допустим? Ты такой на все сто процентов и есть, если не в физическом плане, то в моральном наверняка.
Выпрямилась, дабы моя филейная часть не была видна в таком уж откровенно призывном ракурсе.
— Ага, и что дальше?
А дальше я ощутила себя мелким зверьком, которого кольцами окутал питон. Или даже не так, которого питон проглотил и теперь душит стенками желудка.
— Твои действия, Алиса? Как будешь спасаться? — интересуется Кир, прижимаясь ко мне, мокрой от пота, своим могучим и при этом сухим телом.
— Я-то… — мычу, полностью парализованная. — Ну, в данной ситуации, чтобы не достаться маньяку, могу лишь умереть. Других вариантов не существует.
— Ещё как существует, — говорит Берман прямо мне в ухо, отчего чувствую, как мурашки побежали по телу. — Наклоняйся вперёд, — командует Кир. — Хватайся за мою ногу ниже колена и тяни на себя.
Всё сделала, как велено: и наклонилась, и схватилась, и потянула, но ничего, кроме как до безобразия неприличной позы, из этого не получилось.
— Кир, а ты уверен, что это приём самообороны, а не традиционная поза спаривания собак?
— Поменяемся ролями, — вместо ответа, предложил Берман. — Когда повалю тебя, ты поймёшь, как работает этот приём.
Дабы я себе голову при падении не расшибла, Кир постелил на пол мягкий мат, встал на край и, обернувшись на меня через плечо, скомандовал:
— Нападай.
— Я не маньяк, а псих! Только умалишённый набросится на жертву в три раза крупнее себя, — приближаясь к мужчине, проворчала я, а взглянув на обнажённую спину Кирилла, замешкалась, но потом всё же «напала», ну то есть обняла.
Если бы с Берманом было также приятно общаться, как и прижиматься, к нему бы с самого утра очередь из желающих на аудиенцию выстраивалась. Кожа у Кирилла бархатная, тёплая, без изъянов, даже малюсеньких родинок и тех нет. А как он вкусно пахнет — это вообще отдельная тема.
— Алиса, я постараюсь двигаться медленней, но ты тоже следи за моими движениями. Готова?
Мир просто взял и за долю секунды перевернулся. Вот я только что прямо стояла, а теперь, раскинув руки в стороны, лежу. Так, а за чем мне там надо было следить?
— Поняла? — наклоняясь и протягивая руку, чтобы помочь мне встать, спросил мужчина.
— Почти, — нагло вру я, чтобы Берман к моим грехам ещё и слабоумие не добавил. — Но повторить будет не лишним.
И мы повторили, и ещё раз повторили, и ещё, и ещё… и не только этот приём, но и великое множество других. Причём на протяжении всего времени меня не покидало чувство, что Берман не курс самообороны мне преподаёт, а со всеми позами Камасутры знакомит, и не какой-нибудь, а для опытных и продвинутых.
— Встаём на исходную позицию, — нависая надо мной и подпирая кулаками бока, требует Берман, я же полудохлая пластом лежу на полу. Устала так, что даже язык отказывается шевелиться.
Отрицательно покачала головой, и чтобы ничем не отличаться от трупа, прикрыла глаза.
— Ещё пятнадцать минут, и я тебя отпущу.
— Неа….
— Алиса, я ведь могу и подстегнуть твоё желание тренироваться, — заявил Берман.
— Как подстегнуть? — приоткрыв один глаз, полюбопытствовала я, а заметив, как плотоядно мужчина прошёлся взглядом по моему телу, предположила: — Насильничать, что ли, начнёшь?
Пристально наблюдаю за тем, как Берман, шагнув ближе, переступает одной ногой через меня в районе талии и не всем весом, но присаживается мне на живот, затем всё также неспешно и без сопротивления с моей стороны с помощью одной руки блокирует оба моих запястья.
Вздыхаю и равнодушно произношу:
— Кир, я тебя хоть не очень хорошо, но маленько-то изучила. Ты, конечно, ещё тот жук, но с обессиленной, да и не с обессиленной девушкой, против её воли, даже из благих целей, ничего абсолютно не сделаешь. Так что тренировка закончилась. Смирись.
Берман задумался и улыбнулся, причём коварно и с предвкушением.
— Ты права, насильничать однозначно не стану, но позволь поинтересоваться, — сказал Кирилл и склонился так, что его губы почти коснулись мочки моего уха. — Ты боишься щекотки?
Замерла. Как же хорошо, что Берман сейчас не видит моего перепуганного лица. Казалось бы, о щекотке только упомянули, а мне уже мерещится, что чьи-то пальцы впиваются в рёбра.
— И чего мы молчим? — шепчет мужчина.
— Вообще не боюсь!
— Хм…
— Ой, нет, Кир, не надо. А-а-а-а… я сейчас умру. А-а-а… Ладно- ладно, я согласна тренироваться ещё десять минут. А-а-а…
— Двадцать.
— А-а-а… пятнадцать же было в начале? Кир, хватит, ну пожалуйста, а-а-а….
— Ну ты же сама начала торговаться.
— Это я просто ошиблась, пятнадцать минут. Пятнадцать же, говорю. Хватит. Да, Кир, я ведь уже на всё согласна-а-а…
Глава 56
Когда вновь приняла вертикальное положение, выяснилось, что на почве злобы к Берману у меня открылось не второе, конечно, а, наверное, уже пятое или даже шестое дыхание. И практически все оговоренные пятнадцать минут Кирилл у меня то локтем в нос получал, то ладонью по подбородку, то я его с остервенением валила и не на мягкий мат, а на жёсткий пол. Но, не смотря на азарт, что у меня, наконец, начало получаться, когда мой телефон выдал трель, обрадованно поплелась к лавке отвечать на звонок, а по дороге безапелляционным тоном заявила:
— Всё, Кир, издевательство над моей бедной тушкой официально закончено.
Усаживаясь на лавочку и вытягивая ноги, чтобы принять вызов, счастливо улыбалась, потому, как на экране мобильного высвечивалось имя — Андрей.
Пока мы с парнем друг друга приветствовали и болтали о всяких незначительных пустяках, Кирилл собирал по залу инвентарь и аккуратно его раскладывал по местам, а на самом деле, как по мне, так он просто подслушивал.
— Алиса, а ты вообще свидание не отменишь, если мы его с этой субботы на следующую перенесём? — наконец Андрей выдал основную причину звонка.
— Нет. Я же знаю, что такое завал на работе. В следующую субботу, так в следующую, — сказала я, и, по всей видимости, внимание моего собеседника ещё кому-то резко понадобилось, потому как Андрей извинился и сообщил, что у него нет возможности дальше продолжать разговор.
— Он и в следующую субботу не сможет, — выходя из спортзала, бросил Берман.
— С чего ты так решил? — надо было, конечно, промолчать и дать Кириллу уйти, но возмущение перевесило здравый смысл.
— Потому что знаю, какой там объём работ. Более того, у Андрея не только в следующую неделю не получится оттуда выбраться, а в ближайший месяц.
— А к его плотной занятости, случайно, ты руку не приложил? — прищурившись от подозрения, поинтересовалась я, на
