Как раз в это время король Теудахад направлялся из Тиволи в Рим, чтобы дать консультацию по поводу организации общественных библиотек. Когда он узнал новости, то помчался во дворец в Равенне, где можно было надежно спрятаться, потому что ее защищали болота и море, слишком мелкое, чтобы там могли пройти военные суда. Они не дошли бы до фортификаций. Но Виттих послал за ним в погоню. Он скакал быстрее Теудахада из страха перед новым королем. Кроме того, всаднику было за что мстить королю, приказавшему забрать у него прекрасную девушку, которая была ему обещана в жены. Он скакал день и ночь и наконец, проскакав двести миль, догнал Теудахада. Он его перехватил у ворот Равенны, схватил за шиворот, стащил с коня и перерезал ему глотку, как поросенку.
Король Виттих подошел к Риму раньше Велизария. Там он объявил о том, что его будут короновать, и собрал большой совет готов. На совете выяснилось, что дела готов были в полном беспорядке. Силы, предназначенные для обороны, были рассеяны по всей Италии, а основная армия отправилась на северо-запад через Альпы, чтобы защищать земли готов с этой стороны Роны от франков, подкупленных Юстинианом. Еще одна армия была в Далматии у Спалато. Виттих понял, что у него всего двадцать тысяч. Он не мог рассчитывать на победу над Велизарием, хотя у того было всего десять тысяч.
Виттих решил оставить в Риме гарнизон, который сможет его защищать, заключить мир с франками, отправить войска в Равенну и через несколько недель возвратиться с большим войском и вытеснить нас к морю. Римский Сенат обещал Виттиху свою поддержку. Но он для страховки забрал с собой заложников из знати. Папа Сильверий, которого Теудахад подозревал в тайной переписке с Константинополем, дал торжественную клятву верности новому королю.[96] Виттих отправился в Равенну и там женился на Матазонте, хотя и против ее желания. Матазонта была единственной дочерью Амалазунты. Король стал жить в доме Теодериха. Из Равенны он посылал послания с уверениями в дружбе Юстиниану и просил, чтобы тот отвел армии, потому что смерть Амалазунты, как он считал, была отомщена и уравновешена смертью Теудахада.
Юстиниан не отвечал ему, считая, что вскоре вся Италия станет принадлежать ему. Виттих заключил с франками мир, заплатив пятнадцать тысяч золотых монет. Эту сумму им же предлагал Теудахад. Он отдал им территории готов между Альпами и Роной и поставил условие, что они пришлют войска, чтобы помочь ему в борьбе против Велизария. Франки не желали портить с нами отношения и ничего конкретного не стали ему обещать, говорили, что со временем пришлют подкрепление.
Потом мы отправились в Рим по Латинской дороге, пролегающей по Капуа вдоль побережья на тридцать миль в глубь страны, потому что более короткую Аппиеву дорогу легче было защищать при Террацине и в нескольких других точках. Велизарий не мог задерживаться или нести потери в людях. Нас везде радостно приветствовали, в особенности священники. Солдатам было строго-настрого наказано платить за провизию и вести себя спокойно и вежливо. Нам, слугам, было интересно посмотреть на старые и новые итальянские постройки, но госпожа ни на что не обращала внимания и была полностью погружена в мрачные мысли. Наконец, пришло письмо от Феодосия, ставшего монахом в Эфесе, как и советовал ему Велизарий. В письме он благодарил Велизария, но к нам не собирался возвращаться:
«Дорогие мои крестные, я не могу к вам приехать до тех пор, пока с вами находится ваш сын Фотий. Вы мне сообщили, что Македония была наказана, и я боюсь мщения ее любовника. Я не обвиняю его в том, что он подговорил Македонию обвинить меня, но вы должны знать, что он меня всегда ненавидел. Крестная Антонина, ты мне делала много подарков, а он считал, что его тем самым обкрадывали».
Велизарий, желая угодить Антонине и вместе с тем как-то извиниться перед Феодосием за свои подозрения, отослал Фотия в Константинополь. Он повез для Юстиниана ключи от Неаполя, пленных готов и письмо, где просил о подмоге. Потом Велизарий написал Феодосию, что тот может безбоязненно возвращаться. Но Антонина не могла дождаться встречи.
Наше прибытие застало врасплох гарнизон готов в Риме. Их посты были размещены на Аппиевой дороге. Нас там не видели и все считали, что мы еще в Неаполе. Снова Велизарий проявил прозорливость. Народ в Риме был убежден, что город должен ему сдаться. Никому не хотелось испытывать судьбу неаполитанцев. Папа Сильверий нарушил клятву, присягу, данную Виттиху, на основании того, что она была принесена под нажимом и к тому же еще и еретику. Он прислал письмо Велизарию, где приглашал его войти в город без страха, потому что он убедит гарнизон готов покинуть Рим. Пока мы спускались вдоль хребта Альбано и вошли в город через Асинарийские ворота, гарнизон готов вышел через Северные ворота. Их командир отказался покинуть пост. Велизарий захватил его в плен и отослал в Константинополь вместе с ключами от города.
