Сокрушаюсь во весь голос и отказываюсь принимать реальность, где мой ненаглядный, подлым образом, выкрал одежду и, судя по всему, запер меня.
Догадываюсь, что сделал это с целью — подавить во мне самостоятельность. А так как я, с недавнего времени, довольно болезненно реагирую на порабощающие ужимки, то и звонить ему — не буду.
Звоню Лизе.
— Отвянь, я сплю, — кряхтит она вяло и раздраженно (на часах еще и девяти нет). «Богема не встает до двенадцати» — вспоминаю ее заявление.
— Хочешь, материл для тик-тока? — кидаю первую хлебную крошку, чтобы заманить.
— Я работаю по предоплате, — выставляет свой ультиматум.
— Видео, как вскрыть дверной замок отмычкой, подойдет — хитро преследую злой умысел. Заблокировать Лизкин аккаунт непригодным видосом.
— Допустим. Что надо сделать? — уже бодрее и заинтересовано.
— В диване лежит черный рюкзак. Закинь туда мои трусики, лифчик, футболку, джинсовые шорты и сандалии на низкой платформе, — дальше называю адрес, заказываю ей такси через приложение и оплачиваю с карты.
Вот, Ликочка, молодец. Уже и сестру подтягиваешь в криминальный омут, — распекаю себя маминым голосом, — Научи ее, как квартиры вскрывать, а потом посмотрим, что из этого выйдет. Ничего путевого, так же как и ты скатится к воровству. И я клянусь, всеми богами, что слышу его в натуральную громкость.
Сердце стукнуло, чуть не проломив грудную клетку, покатилось в пятки. Настроение портится. Больше всего от обиды на Сашу. К чему было выведывать все мои планы. Соглашаться с ними, а затем так подло запереть. Феминизмом я не страдаю, и к его мнению точно прислушалась. Печально все же, что он мое в расчет не берет. Значит, я вправе поступать так, как посчитаю нужным.
Что ж Сашечка — решаю внезапно. Хочешь качели и горки? Будет тебе и то, и другое. Коли не накатался еще.
Смело распахиваю шкаф и без зазрения совести обшариваю каждую коробку. В ящике для инструментов, под отделом с отвертками, нахожу две толстых веревки с карабинами. Разматываю и связываю, как можно туже, свободные концы. Узлы получаются рыхлыми. Перетягиваю сверху строительным скотчем в несколько слоев.
Откручиваю болты на решетке в панели, которой отделан балкон, креплю один карабин к батарее. Любуюсь своим произведением. Вот тебе! Даже, мужа на час вызывать не пришлось.
Лизка подъезжает минут через десять. Дожидаюсь, пока отъедет такси и рассосется столпотворение мамочек с колясками. Спускаю веревку.
Лизка вообще за любой кипиш. А за интригующий — тем более. Мне и объяснять не приходится порядок. Как Рапунцель распускаю веревочные косы. Она подхватывает болтающийся крюк и цепляет пожитки.
Тянем — потянем, и в скорости рюкзак оказывается в моих руках. Зарекалась же, не брать в руки отмычки. Но зарок, он на то и зарок, чтоб его нарушать.
В боковом кармашке объемного сумаря, так и валяется набор от Костета, закрученный в носовой платок.
Присев на колено, вставляю узкую планку в скважину, нажимаю и поворачиваю. Затем, уже второй отмычкой выставляю все пины на место. Прислушиваюсь к каждому щелчку и кропотливо утапливаю штифты. Мысленно благодарю научного руководителя, пригодилось знание и в мирной жизни. Мне любой замок по зубам. Это как ездить на байке, раз попробовал, вовек не разучишься. Способность не из тех, чем хвастаются на каждом углу и передают по наследству. Думаю, что в последний раз прибегаю к подобному.
Едва открывается дверь, мне в прямо в лицо целится смартфон. Хватаюсь двумя руками за полотенце, дабы не распахнулось и не подкинуло Лизкин рейтинг до небес на обнаженке.
— Вот, мои обожаемые лайкеры, небольшая затравочка. Вы видели, что замок можно вскрыть без ключа. Хотите знать больше — подпишитесь. Смайл от вашей Лизы — Чики.
Живя с тиктокером, невольно привыкаешь, быть в центре внимания и иметь глаза на затылке. Кто его знает, в какой момент тебя решат поснимать.
— Не спрашивай, — останавливаю Лизкину викторину Что? Где? Когда?
Оставляю ее, прогуливаться по квартире, и иду в спальню одеваться. Пораскинув мозгами, прихожу к выводу, что вступать в конфронтацию с Сашей, мне совсем не хочется. Начинать новый виток отношений в таком ключе — тоже. Вечером приготовлю ужин и усажу его за стол переговоров.
Решение принимаю без колебаний. Пытаюсь укрепиться и не поддаться уговорам разума — не ехать домой, а дождаться Сашу. Или же, позвонить ему и посоветоваться.
— На выход, — выманиваю застрявшую в гостиной сестру, пока порыв смелости не иссяк. Сверчок стрекочет в голове, что добром не кончится. Отмахиваюсь от назойливости. В конце концов, у меня есть обязательства. Смешно даже. Поступать порядочно с тем, кто так бессовестно со мной обошелся. Сомнения гложат, но я не сдаюсь. Нести долг, как обузу, это означает бросить тень в наше светлое будущее.
Видимо тревога и растерянность отражаются у меня на лице. Лизка ведет себя спокойно, лишь участливо придерживая меня за руку всю дорогу.
Но стоит выйти из машины, как на нас налетает обезумевшая Юляша, с которой Костик путается время от времени. Опухшие глаза, волосы разлохматились во все стороны. Внешний вид такой, словно она не спала всю ночь. Бледные губы дрожат, когда она сопливо втягивает носом воздух и нападает, страдальчески заламывая руки.
— Лика, забери заявление. Костя он же ни в чем не виноват.
Ах, вот зачем поджидала. Быстро же новости распространяются.
Во мне вся злость скапливается. Отпустить чудище — болотное, после того как он два раза пытался изнасиловать. В третий раз, везуха может не включиться. Фортуна привередлива в своем постоянстве.
— Нет, Юль. И ты не вмешивайся, — равнодушным тоном старюсь потушить ее агрессивный всплеск.
— Ну, пошутили ребята. Что их за это, в тюрьму сажать? Лизка же в порядке.
Вовсе престаю понимать, что за немыслимый бред из нее рвется.
— Причем здесь Лизка-то?
— Ой, да ладно дуру разыгрывать. Знаю я, что ты на него взъелась из-за похищения. Ненавижу тебя, Скворцова. лютой ненавистью. Он ради тебя столько всего… — прерывается, шмыгает. Я и сострадать уж было приступаю. Любовь, как говорится, зла. Юляша — то не виновата, что ее так угораздило.
— От таких ухаживаний с ума сходят, — бросаю едкую иронию. Ахнуть не успеваю, с каким коротким разгоном ее сносит от брошеной зайки к разъяренной ведьме.
— Да я готова разодрать тебя на куски за то, что стоишь между нами. Сама не берешь и ко мне не пускаешь. Тварь ты последняя. Они у меня дома с Вадимом обсуждали. кого нанять, чтоб тебя припугнул …машину типа продавал …героем же хотел, перед тобой предстать …а ты.
Юлька, сама не ведая, только что Рытникову еще
