Читаем без скачивания Враг с планеты Земля - Владимир Анатольевич Тимофеев

— О чём?

— Лиару похитили.

В устремлённом на меня взгляде плескалась вселенская боль.

— Как это было? Кто?

— Капитан Дидрич, — сказала, как плюнула, женщина.

Я мысленно сжал кулаки. Мне никогда не нравился этот парень, но чтобы он вдруг стал предателем…

— Сегодня в систему вернулся «Рион». Это разведывательный корабль, мы переоборудовали его из трофейного ланийского дестроера. Он возвратился из сектора шестьдесят восемь вэ эр, — продолжила Ан.

Я машинально отметил, что этот сектор примыкает вплотную к сектору Шугаду. Подобные совпадения случайными не бывают.

— Поскольку эта миссия в информационном пространстве не афишировалась, встречать «Рион» полетел Дидрич. Встреча, насколько я знаю, состоялась в астероидном поясе. Спустя три часа Дидрич вернулся на Мегадею. А ещё через час опять улетел. Как показали потом приборы слежения, в район астероидов. Подозрения появились, когда «Рион» внезапно включил поля преломления. А когда проследили по камерам, где был и что делал Дидрич, когда прилетел на поверхность, всё стало понятно…

Женщина глубоко вдохнула и прикрыла рукой глаза.

Я молча ждал.

— Он убил трёх охранников и няню Лиары. Воспользовался своим статусом и расстрелял в упор своих же коллег. Они просто не успели ничего сделать. Думаю, они даже понять ничего не успели. А потом он забрал нашу дочь из кроватки, положил её в дорожную сумку, как куклу, и уехал на космодром. Его никто не остановил, никто не проверил. Никому и в голову прийти не могло, что начальник службы безопасности дома — предатель…

Она была абсолютно права. В голову это действительно прийти не могло, но, тем не менее, это случилось, и о причинах я, кажется, уже догадывался.

— Где находился «Рион», перед тем как включить маскировку?

— Здесь, — указала на карту Анцилла.

Я почесал за ухом, сопоставил данные… Всё вроде сходилось.

— Я полагаю, корабль сейчас в астероидном поясе?

— Да. Он всё ещё там. Возмущений в гиперпространстве не зафиксировано. Вероятно, там выжидают момент, чтобы тихо уйти из системы. Это возможно. У нас просто не хватит сил, чтобы закрыть все проходы к внешним орбитам.

— Сколько там наших?

— Три четверти всех истребителей и половина эскадры ближней оборонительной зоны…

Судя по выделенному наряду сил и средств, в поиске участвовали практически все базирующиеся на Мегадее корабли дома Ван Румий. Это и вправду должно было заставить Дидрича и тех, кто за ним стоит, быть осторожными и не торопиться с прорывом.

— Знаешь, зачем я здесь? — взглянул я на Ан.

Экселенса нахмурилась.

— Ты прибыл не на «Авроре», иначе б она отразилась на карте. И это означает, что ты… прибыл через изнанку. Один.

— Да. Я прибыл через изнанку. С Флоры. Практически из зоны тумана…

Чтобы вкратце рассказать герцогине о том, что случилось в баронстве, хватило пяти минут.

— Считаешь, что обе девочки сейчас на «Рионе»? — спросила она, когда я закончил.

— Да. У этих двух похищений одинаковый почерк. Они организованы из одного центра. Портал с Флоры вёл в тот участок пространства, где находился «Рион». Я чувствую, Лиара и Рида там, и я могу их найти. Найти быстро. Быстрее любой эскадры. Но мне нужен истребитель. Желательно, спарку, учебно-боевой, с манипулятором и шлюз-камерой.

— Он будет у тебя через пять минут, — потянулась Анцилла к коммуникатору. — Ты только найди их, Дир. Только найди… И ещё вот, — она сунула руку за ворот и вытащила оттуда небольшой медальончик. — Возьми. Здесь несколько волосков с головы нашей дочери. Я срезала их на память. Думаю, это поможет…

С поверхности я стартовал с тройным перегрузом от номинала. Тяжело, но терпимо. При десантировании по баллистической бывало и хуже. Сейчас главным ресурсом являлось время. С каждой минутой шанс отыскать в астероидном поясе барьерные ауры моих дочерей становился всё меньше и меньше.

На опорную орбиту я выходил на форсаже. Дорога до скопища мелких небесных тел заняла около получаса.

Операцией по поиску «Риона» руководил штаб-бригадир Да́рэл, заместитель командующего эскадрой. Перехватывать у него управление кораблями планом не предусматривалось.

— Продолжайте выполнять поставленные задачи, сел бригадир, — приказал я ему после подтверждения полномочий. — Единственная просьба: поставьте мою спарку в приоритет на приём-передачу сведений по штабу эскадры.

— Слушаюсь, экселенц. Коды вам будут переданы через минуту…

Спустя полторы минуты искин моего истребителя встроился в информационную сеть эскадры с наивысшим уровнем доступа. А ещё через столько же в бортовом компе появились подробные карты с позициями кораблей поисковой группы и точная схема «Риона».

Свой личный поиск я решил проводить по наитию, интуитивно. Со стороны это могло показаться глупым, но искать иголку в космическом стоге сена лучше, чем специальные разведывательные суда, я всё равно не сумел бы. А вот через малопонятные большинству тонкие структуры барьера, наоборот, дал бы им несколько тысяч очков форы. Хотя расстояния здесь явно играли не в мою пользу. Десятки и сотни тин на поверхности превращались в космосе в миллионы.

Единственное, что давало повод для оптимизма — это пустота окружающего пространства. В вакууме не было жизни, а, значит, и некому было экранировать барьерные ауры тех, кого ищешь. Вот я и искал, передав управление истребителем автопилоту и сосредоточившись на ментальном сканировании 3d-метрики.

В барьерном рисунке Риды преобладал белый цвет, как у мамы. В рисунке Лиары — алый. Два разных цвета давали больше возможностей. Увидеть любой означало увидеть оба.

Увидеть пока что не получалось. Моя машина двигалась по сложной траектории среди астероидов и разнообразного космического «мусора». Случайных столкновений я не боялся. Расстояния между летящими по орбитам крупными каменюками исчислялись миллионами тин, а опасные мелкие бортовой искин обнаруживал заблаговременно и сразу давал управляющим элементам команду изменить курс. Все эти «внезапные» рыскания-ускорения-замедления улучшению концентрации не способствовали, но, несмотря на это, я шаг за шагом продвигался к намеченной цели.

Объёмная карта астероидно-метеоритных полей постепенно меняла свой цвет. Уже исследованные участки становились зелёными, неисследованные оставались серыми. После часа упорного поиска разум всё больше и больше наполнялся уверенностью, что ещё минут десять-пятнадцать, и я наконец найду, что искал… забыв, что разум, как и эмоции, тоже может