- Что вы, мистер Поттер, - саркастически протянул Снейп. - Я отнюдь вас не виню. Полагаю, увидев на обложке абсолютно незнакомые слова, вам стало любопытно, и меня это ни коим образом не удивляет: Зелья всегда были для вас китайской грамотой.
Гарри вздохнул. Все начиналось сначала. Лучше бы он промолчал…
- Сэр, если я не совершил ничего предосудительного, можно мне продолжить чтение?
Снейп чуть склонил голову набок, и в его взгляде появилась заинтересованность. Он изучал реакцию юноши, словно тот был неизвестным препаратом, способным произвести как неконтролируемые разрушения при неверном обращении, так и оказаться ни на что не годным просроченным варевом.
- И что же привлекло ваше внимание в столь недостойном издании? Помнится, там даже нет иллюстраций, на изучение которых вы могли бы потратить столько времени.
Гарри постарался придать голосу равнодушные интонации, несмотря на то, что снисходительный тон профессора вызывал желание нахамить в ответ:
- Я читал про использование рога Нарвала. Но если бы вы предупредили, что устроите опрос по пройденному материалу, я составил бы конспект, - резко отозвался он.
Юноша был напряжен, даже свободная поза не могла этого скрыть, и он знал, что Снейп это чувствует. Как хищник чувствует страх жертвы. А это означало, что в покое его оставят не скоро.
- Полагаете, я поверю, что вас это интересует? - профессор скривился, словно у него разом заныли все зубы.
- Нет, сэр.
Гарри закрыл журнал, поискал глазами, куда бы его отложить, но не обнаружил достойной поверхности, за исключением пола. Снейп не стерпел бы подобного пренебрежения, а Гарри не хотел давать ему повод к дальнейшим нападкам. Он приподнялся, подтянул ноги, испытывая неловкость от своей слишком фривольной позы, оперся на подлокотник и развернулся к профессору:
- Мне неинтересно то, что пишут в этом журнале, - раздраженно заметил он. - Меня клонит в сон от одного упоминания о реакциях и вытяжках, перегонных кубах и влиянии Переступня Двудомного на устойчивость структуры зелий, но вы ведь все равно не позволяете мне брать книги, которые я хотел изучить. Так почему вас беспокоит, что мне приходится читать всякий бред? Лучше знать Зелья я все равно не буду, а если вас раздражает мой зубовный скрежет, я могу наложить заглушающее заклинание и продолжить знакомство с «синтезом противоядий».
Выдав это на одном дыхании, Гарри демонстративно развернул журнал на первой попавшейся странице, закрываясь от профессора, и снова наткнулся на чертов рог Нарвала.
- Насколько мне известно, я не запрещал вам пользоваться библиотекой, - холодно сообщил Снейп. - Но это не означает, что вы можете бесцеремонно таскать книги, не предупредив меня. Я не горю желанием отскребать ваши останки от стен в результате неудачного эксперимента.
Окончание фразы Гарри пропустил мимо ушей. Осознание, что Снейп банально продемонстрировал собственное превосходство, вынуждая незваного гостя понять, что он зависит от сиюминутного желания хозяина, было унизительно, но это не помешало закрасться в душу неприятному сомнению, а еще через пару минут Гарри едва не взвыл от собственной недогадливости, уразумев, что в очередной раз свалял дурака. Можно было и не сомневаться, что Снейп разозлится. Он снова нарушил правила, о которых ему ничего не говорили. Опять посягнул на личное пространство профессора, хоть и знал, что Снейп относится к этому очень болезненно.
Истина оказалась банальной. Все это время Снейп воспринимал его действия, как вторжение на свою территорию, а он вел себя будто полный идиот. Одно появление чего стоило: притащился, как к себе домой, объявил, что поселяется здесь на месяц, нарушил привычный ход вещей, а, вдобавок, залез в библиотеку - святая святых, судя по тому, как отреагировал Снейп. Великолепный пример налаживания добрососедских отношений, ничего не скажешь. И после этого он еще требовал от профессора, чтобы тот относился к нему с подобающей чуткостью, когда сам вел себя, как последняя скотина. Оставалось только поражаться профессорской выдержке и клясть себя, на чем свет стоит.
Снова зашуршала газета, Гарри поднял голову, наблюдая, как Снейп перелистывает страницы вовсе не интересующего его «Вестника Министерства». Судя по отвращению, читаемому на лице профессора, ситуация доставляла ему мало удовольствия. Точно так же, как и утреннее чаепитие. И, тем не менее, Снейп не уходил.
- Простите, сэр, - едва слышно произнес Гарри, понимая, что если сию минуту не извинится, его сожрет собственная совесть.
Не видя никакой реакции со стороны профессора, юноша кашлянул, привлекая внимание, и повторил:
- Профессор Снейп, я поступил, как полный дурак. Я… мне действительно жаль.
- Я счастлив, что до вас это наконец-то дошло, мистер Поттер.
Гарри перевел дыхание, услышав ответ, вместо раздражения испытав облегчение. Он и в самом деле оказался прав.
- Сэр, я…
Юноша помедлил, прикидывая, не решит ли Снейп, что он принес извинения лишь из меркантильных соображений, но все же продолжил:
- Я могу взять книгу по Защите?
- Естественно, мистер Поттер, - кивнул профессор. - Если хотя бы после этого вы соизволите отцепиться от журнала, с которым, кажется, успели сродниться.
Гарри зажмурился, горя желанием провалиться сквозь землю. Пока он придумывал подходящий ответ, в гостиной царило напряженное молчание, но приносить очередные извинения было глупо. Такими темпами он мог извиняться каждые пять минут. Но кто виноват, что Снейп предпочел уткнуться в дурацкий «Вестник» вместо того, чтобы потребовать вернуть свою «Алхимию»? Черт! Если бы он мог понять Снейпа, все стало бы значительно проще.
Он поднялся, торопливо обулся, подошел к креслу профессора и покорно положил на столик многострадальное издание. Снейп даже не взглянул в его сторону, и только когда Гарри направился к выходу из гостиной, проговорил:
- Если вы полагаете, что эта книга в чем-то вам поможет, придется вас разочаровать, мистер Поттер, - соизволил сообщить он равнодушным тоном.
Гарри остановился и обернулся так резко, что едва не потерял очки. То, что профессор считал его безнадежным идиотом, не являлось для Гарри секретом, но что-то в голосе мужчины заставило его усомниться в значении сказанного.
- Почему вы так считаете, сэр? - спросил он, заранее готовясь к ответу, смысл которого должен был заключаться в том, что такую бездарность, как «мистер Поттер» уже ничто не спасет.
- Если вы заметили, это издание довольно старое, - надменно пояснил Снейп, не отрываясь от газеты, и Гарри скривился: менторские интонации раздражали его до умопомрачения, особенно теперь, когда он уже не был студентом Снейпа. - Теоретическая база никуда не годится. Полагаю, для профессора Люпина она и подошла бы, но не более того.
