Растеряно смотрю на Мака, все еще держа мужчину в объятиях. Когда только успели лечь на траву. Наемник все еще не шевелится, держа свой вес на руках.
— Наелась? — безэмоциональный вопрос.
— Более чем, — с вызовом смотрю в его оттаявшие глаза. Я не собираюсь мяться и скрывать свое удовлетворение.
— Понравилось? — уже с легким интересом и прямым взглядом.
— О-о-очень, — сладко протянула и в ответ получила улыбку.
— Я рад, — и лёгкий поцелуй, который Мак не упустил возможности углубить.
— Пора возвращаться, — наемник встал и за руку поднял меня, — темнеет.
Шут наклонился, взял что-то с земли и протянул мне. Я глупо посмотрела на грязную тряпку и перевела непонимающий взгляд на наемника. Он широко усмехнулся и поддел меня:
— Мне, конечно, и так нравится, но не думаю, что ты любишь демонстрировать свои достоинства всем вокруг, — и бирюзовый взгляд опустился на мою грудь.
— Ашарас! — вскрикнула и выхватила из рук наемника, как оказалось, свою грязную рубашку.
— Аха-ха, — тихо рассмеялся Мак, застегивая собственную с неполным набором пуговиц.
А на поля медленно, но верно наползали сумерки. Возвращались мы, когда еще не стемнело, поэтому быстро нашли цепочку всадников и телег, что растянулись по всей дороге.
— Раэль, — окликнул наемник, когда я уже направила скарха из рощи на дорогу.
— Да, — я придержала Дижи и обернулась.
В тот же момент меня приподняли за талию и притянули к теплой груди. Несдержанный, почти грубый поцелуй, от которого губы горят огнем, и меня вернули в седло.
Я тут же ударила скарха по бокам. Дижи рыкнул, так как силу я приложила не малую, но это от растерянности, и выскочил на дорогу. Все серые тут же начали потихоньку разъезжаться, пропуская нас с наемником в центр построения. Я поравнялась с Михаэлем, который что-то увлеченно рассказывал.
— И этот олух не придумал ничего лучше, чем плашмя ударить мечом по лицу и повалить противника на землю.
Ближайшие демоны, да и жнецы захохотали, а зам повернулся ко мне и, как ни в чем не бывало, сказал.
— А ты чего такая невеселая? До этого же так задорно смеялась, — и ни капли беспокойства, лишь интерес.
Я смеялась? Да меня четыре часа здесь не было! Что, оборотень задери, здесь происходит?
Я в растерянности уставилась на Шута, но ответом мне была лишь хитрая улыбка, что играла на лице наемника, пока он смотрел за окончательно потемневший горизонт.
Совет 17
Никогда не идите в логово жнеца! Даже если хочется. Даже если хочется и нужно. Даже если очень хочется, нужно и вопрос жизни и смерти
Граница. Сегодня было решено переночевать на территории Аша, а уже завтра с утра ступить на земли Сальши. По какой-то непонятной причине главный тракт демонов был заблокирован, о чем сообщили посланные вперед разведчики, и наш отряд вынужден был съехать на объездную дорогу еще в Аше. Теперь нам придется зацепить крюком ближайшие земли оборотней. Всего два дня у двуипостасных и мы снова вернемся на тракт, объехав проблемный участок.
Все логично и просто, но до жути подозрительно. До сих пор Михаэль бросает на своего брата настороженные взгляды, пытаясь понять, не их ли рук это дело. Пока безрезультатно. Серые же едут, как ехали и ни на что не обращают внимания. Вот кому плевать, как ехать и куда ехать: хоть в ловушку, хоть на войну. Своим спокойствием они и злят и приносят умиротворение одновременно.
Очередная ночевка, ничего нового, только сегодня она в лесу, а не на постоялом дворе. Все это время мы ехали по главной дороге и не утруждали себя организацией лагеря. Зачем, если каждый час встречались таверны и гостиницы. Но вот мы у границы с оборотнями и Сальши, и тут такой роскоши, как постоялый двор, не найти.
