Поняв это, Ник решил, что желание тут же пропадет, но этого не произошло. Жар охватил его тело. Желание, совсем не похожее на то, что Ник когда-либо испытывал, ревело внутри, расширяя одни кровяные сосуды и сужая другие. Хотя температура его тела стала ненормально высокой, он чувствовал каждую свою сокращающуюся мышцу и то, что, напрягшись, выпирало в нижней части тела. Нервные клетки плавились, а артерии, доставляющие кровь к его половым органам, расширились, но при этом не происходило ничего, способного вызвать желание, разве что Зи упала на четвереньки. Но это не должно было его возбуждать, ведь он не хотел вести себя грубо, как зверь.
Дрожа от ярости и наверняка ругаясь про себя на языке лутин, Зи попыталась ползти к двери. Возбуждение, охватившее Ника, стало более интенсивным, и он не знал, хорошо это или плохо. Ник тоже упал на колени и пополз к Зи, но не для того, чтобы помочь ей. Не видя своего тела, он был уверен, что больше похож на крадущегося зверя, чем на человека. Бесспорно, магия, о которой говорил Ледяной Джек, похитила его тело и пыталась уничтожить ум. Понимая это, Ник все же не мог заставить себя остановиться. Древняя магия, живущая в шийне, демонстрировала свою силу, и он за мгновение усвоил, что они с Зи не смогут преодолеть ее.
Только прекратив борьбу с чувственным желанием, он мог избавиться от страданий. Надо было сдаться и выполнять волю магии. Конечно, от них не потребуют невозможного, шийн не сделает им больно.
— Зи! — грубо окликнул он девушку. — Хватит сопротивляться. Хватит или… — Или что? Он накинется на нее? Мог ли он стать насильником из-за желания, которое невозможно было превозмочь? Неужели магия вынудит его сделать это? Он боялся, что это случится. — Перестань, Зи, или тебя лишат сознания.
Задыхаясь и плача, она свалилась на пол.
— Магия меня не отпустит — она ничем не лучше гоблинов, — сказала Зи сквозь слезы и свирепо посмотрела на Ника, извиваясь, как кобра.
Он никогда не видел такого проявления животного желания. По ее коже каплями стекал пот, а щеки и губы покраснели и стали цвета темной розы. Сквозь блузу, мокрую от пота, просвечивались соски. Но глаза Зи были наполнены гневом и страхом.
— Не подходи! А то… я сделаю тебе больно. Я хочу тебя, и я слишком сильная. Иногда лутин кусаются. Они… мы… любим кровь.
Снова нахлынул ее запах — темный, сильный — это был запах возбужденной Зи. Пьянящий запах заставил Ника забыть о своей усталости.
«Пожалуйста, причини мне боль! — мысленно взмолился Ник. — Пей кровь, делай все, что хочешь!» От диких чувств у него кружилась голова. Зи говорила правду. Ее руки крепко вцепились в пол, ее пальцы изогнулись, как когти, а глаза сверкали. Это была не та Зи, которую он знал. Нежная возлюбленная превратилась в животное.
И все равно он пополз к ней. Она казалась неотразимой.
— Скажи, что ты этого не хочешь, — прошептал Ник.
— Конечно, я этого хочу — но не так, — огрызнулась Зи, приблизившись к нему. От ее дыхания зашевелились волосы на его голове, и он остро ощутил запах ее пробудившегося желания, пропитывающего все ее тело.
— Не надо играть словами, Зи. Просто объясни мне, почему ты этого не хочешь. У меня в сумке есть лекарства, которые помогут нам победить себя.
На самом же деле Ник не знал, сможет ли он доползти до сумки, лежащей в дальнем углу комнаты. В ту минуту это казалось немыслимым.
— Разве это возможно? — Глаза Зи расширились. Ее страх и гнев немного ослабели.
— Я не хочу причинить тебе боль, но, если ты и дальше будешь сопротивляться, это может случиться, — признался Ник, чувствуя, что говорить стало легче. Невероятное возбуждение исчезало — не полностью, но формулировать свои мысли он уже мог. — Не знаю, насколько я силен и каковы мои собственные силы.
— Ник. Я все еще… я все еще люблю тебя. — Она облизнула губы, а он жадно проследил за этим движением. — Я не хочу из-за того, что магия принуждает нас. Наша любовь должна быть настоящей, а не по принуждению волшебной силы. У магии есть какая-то цель — не знаю точно, какая. И неизвестно, чем это обернется для нас.
Ник засмеялся, глядя вниз, на выпирающую часть своего тела. Его одежда в том месте чуть ли не рвалась от напряжения.
— Мне это кажется классным.
— Но если это не твое желание? — настойчиво уговаривала его Зи. — Вдруг это все-таки магический трюк, и ты потом пожалеешь об этом?
— Но в любом случае мы испытаем наслаждение, — заявил он, придавая своим словам шутливую интонацию.
— Ты не понимаешь? Я не хочу близости без любви! И не позволю магии распоряжаться мной! Меня постоянно используют те, кто не любит!
Сильно задрожав, Зи бросилась к порогу.
Сумасшедшая похоть в то же мгновение снова охватила Ника. Прежде чем он смог себя контролировать, его тело прыгнуло на Зи. Используя свою силу, он прижал Зи к полу.
Отполированный тяжелый камень был не грубым и не холодным; оглушенная своим желанием, Зи лежала на нем, распластавшись. Ей было трудно дышать, так как Ник своим весом давил на грудь. Его запах окутывал ее облаком, проникал в легкие. Жар его тела, казалось, обжигал ее спину, но это доставляло ей наслаждение.
Зи больше не сопротивлялась. Он мог поступить с ней как угодно, и она, вероятно, позволила бы ему все. Эта мысль на мгновение пробудила в ней ярость, но желание, бьющееся в жилах, было настолько сильным, что ей хотелось кричать, рвать и метать.
Невыносимо долгое мгновение Ник молчал. Зи слышала, как он сдерживал дыхание, борясь с собой. Постепенно он стал дышать спокойнее, но желание обладать Зи не уменьшалось.
Конечно, она хотела не этого, но трепетала в его руках. Зи чувствовала, что он на грани сумасшествия. Она вспоминала ощущение его губ на своей коже и вкус его рта при поцелуе.
Испытав многое в своей жизни — горе, ужас, боль и, наконец, любовь — она поняла, что это чувство больше всего напоминало любовь.
Любовь? Это она переживала сейчас? Один из видов любви?
Она полагала, что так оно и было.
Эта идея вклинилась в ее голову, как лом в механизм настенных часов. Любовь… Зи пыталась как-то осмыслить происходящее с ней, но не могла.
Зи дважды глубоко вдохнула, чтобы прояснить мысли.
Она любит Ника. Как и предсказывал отец, их магии встретились и соединились. Это случилось еще до приезда в шийн. Желание, сумасшедшее вожделение, охватившее все ее существо, без любви не возникло бы.
Потом Зи стало ясно, что каким-то образом любовь и сумасшедшее желание слились воедино. Вместе они лавиной обрушились на нее, подавляя гнев и сопротивление. Магия использовала любовь и вожделение для своей цели. Одного желания для достижения этой цели было мало, ведь не любя можно было бы уйти отсюда — или уползти. Никакая магия, даже самая сильная, не остановила бы ее. Она смогла бы сохранить самообладание, и это стало бы щитом и доспехами Зи — ее святым Граалем. Для нее было бы возможным все.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
