Менелото показал на песчаный пол, на след пепла от их факелов.
– Может быть, это жрец решил пойти за нами.
Но мы не можем ждать, идемте!
Они ускорили шаги. В конце галереи Менелото остановился и с облегчением вздохнул. Он подошел к стене, нажал на один из камней. Амеротк опустил факел и заметил у основания стены царапины. Он услышал звук и поднял голову. Камни пришли в движение. Потайная дверь повернулась на смазанных штифтах. Порыв холодного ветра заставил плясать пламя факелов.
– Дверь деревянная, но сделана и раскрашена под камень, – объяснил Менелото. Он погасил один из факелов и надежно установил его под одной из петель. – Снаружи дверь можно открыть, но я не уверен, открывается ли она изнутри. Здесь я оставался на страже, а божественный фараон с Аменхотепом отправились дальше.
Амеротк вошел внутрь вслед за Менелото. Коридор так резко уходил вниз, что им пришлось почти бежать, чтобы не упасть. Коридор заканчивался квадратной комнатой с каменным полом и стенами из гранитных блоков.
– Ничего здесь нет, пусто, – заключил Амеротк.
Менелото тем временем ощупывал стены в поисках потайного хода. Амеротк обратил внимание на то, что в одном из углов насыпанный горкой песок был слегка примят. Он стал копать в том месте, Менелото помогал. В одной из каменных плит обнаружилось кольцо. Они тянули за него, обливаясь потом и ругаясь, и в конце концов им удалось сдвинуть плиту с места. Менелото опустил факел, и перед ними предстали верхние выщербленные ступени лестницы, уходившей в темноту. Они заторопились вниз. Сначала свет еще боролся с тьмой, но тьма оказалась сильнее.
– Похоже на чертог Дуата, – заметил Менелото. Как будто мы в одном из страшных залов подземного царства.
Он сделал несколько шагов и ругнулся. Амеротк поспешил к нему. Они вытянули руки с факелами. Постепенно глаза их привыкли к скачущим теням. Пламя вспыхнуло ярче, и Амеротк открыл рот от изумления. В свете факелов они увидели, что находятся в длинном зале со сводчатым потолком. По бокам вдоль стен стояли огромные деревянные столбы.
Менелото подошел к одному из них. Когда Амеротк поднял факел, на потолке стали видны трещины.
– Должно быть, потолок начал трескаться, и его укрепили столбами, – предположил он.
– Во имя владыки света! – воскликнул Менелото.
Он прошел вперед и остановился. Амеротк последовал за ним и посмотрел вверх. Сначала ему показалось, что с потолка свисают какие-то лохмотья, но, присмотревшись, понял, что это были кожаные ремни с петлей на конце. Из большинства свисали полуразвалившиеся скелеты. Кое-где в петлях оставались только черепа с грудной клеткой и часть позвоночника. Несколько петель болтались пустые: вывалившиеся из них кости лежали внизу горками праха. Они пошли дальше мимо этих жутких напоминаний об усопшем фараоне. Казалось, не будет конца этому залу и ременным петлям с их жутким грузом. Сверху на них сыпалась каменная крошка.
– Вероятно, это построил Хеопс, – задумчиво рассуждал Амеротк. – Он проложил под пирамидой потайной лабиринт. Но ходы оказались слишком глубокими, и его архитекторам пришлось установить эти колонны. Позднее, чтобы никто не узнал, что произошло, он приказал повесить рабов, ставших мертвыми стражами его тайн.
Его слова гулко отдавались в темноте. Страх охватывал Амеротка все сильнее и сильнее, так что у него появилось ощущение, что его обступает армия мертвецов. Возможно, они превратились в демонов-сторожей этого тайной места. Но что же Хеопс хотел спрятать так тщательно? Что такое особенное требовалось скрыть в глубинах земли и запечатать смертной печатью? Вокруг валялись напоминания о тех, кто трудился в этом подземелье: обрывки ткани, черепки, инструменты, разбитые тарелки.
Они шли и шли по нескончаемому залу. По обеим сторонам тянулась вереница столбов, а с потолочных балок свисали бесчисленные кожаные петли. Под ногами хрустели кости, сандалии взметали прах. Наконец они достигли дальней стены с выбитой на ней длинной надписью. Амеротк высоко поднял факел. Иероглифы относились к раннему периоду, но в свое время он изучал их в Доме Жизни. Он прочитал несколько фраз: «Хеопс, любимец властелина света, фараон, царь и маг, скрыт за этой стеной тайну тайн: записи тех времен, когда бог и человек жили в мире и согласии».
Амеротк прочитал надпись вслух для Менелото. – Это бьшо начало времен, – продолжал переводить Амеротк, – «Зеп Тепи», когда воплощение света, Бог-Творец отправил с небес своих посланников.
Амеротк умолк. По залу про катился звон, как от упавшего оружия, и в этой обители смерти звук этот показался трубным гласом.
– Оставайтесь здесь, – шепнул Менелото. – Постарайтесь узнать все, что можно.
Амеротк принялся поспешно читать, пропуская иероглифы, которые не мог понять или разобрать. Теперь ему стала ясна перемена в Тутмосе. За стеной с надписью хранились архивы, рукописи, где говорилось не о многих богах, а об одном боге: воплощении света, всемогущем Творце всего сущего. Когда-то Бог общался с человеком; он направлял своих посланников со звезд из-за далекого горизонта. То было время изобилия, когда во всем мире царило согласие и гармония. Но люди восстали и убили посланников со звезд, которым они дали имена Осирис и Гор. Амеротк сделал шаг, собираясь поискать потайную дверь, и зацепил ногой какой-то предмет. Он поднял кусок зазубренного и почерневшего металла, необыкновенно твердого. Металл не был бронзой, но его, несомненно, сделал человек. Амеротк чиркнул находкой по стене. Металл остался невредим, а на камне появилась царапина. От резкого движения с потолка клубами полетела пыль. Амеротк услышал негромкий звук.
К нему спешил Менелото.
– За нами следили, – прошептал он.
– Кто?
Менелото схватил его за руку.
– Это только богам света известно. Идемте скорее отсюда!
Амеротк вспомнил об амеметах. Бросив прощальный взгляд на надпись, он поспешил за Менелото по залу смерти, сжимая в одной руке факел, а в другой – кусок неизвестного металла. Они были у самой лестницы, когда Менелото увлек Амеротка подальше в сторону. Они едва успели потушить в пыли свои факелы, когда в зал, как призраки, спустились амеметы.
Амеротк зажмурился и мысленно поблагодарил Maaт что Менелото догадался оставить зажженный факел в нише у дальней стены. Свет этого факела стал приманкой для амеметов. Их было восемь или девять человек, одетых, как кочевники, во все черное с ног до головы. Каждый нес факел и обнаженный меч. Они также остановились, потрясенные ужасным зрелищем. Послышался горячий отрывистый шепот. Некоторые не хотели идти дальше, но главарь, не слушая протестов, указал мечом на свет в дали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
