не отдавая отчета собственным действиям, прошла в спальню, напрочь забыв о ванной. Она скинула с себя платье и легла на мягкие простыни, не в силах перестать думать.
Почему Руланд не сказал ей, кто он? Он боялся, что она его отвергнет? Но ведь он знал, как сильно она его любила.
Она любила дракона? Но завтра прилетит еще один!
Горечь подкатила к горлу. Она не хотела, чтобы ее забрал какой-то непонятный дракон. Она не хотела, чтобы Руланд сражался с ним за нее. Она не хотела потерять его.
Тиа уткнулась лицом в подушку, заглушая рыдания. Подтянув одеяло к груди, она свернулась в клубок, не в силах успокоиться. Не хватало еще привлечь внимание прислуги, чтобы они, беспокоясь за благополучие королевы, позвали Тобиаса.
*
Тиа стояла на самой высокой башне замка и напряженно вглядывалась в разворачивающее осадные машины войско врага. Крошечные отсюда фигурки солдат сновали между огромными требушетами и баллистами. Судя по масляным чашам рядом с гигантскими камнями, которыми они собирались снова обстреливать город, ничем хорошим этот день не закончится.
Похоже, сегодня столица окончательно сгинет в огне. Возможно, нужно отдать приказ увести людей в подземелья под замком. А еще оттянуть основные силы к внутренней стене. Пусть забирают внешнюю… Жизни солдат дороже.
Настроить требушеты так, чтобы они могли обстреливать замок на утесе, у них не получится. По крайней мере, Тиа на это очень надеялась.
Зверомордые начали очередное наступление перед самым рассветом. Похоже, они надеялись застать защитников врасплох. Однако сейчас Тиа прекрасно видела, как перегруппировывались стрелковые полки, как арбалетчики сновали между уцелевшими машинами на стенах, как подходили и занимали позицию у ворот копейщики и тяжелые мечники.
За два часа до рассвета Тобиас ворвался в ее спальню с дурной вестью о начинающемся наступлении, но она и так не спала, не в силах перестать думать о сегодняшнем дне. Чтобы собраться и облачиться в кольчугу и кожаную броню, у нее ушло около получаса не без помощи генерала.
Теперь Тиа стояла и мрачно ожидала очередного дня, когда волна боли и страданий обрушится на Эрирнис. Думать о драконе, который сегодня должен был прилететь лично за ней, ей категорически не хотелось. И без него хватало проблем выше замковых башен.
Руланд поднялся по винтовой лестнице на башню и осмотрелся.
— Лучники готовы. Арбалеты заряжены. Требушеты наконец собрали, и они уже взведены. Мы готовы.
— Хорошо, — улыбнулась ему Тиа и обхватила себя руками, не в силах не нервничать.
Рассветное солнце ярко засияло на платиновых волосах Руланда, собранных в хвост на затылке и лежащих концами на широких плечах. Он смахнул их за спину небрежным жестом.
Его черная кожаная броня напоминала обсидиан и была выполнена мастером, который не просто знал толк в своем деле, но и обладал хорошим эстетическим вкусом. Такая броня не могла принадлежать простому воину. Темно-сиреневая вязь с вкраплениями аметистов и чароитов украшала ножны меча, на который втайне пускали слюни все ее лорды, думая, что их завистливые взгляды были незаметны. И почему она раньше не обращала на это внимания?
Любопытно, что, сражаясь на ее стороне, Руланд отказался надеть ее герб, цвета ее королевства. Тобиас был прав, когда сказал, что у него был собственный могущественный род. Вот только генерал даже не догадывался какой! Вот это сюрприз ждал их всех.
Солнечные лучи озарили его лицо, но Руланд даже не прищурился. Вокруг его зрачков вспыхнули сиреневые полосы, превращая и так красивые глаза в самые прекрасные на свете.
— С днем рождения, Тиа, — с легкой хрипотцой в голосе пророкотал он, останавливаясь в шаге от нее.
— Спасибо, — искренне улыбнулась она и присела в реверансе.
Их прекрасно было видно и из внутреннего двора замка, и со всех стен, поэтому целоваться при всех она не осмелилась. Судя по тому, что Руланд тоже не стал обниматься, он уважал ее честь.
— Ты так боялась, что тебя заберет дракон, а теперь стоишь на самой высокой башне, представляя из себя прекрасную мишень, — загадочно улыбнулся он.
Тиа с трудом сдержала ухмылку, мило улыбнувшись в ответ.
— По-твоему, я не замечу летящую сюда огромную ящерицу-переростка?
Глаза Руланда хищно сузились, и улыбка превратилась в оскал.
Дрожь пробежала по спине, и Тиа сжала пальцы на рукавах кольчужной рубашки. В животе волнительно запорхали бабочки. Она его не боялась. Совсем. Он был тем, кто украл ее сердце, покорив своей любовью и заботой. И ей было совершенно не важно, человек он или дракон.
— Если таковой появится, я всегда успею скрыться в башне, — она указала пальцем на лестницу за его спиной.
— Думаешь? — тихо прошептал он, не отрывая от нее обжигающего взгляда.
В черно-сиреневых глазах было столько желания, столько любви. Никто и никогда так не смотрел на нее. Только он. Только Руланд.
— Теперь уже не так уверена, — не удержалась от смешка Тиа и шагнула назад, чтобы не соблазниться и не обнять любимого мужчину на глазах у всех.
Руланд усмехнулся, что-то достал из небольшого кошеля на поясе и шагнул вперед, опускаясь на одно колено.
Сердце ухнуло в пятки и волнительно затрепетало откуда-то оттуда. Дыхание сбилось, щеки обожгло жаром, и кровь застучала в ушах, оглушая на мгновение.
— Тиа, ты выйдешь за меня? — с волнительной хрипотцой в голосе пророкотал Руланд, и в этом звуке не было ничего человеческого.
На дне