Должен признаться, что Рим меня разочаровал. Конечно, это был большой город, с великолепными зданиями, некоторые их которых могут превзойти дома в Константинополе. Но, по-моему, у него есть три отрицательные черты, из-за которых он уступает даже Карфагену: там нездоровый климат, город удален от моря, и там мало богатств и населения.
Римские сенаторы и священнослужители тепло нас приветствовали, предлагали отправиться в Равенну и уничтожить узурпатора Виттиха, прежде чем он сможет собрать необходимые силы. Они расстроились, когда Велизарий ответил, что собирается оставаться в городе, воспользовавшись его гостеприимством. Им стало совсем не по себе, когда он начал укреплять оборону города, ибо она находилась в ужасном состоянии.
К нашей госпоже тайно пожаловал сам Папа Сильверий и сказал ей в моем присутствии:
— Почтенная дочь, может вам удастся убедить победоносного Велизария, вашего мужа, чтобы он отказался от своего, на наш взгляд, не очень мудрого решения. Кажется, он собирается устроить осаду нашего священного города. Город благословлен Богом, но он не приспособлен к осаде и в течение двенадцати сотен лет своей истории никогда не мог выдержать долгой осады. Вы сами видели, его стены длиной в двенадцать миль, в городе не хватает продовольствия для населения, а с моря сюда нельзя доставлять провиант. Это не Неаполь. Сил у вас не так много. Почему бы не вернуться в Неаполь и не оставить нас, римлян, в покое?
Антонина отвечала ему:
— Возлюбленный во Христе, святейший и почтенный Сильверий, вам следует больше думать о Небесах, а мой муж и я станем заниматься земными делами. Позвольте мне предупредить Ваше Святейшество, что вам лучше не вмешиваться в наши дела.
Папа Сильверий отправился восвояси весьма обиженным и даже не благословил госпожу. Как вы уже догадались, это ее не очень расстроило. Между ними началась вражда, и Папе пришлось отступить и приветствовать нашу небольшую армию. Папа был убежден, что нас победят и Виттих с ним расправится за нарушение присяги.
Велизарий послал Константина и Бессаса с небольшими силами покорить Тоскану, а остальная армия начала укреплять старые башни города, очищать и углублять захламленные рвы и чинить ворота. Со времен Теодориха никто не укреплял крепостные стены. Они состояли из широкого вала насыпной земли между двумя каменными стенами, и через определенные интервалы стояли караульные башни. Велизарий приказал пристроить защитное крыло так, чтобы птицы или ангелы, если они станут смотреть сверху, видели бы сплошные ГГГГГ, как буква Gamma, написанная множество раз. Велизарий привлек к этому труду разных рабочих и каменщиков, как он это сделал в Карфагене. Он запасся зерном, привезенным из Сицилии, и скупил все зерно у крестьян на сто миль вокруг города, заплатив за него хорошую цену.
Десятого декабря мы вошли в Рим, и прошло три месяца, прежде чем король Виттих выступил против нас со своей армией. Это была сильная армия, собранная со всей Италии и даже из-за Альп. В основном, она состояла из тяжелой кавалерии. Тоскана сдалась нам, но Велизарий отозвал оттуда все гарнизоны, кроме тех, что он оставил в Перудже, Нарни и Спалето — всего тысячу человек. Он также забрал матросов с флота и всего у него было десять тысяч человек по сравнению со стапятидесятью тысячами готов. Началась осада Рима.
Виттих отправился на юг во главе армии, которая растянулась за ним по Фламиниевой дороге на сотни миль. Между дивизионами оставались небольшие интервалы. Недалеко от Рима он встретил священника, которого на носилках уносили из города. Он отправлялся в приход на севере. Виттих спросил священника:
— Какие новости, святой отец? Велизарий все еще в Риме? Как вы думаете, нам удастся его схватить, прежде чем он отправится в Неаполь?
Умный священник ответил:
— Король Виттих, не стоит торопиться. Госпожа Антонина, жена Велизария, приказала застеклить окна дворца, где они живут, и ставит новые петли на двери, покупает новую мебель и картины и перепланирует сад, сажает розовые кусты и строит новое северное крыльцо. Сам Велизарий делает то же самое с оборонительными укреплениями города. Когда вы достигните Тибра, то найдете там новый северный мост возле Мульвинского моста.