Лагерь разбит, ужин съеден, часовые на местах. Я в отдельной палатке, в соседней уже сопит в две дырки Михаэль, а сон вот-вот уведет его невесту в мир грёз. Непривычная за все время путешествия тишина. Прошло два дня с нашего маленького побега в поля, после которого я обходила стороной наемника. Куча вопросов роилась в голове, и к ним радостно присоединялись учащенное дыхание, дрожь в руках и частичное онемение во время разговора. В конце концов, я разозлилась и немного разнесла номер гостиницы. После этого Мак не настаивал на общении. Он только странно улыбался и выжидал.
Самовлюбленный хам! И ведь дождался. Когда я более менее обдумала все и решила вернуться к нашим достает-бесит-посылаю отношениям, все симптомы улетучились.
И вот я сижу в палатке, выжидаю полчаса после того, как все заснули. Пора. Аккуратно встаю, поправляю задравшуюся рубашку, просовываю ногу в сапог, что не очень получается, сажусь на пол палатки, тяну обувь за голенище, ибо стоя это не получилось, замкнутое пространство мешает. Проделываю то же со вторым сапогом и, наконец, выхожу из палатки.
— Ашарас! — еле слышно шиплю, ибо все спят, но удержаться от ругательства не смогла.
И меня можно понять. Вокруг двух наших палаток с расстоянием друг от друга в локоть раскинулось кругом двадцать с чем-то серых на походных одеялах.
И как мне пройти!? Разве что взлететь! А Мак, скотина такая, все время был рядом, а сегодня поставил свою палатку на другом конце спящего серого воинства.
Мелькнула мысль плюнуть на все и вернуться в палатку, но несколько часов ожидания вместо сна не дали мне так просто сдаться. Поднимаю ногу и медленно переступаю через первую серую тушку. Подтягиваю оставшуюся ногу, ловлю равновесие. Вот таким образом, будто через стаю голодных волков, пробиралась к своей аловолосой цели. Осталось два тела до полной свободы, и, как назло, это оказались знакомые мне тушки. Саи и Коновал.
Они что, назло так близко спят друг к другу?!
Чтобы обойти это препятствие, пришлось ставить ногу параллельно спящим телам, по-другому не получалось. Правая встала идеально, даже не коснулась спящих. Ее я поставила внутренней стороной от себя так, чтобы следующий шаг был через Саи и уже по ту сторону от спящих в повалочку. Не учла я одного, такая позиция теряла устойчивость, если при шаге левая не достигнет земли.
Я оттолкнулась, ожидая, наконец, выбраться из этой стаи серых, поставила левую ногу и уже мысленно поздравила себя с успешно выполненной задачей, как что-то вцепилось мне в правую лодыжку как раз, когда я уже сделала последний рывок.
Потеря равновесия и стремительное падение.
— Мгм, — вырвалось у меня что-то нечленораздельное.
Упасть, не упала, но положение мое оставляло желать лучшего. Мало того, что мою ногу крепко обнимал во сне Саи, так я еще стояла над ним, как мостик над рекой, опираясь на руки. Попыталась вытащить конечность из захвата, результата ноль. Тяжело вздохнула, и начала поворачиваться к плененной ноге.
Теперь стою в раскорячку, ноги по обеим сторонам от серого, руки так же, мое лицо напротив щеки жнеца. Просто великолепно! Осталось еще поднять весь лагерь и продемонстрировать им сию позу во всей красе. Если кто не понял, то раком я стою над спокойно спящим человеком. Венозную мне в глотку!
Ну не хочу я, чтобы кто-то знал о моих ночных похождениях. Жнецы — враги, и совершенно неизвестно, как сильно мне это аукнется в будущем. Однако, поговорить с Маком мне было необходимо. Вот теперь стою над своим заклятым врагом и пытаюсь вырвать из его захвата собственную конечность. Ашарас! Вцепился так, будто это самая дорогая вещь на свете, а не нога вампирши. Так просто он мне ее не отдаст.
Осмотрелась в поисках чего-нибудь на замену ступне, но как назло ничего подходящего. Вдруг Коновал повернулся на бок, лицом к Саи, и что-то начал бормотать. Я тут же замерла, задерживая вдох.
Кровожадный Сиран, только бы не проснулся.
Видимо, мои молитвы были услышаны. Вал пожевал губы, почесал щеку и снова успокоился, равномерно дыша в район шеи Саи. Я выдохнула. Передо мной снова встала задача по освобождению плененной конечности. Но как и при первом осмотре, ничего не было под рукой, кроме самих серых.
