарившая это все, исчезнет и заберет с собой свет, без которого Джек завянет. Утолить его муки может только одно. Стало быть, перед ним расстилалась лишь единственная дорога — война.
Да, он был убежден в том, что через нее сможет встретить смерть. Ведь Джек и готовился к этой встрече, жаждал ее всей душой. Пока не повстречал Мадлен.
Выйдя в поле, Джек удивился тому, как быстро Мадлен добежала до замка. Право, не подхватила ли ее стая птиц по пути? Но даже сломя голову она бы не смогла молниеносно пересечь поле. Он высматривал ее у границ дома и вокруг. Мадлен точно испарилась.
«Она могла и не пойти домой, а скрыться где-нибудь в лесу» — подумалось ему.
Вдруг Джек увидел
