должно быть в номере телефона.
В наушниках, чтобы лучше сосредоточиться, я забыла о Тэнси с ее проблемами, Майлзе с его неотразимым телом и ужасной квартирой и воспоминании о том, как мысленно притянула Ксандера в свою постель – да и вообще обо всем, что происходило в офисе или в мире вокруг. И только в метро, по дороге домой, я зашла в Твиттер и наткнулась на невероятную новость, которую каким-то образом умудрилась пропустить.
Я не преувеличиваю: я по-настоящему взвизгнула и распугала всех стоящих рядом попутчиков. Даже не думая, я написала Мэдди: «О, горе! Горе тебе, мне и всем женщинам планеты! Принц Гарри женится! Поверить не могу, а ты?»
Я сопроводила это кучей эмодзи – плачущее лицо, кольцо с бриллиантом, бутылка шампанского и шляпа – и нажала «отправить».
А потом вспомнила, что мы с Мэдди вообще-то не разговариваем. Последний раз мы общались на девичнике почти месяц назад. Я даже не уверена, что все еще являюсь подружкой невесты, после того как провела большую часть того отпуска не с ними на девичнике, а с Майлзом, и обратный билет бизнес-класса мне тоже не достался. Несмотря на то что никто из них не удалил меня из друзей в социальных сетях, я догадалась, что мой профиль ограничили, потому что поток свадебных постов в ленте совсем иссяк.
К несчастью, когда я нажала «отправить», поезд стоял на станции, а не вне зоны действия сети, а значит, у меня не было времени удалить сообщение. Оно отправилось.
– Черт, – проворчала я, и женщина рядом вновь на меня посмотрела и немного отошла. Главное правило лондонского метро: не говори в лондонском метро. Уж точно не в семь часов вечера в понедельник. Если вы, конечно, не в компании немецких подростков в конце вагона, которые явно этого еще не поняли.
Что сделано, то сделано. Сообщение отправлено. И либо Мэдди ответит, либо проигнорирует. Я с грустью подумала о том, что, если бы все было как раньше, она бы ответила прямо сразу, разделила бы мое волнение, тоже добавила бы кучу эмодзи, притворившись, что она в таком шоке, какой в реальности никогда бы не испытала.
Я знаю миллионы женщин со всех концов страны, которые долго вынашивали в себе любовь к красивому принцу, но, знаете, с Мэдди это было серьезно. С самого детства она говорила, что однажды выйдет замуж за Гарри. Еще в первом классе средней школы, когда девочки мечтали победить в «X-Факторе», стать моделями или, в случае особого благородства, кардиохирургами (таковых было не много), Мэдди спокойно заявила, что станет принцессой.
У нее все было расписано. Она собиралась выучиться на ветеринара, специализирующегося на лошадях. Потом переехать на юг и устроиться на работу в Беркшире, и когда любимая поло-пони Гарри заболеет никому не известной болезнью, которую не сможет диагностировать ни один ветеринар, она окажется тут как тут и найдет чудодейственное лекарство. Принц, с ввалившимися глазами после бессонной ночи, увидит ее за воротами конюшни, скажет, что не знает, как ее отблагодарить – и начнется дружба, которая потом перерастет в любовь.
Я уверена, что только эта мечта и помогла Мэдди пройти обучение в ветеринарной школе, что было далеко не просто, требовало тяжелой работы и включало много часов, когда приходилось держать руку в заднице у коровы.
В какой-то момент в план вмешалась реальная жизнь, Мэдди получила работу младшего ветеринара в частной клинике в Лондоне, где ее основными пациентами стали растолстевшие коты и собаки с поведенческими проблемами – может, иногда появлялся какой-нибудь случайный нервный кролик. Наверное, уже тогда она начала понимать, что мечта ускользает от нее. И все же, когда было объявлено о помолвке принца Уильяма, она захихикала и сказала: «Видишь? Видишь? Это может случиться с каждым!» Следующую пару недель она ходила в нюдовых туфлях «Л.К. Беннетт» на шпильках, с черной подводкой, а по выходным гуляла по Лондону и ходила на шопинг на Кингс-роуд.
Я знала, что даже теперь, когда и сама Мэдди уже выходит замуж, она все еще жадно наблюдает за новостями, скупает всю желтую прессу ради ярких праздничных приложений, смотрит официальные интервью по телевизору и планирует вечеринку еще пышнее, чем та, которую она устроила в честь свадьбы Кейт и Уильяма.
«Черт, Мэдди, я так по тебе скучаю», – подумала я, но все же удержалась от того, чтобы сказать это вслух. Я проверяла сообщения на каждой станции, но Мэдди не ответила, хотя я видела, что она уже прочитала мое сообщение. Если она не ответит, я официально уволюсь с поста подружки невесты, решила я, приму тот факт, что наша дружба закончилась, и буду жить дальше. Какой смысл стегать мертвую лошадь? И принц Гарри бы точно со мной согласился.
Но когда я проходила мимо «Дэйли Грайнд», телефон завибрировал. Я порылась в сумке, вынула его и увидела сразу несколько сообщений.
«Привет! Как прошел твой день? Удалось что-нибудь узнать? Я дома – хочешь что-нибудь на ужин? Еще раз спасибо за то, что ты предложила мне свою помощь, я очень благодарна x»
От Тэнси.
«Привет, красотка. Я весь день о тебе думаю. Прошлая ночь была волшебной. Хочешь повторить? Я один в квартире и здесь так пусто без тебя xxxx»
От Майлза.
«Привет – мне только что написала Мэдди. А тебе? Нужно поговорить».
От Молли.
И от Мэдди: «Привет, дорогая. Спасибо за сообщение. Я так перед тобой виновата. Ты случайно не свободна сегодня вечером? Можем встретиться где-нибудь в центре. P.S. И Гарри, боже мой!» – и куча эмодзи, еще больше и несуразнее моих.
Я задумалась, но буквально на секунду, и отправила четыре сообщения.
«Извини, но пока что без новостей, хотя мой коллега, Ксандер, обещал помочь. Я не сразу домой – вернусь к 11. Никому не открывай и не волнуйся, все будет хорошо. И все-таки мне кажется, что стоит поговорить об этом с Р! X»
«Для меня тоже эта ночь была волшебной. Ты волшебный! Но я занята сегодня вечером, извини. Как насчет завтра? Xxxx»
«Да, по-моему, нужно. Мы с Мэдди встречаемся сегодня вечером».
«И где встретимся? Где-нибудь у Лондонского моста? В том ресторанчике с тапас? Могу приехать туда через полчаса».
Не дожидаясь ответа Мэдди, потому что я и так знала, что она садится на поезд домой у Лондонского моста и любит тапас, я развернулась и снова пошла в метро.
И оказалась права, потому что, когда я вошла в ресторан, она уже ждала за столиком на двоих, с бутылкой нашего привычного хереса и двумя бокалами. Она вскочила, как только меня увидела, и мы обнялись, крепко-крепко, и разомкнули объятия со слезами на глазах.
– Ладно, садись, давай
