— Но какое отношение все это имеет к вам? — поинтересовался Дуглас. — Если у вас есть доказательства, что Лестер Пью совершил преступление, то вы обязаны сообщить об этом мне. Почему вы этого не сделали, мистер Роган?
— Проклятие! — сердито воскликнул Джош. — Думаю, теперь это уже не важно! Маккензи, я агент правительства Соединенных Штатов. Я уже несколько месяцев иду по следу Лестера Пью и Чета Хартера. Я приехал сюда, в Доусон, чтобы собрать улики и выдвинуть против них обвинение.
Лицо Дугласа Маккензи стало пунцовым.
— Если это правда — а я не говорю, что хотя бы на секунду поверил вам, — то почему вы не связались со мной? Это наша территория, вам это известно, хотя вы, американцы, часто ведете себя тут так, будто вы у себя дома!
— Потому что я действовал тайно, — ответил Джош. — Мое начальство решило, что мне следует работать одному. Собрав все улики, я должен был обратиться к вам. А что касается моей персоны, то можете связаться с Вашингтоном. Они подтвердят мои полномочия.
— Подтвердят или нет, все равно у вас нет никаких полномочий на территории Канады.
— Черт возьми, парень, я прекрасно об этом знаю! Мы что, собираемся разводить тут дискуссию? Пью и Хартер — это исчадия ада! Мы будем спорить о полномочиях или попытаемся избавить обе наши страны от этой парочки?
Дуглас некоторое время пристально смотрел на него, а затем слегка тряхнул головой и натянуто сказал:
— Но у вас нет достаточных улик, чтобы арестовать Пью? Правильно?
— Почти, но не совсем так. Мне нужен свидетель. Всего один надежный свидетель какого-нибудь преступления Пью! — Он ударил кулаком по колену. — Я подобрался уже совсем близко… Если вы арестуете Хартера, все всплывет наружу. Я прошу вас, Маккензи, подождать несколько дней. Всего несколько дней.
Он просительно взглянул на Дугласа, и Маккензи отвел взгляд. Подбородок полицейского был упрямо вздернут. Мужчины были взвинчены и напряжены, и Белинда, внимательно следившая за их разговором, боялась, что дело закончится дракой. Она не особенно удивилась признанию Джоша насчет того, что он федеральный агент, но немного обиделась, что он не посчитал возможным рассказать об этом ей. Неужели это такой большой секрет?
Где же Аннабел с чаем?
Белинда уже решила отправиться на кухню, когда вперед выступил ее отец. Лицо его было мрачным.
— Вам нет нужды ждать, сержант Маккензи, — сказал он. Джош резко повернул голову и посмотрел на него, но Морган Ли успокаивающе вскинул руку.
— А вам больше нет необходимости искать свидетеля, Роган, потому что я тот человек, который вам нужен.
— Вы, Монтана? — вскинул брови Джош.
— Я больше не Монтана, Джош. Теперь я Морган Ли. — Он криво улыбнулся, а затем лицо его приняло серьезное выражение, и он повернулся, к полицейскому: — Мне следовало давно прийти вам, сержант, но у меня были причины не делать этого. Во всяком случае, я пытался убедить себя в этом. Теперь все эти причины отпали. Я готов предстать перед судом и свидетельствовать, что я видел, как Лестер Пью и Чет Хартер убили человека по имени Карл Добер и засунули его тело в сундук. Теперь вам осталось только найти тело — а это может оказаться не так-то просто!
Глава 18
Белинда распахнула дверь кухни, и Аннабел, испуганно вздрогнув, очнулась от глубокой задумчивости.
— Аннабел! Ради всего святого, что с тобой? Мы все ждем чай!
Аннабел выпрямилась; взгляд у нее был такой, как будто она только что очнулась от сна.
— Прости, Би. Сейчас все принесу.
Ставя поднос на стол в гостиной, Аннабел удивилась взволнованному выражению лиц присутствующих.
— В чем дело? — спросила она.
Белинда улыбнулась и положила руки на плечи сестры.
— Наш папа собирается быть свидетелем у Джоша, то есть у Джоша и Дугласа. Теперь они смогут арестовать Лестера Пью и Чета Хартера и предъявить им обвинение в убийстве! И мы, и весь город навсегда избавимся от них! Разве это не чудесно?
— Конечно! — Аннабел выдавила из себя улыбку. — Я так счастлива.
Но в глубине души она сознавала, что это неправда. Ей не терпелось еще раз спросить Белинду, действительно ли человек, напавший на нее и убивший Чарли, был Четом Хартером, но она не осмелилась.
И хотя Аннабел прекрасно знала, как быстро Хартер выходит из себя — она коснулась синяка под глазом, — ей было трудно поверить, что он совершил то, о чем рассказывали Белинда и Джош Роган. В этом не было никакого смысла. Хотя какая ей разница? Хартер оскорбил ее, и она не собиралась возвращаться к нему, но какой женщине приятно думать, что она наслаждалась объятиями мужчины, способного на убийство. Аннабел была в растерянности, и при мысли об этом сердце ее пронзала боль.
Тем не менее она постаралась не портить всем настроение — они так радовались. Она налила себе чай и молча отхлебывала из чашки, пока остальные строили планы, как им арестовать Пью и Хартера после того, как они найдут тело человека по имени Карл Добер.
Ей не хотелось слушать, и она пропустила почти весь разговор, вернувшись к действительности, только когда мужчины, прощаясь, встали.
Джош и отец уходили вместе. Джош взял Белинду за руку и сказал:
— Твой дом станет нашим штабом. Каждый из нас будет оставлять здесь сообщение для остальных. Мы приступим к делу рано утром, так что пообещай, что вы с сестрой весь день не выйдете излома. И молись, чтобы мы быстро нашли тело Добера, пока не случилось еще чего-нибудь или пока Пью не догадался, что мы собираемся его арестовать.
Белинда улыбнулась ему — такой улыбки на лице сестры Аннабел никогда раньше не видела. Прозрение было для нее как пощечина — они влюблены друг в друга! Кроме того, было совершенно очевидно, что они любовники. Но вместо радости за сестру Аннабел почувствовала тоску и обиду.
Относя чашки на кухню, она услышала, как Дуглас прощается с Белиндой, и ее обида усилилась. Белинде всегда все удается. Теперь из-за нее чуть ли не подрались двое красивых и милых мужчин.
Когда дверь захлопнулась, Белинда пришла на кухню.
— Тебе помочь с посудой?
— Нет, я справлюсь сама, — покачала головой Аннабел.
Белинда взяла ее за плечи и повернула к себе.
— Аннабел, что случилось? Ты странно себя ведешь.
— Нет, ничего. — Аннабел сбросила ее руки. — Думаю, я просто устала. День был такой длинный, и произошло столько событий.
— Тогда оставь эти тарелки. Закончим завтра утром. Я хочу просмотреть мои снимки и отобрать те, которые стоит отправить в «Леслис уикли». Мне нужно отослать следующую серию с завтрашней почтой.
— Нет, я все доделаю. Здесь, в кухне, так мило и спокойно, а мне нужно подумать.
