Читаем без скачивания Враг с планеты Земля - Владимир Анатольевич Тимофеев

десантное отделение, бот снова взмыл в небо, выпустив перед этим десяток ударно-разведывательных беспилотников. Типа, чтобы ни одна сволочь «со стороны» не помешала нам выполнить свою миссию.

Действовать, кстати, требовалось исключительно быстро. Именно из-за возможных гостей не орбите. Местных мы, ясен пень, не боялись, но пришлые… Первое — они могли появиться, второе — они могли появиться в самый неподходящий момент…

К счастью, в аномальной зоне на Шугаду электромагнитное поле не «выключалось», поэтому все бойцы имели при себе не только привычные для моего баронства АЭПы и «карамультуки», но и состоящие на вооружении армий космических государств излучатели.

Проход через границу зоны я организовывал с помощью скрутобойки. Мог бы, конечно, и без неё, но демонстрировать это умение даже своим пока не хотелось. Кто знает, как оно всё повернётся, и иметь такой козырь всегда лучше в рукаве, а не на виду.

Полосу сингулярности мы преодолели меньше, чем за минуту. На переходе никто, к счастью, не пострадал. Все восемь бойцов имели относительно высокие индексы (от тринадцати до шестнадцати), поэтому обладали вполне приличной устойчивостью к внезапным барьерным выплескам. И, если честно, будь у меня больше шприц-ампул с инъекцией закрепления, я обязательно вколол бы их бывшим «честным убийцам», чтобы поднять их индексы-профили ещё на две-три ступени, как в своё время проделал это с умирающим Борсием.

Последний, к слову, подошёл ко мне прямо перед отлётом с неожиданной просьбой.

— Милорд! А можно я с вами? — выпалил он одним духом.

— Куда? — не понял я поначалу.

— Куда угодно, милорд. Когда вы меня спасли, у меня перед вами появился долг жизни, и я теперь просто обязан его исполнить.

Я мысленно хмыкнул. Даже интересно стало, кто ему этой чепухи намолол, про этот долг жизни и всё такое?

Граф Лу́джер тут вроде не появлялся, поэтому оставались лишь две подходящие кандидатуры: Нуна и Гас. Баронесса к этому делу вряд ли имела хоть какое-нибудь отношение. А вот напарник с подругой — запросто. Ни для кого ведь здесь не секрет, что Борсий уже давно неровно дышит к миледи, но поскольку никаких шансов у него нет, то чувства эти могут быть исключительно платоническими.

Однако и командир баронской дружины, и управляющая нашим с Паорэ замком вполне могли мыслить иначе и реально опасаться за жизнь и здоровье миледи, особенно после недавнего покушения. Кто знает, как у несчастного в какой-то момент мысли в мозгах повернутся? А вдруг он на почве влюблённости когда-то решит, что достоин большего? Поэтому что? А то, что лучше бы его вообще убрать из баронства. И желательно под каким-нибудь благовидным предлогом, типа, чтобы он сам захотел, да ещё и с конкретной пользой для сюзерена.

— Долг жизни — это понятно, но улететь отсюда у тебя не получится.

— Почему? — удивился Борсий.

От его непритворной наивности я хмыкнул ещё раз. Да уж, запудрили парню мозги…

— Во-первых, твой долг — защищать не только меня, но и баронство и баронессу. А во-вторых, всякий рождённый на Флоре или проживший на ней больше года, не может преодолеть защитную дымку, — указал я на небо. — Все, кто пытались, умерли.

— Но же я ведь уже проходил порталом, разве на меня это правило действует? — повторно удивился боец.

Я почесал за ухом. Да, портал — это аргумент.

«Возьми его, — попросила внезапно Мела. — Он будет полезен, я чувствую».

— Возьмите меня, милорд, — словно услышав её, продолжил негромко Борсий. — Я чувствую, что буду вам нужен. А защищать баронство и баронессу, мне кажется, надо теперь не здесь, а вон там.

Сказал и тоже, как я, указал на небо.

— Ладно, — кивнул я ему, чуть подумав. — Если и вправду готов стать смертником, то пожалуйста. Но не сейчас и не на «Авроре». Пройдёшь порталом на Тарс, когда получишь разрешение от селенца и от миледи. Понял?

— Так точно, милорд! — просиял Борсий.

О смертниках, кстати, я не шутил. Потому что в предполагаемой через пару недель операции могли действительно пасть очень и очень многие. Но об этом не знали пока ни Пао, ни Ан, ни Гас, ни кто-то ещё во Вселенной…

Разбираться с местным святилищем и обнаруженной возле него саранчой оказалось не в пример легче, чем возле баронства.

При этом я оказался прав, а Мела ошиблась. Правда, сама она этого не признала. Но, сто пудов, всё-таки поняла, что твари действительно проникли на «Рион» с Шугаду. Поскольку то кубло, которое мы здесь обнаружили, ещё не вошло в реальную силу. Саранчовая матка ещё не высидела достаточно количество яиц, чтобы вылупившиеся из них особи смогли бы собраться в стаю и выплеснуться из зоны наружу. Однако следы от прорыва тварей из зоны мы видели здесь повсюду. И это означало одно: нынешнее кубло тут не первое, а второе. Первое, к великому счастью для обитателей родной планеты Суйюня, стремилось, в первую очередь, попасть на имперский корабль и, если бы он саранче не попался, боюсь, что разумной жизни на Шугаду уже б не осталось…

Крупных особей мы насчитали в зоне не более сотни. Их выкосили подчистую на подступах к местному «мавзолею». Сочетание земных и космических технологий позволило нам действовать максимально эффективно. Когда твари ставили антилазерные и противоплазменные щиты, их разили из «карамультуков». Когда раскрывались, пробуя броситься врукопашную — уничтожали из лучемётов. Подобная тактика давала нам неплохие шансы двигаться быстро и без потерь. Приостановиться потребовалось только возле святилища.

В святилище саранча устроила что-то вроде опорного пункта. Одна часть кучкующихся там мелких особей выставляла антилазерную защиту, другая, прячась за каменными обломками, плевалась в нас кислотой. Ближе, чем на полсотни шагов, подойти к ним не удавалось.

Тем не менее, проблемой это не стало. Именно для такой ситуации я и прихватил с собой огнемёт. Поэтому так же, как и на Флоре, просто снял его со спины, уложил на плечо и засандалил ракету точнёхонько внутрь постройки. Полыхнуло оттуда конечно знатно. А когда пламя опало, а дым рассеялся, нам оставалось только зачистить руины и добить выживших.

Итогом противостояния стал подрыв алтаря. Две плазменные мины, прилаженные к основанию, превратили его в щебёнку. На этом, собственно, сражение и