Читаем без скачивания Враг с планеты Земля - Владимир Анатольевич Тимофеев

пистолета. Боезапас предсказуемо таял, и мне это совершенно не нравилось.

Попробовал подобрать плазмоган одного из убитых. Как оказалось, рабочий. По противникам-людям он действовал безотказно, по тварям — наоборот, заряды летели куда угодно, но только не в цель.

«Искажающие поля», — услужливо подсказал внутренний голос после первой же неудачи.

Странно, но факт: внутренний голос был женским…

До зала с реактором я добрался минут за двадцать. В пистолете осталось всего два патрона, индикатор батареи трофейного плазмогана показывал четыре процента зарядки.

Противников у управляющей стойки столпилось около трёх десятков: и «саранчи», и «безликих». За ними, на небольшом возвышении, сидела ещё одна особь, отличающаяся от остальных увеличенными размерами и более ярким панцирем.

«Это их матка», — вновь прозвучал в голове женский голос.

Чтобы уничтожить корабль, уничтожать всю свору не требовалось. Чтобы дестроер разнесло на куски, достаточно было разрушить защиту реактора.

Сняв со спины РПО, я присел на одно колено, закинул «шайтан-трубу» на плечо и потянул за спуск.

Ракета ударила точно в главный контроллер. Оттуда полыхнуло огнём, реакторный зал заволокло клубами едкого дыма.

Секунд через десять сквозь «вату» в ушах до меня донеслись наконец звуки сирены, перемежающиеся стандартным:

«Внимание, экипаж! Всем покинуть корабль! До взрыва реактора двести тридцать секунд… покинуть корабль… до взрыва… двести двадцать секунд…»

Бросив пустую «трубу», я бросился в сторону трапа. Судя по плану дестроера, между мной и ближайшим спасательным шлюзом располагались две палубы и шесть переборок.

Двери в переборках я выжигал остатками плазмы. Лифтами не пользовался. Лестницы находил, сверяясь со схемой. От попадающихся на дороге противников просто отмахивался, не стараясь прикончить. В нужную шлюзовую вбежал, когда до взрыва реактора оставалось сорок секунд.

— Стоять, не двигаться! — крикнул стоящий возле открытой спаскапсулы человек.

Крик показался мне каким-то ненатуральным, почти механическим, как у робота.

Ещё один тип расположился чуть сбоку. В руках он держал дробовик. Сдвоенный ствол смотрел вниз. Нацелить его на меня второй человек не пытался — взять вражину на мушку я успел раньше.

— Оружие на пол или я убью её! — крикнул ещё раз первый.

Сердце у меня неожиданно дрогнуло. Противник удерживал перед собой девочку. Маленькую. Возраст, если считать по-земному, чуть больше года. Совсем ещё кроха. К её голове был пристален ствол армейского излучателя.

Сердце ёкнуло снова. В девочке я узнал Риду и мысленно пообещал оторвать операторам тренажёра руки и ноги. Подсовывать испытуемому собственную дочь как заложницу — приём запрещённый. За такое, как правило, гонят со службы пинками…

А затем я признал террориста. Капитан Дидрич, начальник службы безопасности дома Ван Румий… Охренеть, не встать!.. Во, блин, наворотили!..

Второй террорист был мне неизвестен, но судя по одежде и «карамультуку», его срисовали с типичного обитателя моего баронства на Флоре.

Странная парочка. Ещё и морды какие-то… будто двуликие…

«Это не игра! Очнись, идиот!» — вдруг прорычал в сознании внутренний голос, и, что удивительно, он снова был женским…

Неужели мне в этой «игрушке» ещё и пол поменяли?!

Вернусь, блин, убью, кто это придумал!..

— Всё-всё. Не стреляю…

Я положил пистолет на пол и толкнул его к Дидричу. В то же мгновение и капитан, и его подельник направили оружие в мою сторону.

Падение с перекатом — этому меня ещё в российской армии обучали. И там же — метать «масалайку».

Острое лезвие МСЛ попало Дидричу в горло. Энергетический луч ушёл в потолок, капитан брякнулся наземь, выронив излучатель и схватившись руками за шею.

Над головой громыхнул сдвоенный выстрел из «карамультука». По ощущениям, дробь прошла в считанных тунах от черепа, аж волосы вздыбило.

Б…! Слишком реально, сука! Неужто действительно… не игра?!

Додумывать внезапно мелькнувшую мысль я не стал. Времени у меня — пока «флорианец» не вставил в камору новый патрон. Чтобы схватить валяющийся на полу «Глок-17», хватило секунды, ещё столько же — чтобы прицелиться и влепить во врага две последние пули.

Затвор предсказуемо щёлкнул и встал на задержку. Патроны в магазине закончились…

Ну, и пёс с ними!

Главное, что вместе с патронами закончились и противники.

Подхватив Риду на руки, я дёрнулся к уже открытой спаскапсуле, но в это мгновение откуда-то сбоку послышался детский плач. Брошенный вправо взгляд зацепил стоящую на полу дорожную сумку. Плач раздавался оттуда.

«Вторая заложница?»

«Придурок, — процедил внутренний голос. — Это Лиара, твоя вторая наследница».

От осознания, что я не заметил и чуть было не оставил на погибающем корабле свою младшую, внутри у меня всё словно оборвалось. Только сейчас до меня стало, наконец, доходить, что это и впрямь не игра и не тренировка, что всё происходит в реальности…

«Двадцать секунд до взрыва…» — сообщил по трансляции автомат.

Опустив сумку с младшей дочкой в спаскапсулу и усадив рядом старшую, я быстро запрыгнул в кресло и рванул на себя аварийный рычаг. Через секунду крышка захлопнулась, а ещё через миг капсула рванулась вперёд.

Хвала небесам, гравикомпенсаторы сработали штатно, так что по стенкам нас не размазало.

На инфопанели вспыхнул индикатор герметизации, а следом за ним сигнал «за бортом космос».

Я облегчённо выдохнул. Капсула таки покинула готовый взорваться дестроер.

Жаль, что на этом наше везение кончилось.

Сам взрыв я не услышал (в космосе звук не распространяется), но его последствия мы ощутили практически сразу. Капсулу закрутило по всем трём осям, на главной панели одна за другой начали загораться лампы отказа систем: подачи энергии, ориентации, связи, жизнеобеспечения…

Огненный шторм за бортом продолжался секунд пятнадцать, а когда он прошёл, я понял, что жить нам осталось двадцать минут, не больше. Именно к этому времени разгерметизация кабины достигнет такого уровня, что дышать станет нечем, а кровь начнёт закипать. Спасти нас, по всей вероятности, было некому. Сигнал SOS мы подать не могли, а найти среди десятков и сотен тысяч обломков небольшой космический аппарат с живыми людьми за столь ограниченный срок спасатели не успеют.

Что делать дальше, я