Читаем без скачивания Зигзаг неудачи - Валентина Андреева

– Не ори, а? – попросила я, заметив, с каким удовольствием слушают нас окружающие. – Янка в основном правду говорила. Она росла и умнела как дочь Галины Аркадьевны и ни сном ни духом не ведала о том, во что ее впутают. Бедной Гале и в голову бы не пришло предстать пред светлы очи Серафимы. Тем более что в свое время какую-то крупную сумму она наверняка получила от нее авансом. Красковская тоже не решилась сказать Серафиме правду о судьбе ее дочери, полагая, что жизнь сама расставит все и всех по местам. У Галы не было желания когда-нибудь встретить Леонида и Серафиму, да и с Красковской они по взаимному желанию предпочитали не встречаться. А вот оборотистый муж Галы… Не знаю, первый или второй…

– Второй, и не совсем оборотистый, – подсказал Андрей, – отчим Яны. – Он дважды прогорел в своем торговом бизнесе.

Я с благодарностью передала ему тарелку с оставшимся в живых бутербродом.

– Галина Аркадьевна посвятила Степана в эту давнюю историю. Вскользь, а главное, не сказала всей правды. Из ее рассказа он понял одно: Янка – дочь очень состоятельного господина. К слову, ее родной отец в настоящее время действительно является крупным финансистом. Только он навсегда оставил Галину в прошлом. Считается, что назначенное судом наказание этот человек отбывал по политическим мотивам. Янке же с малых лет внушили, что ее папа умер. С этим бы и жила, если бы не господин случай. Однажды девушке довелось стать свидетельницей ссоры между матерью и отчимом. Собственно, произошла она по ее вине, ибо именно Янка закатила Галине Аркадьевне истерику по поводу отказа купить ей замечательный пушистый свитерок. Точно такой же, как у ее подружки, но только белого цвета. Мать заявила, что в ближайшее время их семье придется экономить даже на продуктах – у Степана Михайловича личный дефолт. Не помогли даже Янкины горькие слезы. И тогда она вышла из себя и, срываясь на визг, завопила, что ей нет дела до дефолта непутевого Степана Михайловича, матери следовало более старательно выбирать себе спутника жизни – без перспективы пойти по миру. Чуть позднее Янка с замиранием сердца подслушивала содержание разговора родителей. Сначала мать по-хорошему пыталась выпросить у Степана деньги на Янкин свитер. Не получилось. Гала посетовала на то, что девочка не испытывает к отчиму должной любви и уважения, поскольку он слишком скуп. Девица уже праздновала победу, поскольку отчим ничего не сказал в ответ. Но тут несколько затянувшаяся пауза была взорвана воплем истинного негодования. Степан Михайлович в сердцах посоветовал жене отправить Янку к купающемуся в долларах родному отцу, чтобы тянуть жилы именно из него. И пусть он, Степан, скуп, зато не такой дурак, как Гала. Получила большие деньги за воспитание ребенка и не смогла воспользоваться ситуацией. Дальнейшую перебранку Янка уже не слушала – в голове билась только одно – она в семье чужая, матери, по-видимому, вообще нет, зато есть богатый и влиятельный отец.

Наташка, перебравшаяся поближе ко мне, осторожно толкнула меня локтем и, почти не разжимая рта, шепнула:

– Слава богу! Янку арестовали. Она раскололась! Не знаю, жива ли Красковская. Янка, поняв, что жестоко обманулась, угробила не только Серафиму, а заодно и почти всех свидетелей своего происхождения.

В ответ я только хлопала глазами. Андрей зевнул во весь рот, тяжело вздохнул и опять посмотрел на часы. Потом на меня. Да так жалобно, словно просил о помощи.

– Я продолжу, – с готовностью заявила я, даже не задумавшись над тем, почему помешала детективу довершить очередной смачный зевок. Подумала – челюсть свело, а он, оказывается, таким образом удивился.

– Степан по просьбе подлизавшейся к нему Янки и в тайне от Галины принялся за поиски Янкиного родного отца. Не без надежды сбагрить на него падчерицу. Для начала, пользуясь доверчивостью жены, отыскал Леонида, который обитал по старому адресу. Потом шантажировал беднягу до конца жизни. Твой отец, Дарина, ежемесячно оказывал материальную помощь не другу-инвалиду, а платил Степану за обещание держать язык за зубами. В твоем рассказе мне сразу показалось странным, что переводы шли на абонентский ящик. Не иначе как одинокий, прикованный к кровати друг-инвалид и ездил за деньгами. Не слезая со своего одра и гремя цепями, которыми был к нему прикован. Затем Степан аккуратно воскресил Янкиного якобы умершего папу, решив, что им должен быть хорошо упакованный Казимир. На вопрос девицы, кто ее родная мать – неопределенно пожал плечами. Интересно, знала ли об этом Гала?

– Узнала с опозданием, – пояснил Андрей. – Когда Янка, размазывая по щекам злые слезы, заявила, что из-за ее эгоизма провела детство в бедности. Нечего было удочерять, если не могла обеспечить ребенку достойную жизнь. Разразился новый скандал со слезами. Дочь отказывалась верить Галине, с ужасом твердившей, что она ошибается. Но Янке совершенно не улыбалось лишиться радужной перспективы обрести богатого папочку. Девушка не сомневалась, что сможет расположить его к себе, тем более что у него с женой нет своих детей.

По совету отчима и в тайне от матери Янка съездила в Москву. Казимира не застала, но выложила всю правду самой Серафиме. Решила сразу дать понять этой холеной даме, что просто так от нее не отделаются. Та и поняла. По-своему. Представляю ее эйфорию, после того как выяснила, что девочку растила Гала, что она была единственным ребенком… Не было и тени сомнения, что Янка – дочь ее, Серафимы. Девочка, казавшаяся потерянной навсегда. Просто бездетная Гала, укравшая ребенка, наконец-то убоялась Божьего суда, проснулась совесть… Серафима Игнатьевна смалодушничала. Решив, что дочь не простит ей прошлого и ни к чему травмировать девочку очередной раз – пусть останется дочерью Казимира. Его родители умерли, с Анитой, заставившей ее поволноваться в прошлом, она вопрос как-нибудь уладит, тем более что та после бесчисленных замужеств окончательно разорилась и потихоньку спивалась. Теперь уже не важно, способен был Казимир иметь детей или нет. Он слишком привязан к ней, Серафиме. Стоит только поднажать, закатить истерику – удочерит и чертову бабушку, а не только свалившегося ему на голову чужого ребенка, лишь бы жене было хорошо…

– Наверное, и Степан был уверен, что делает хорошее дело – обеспечивает материально-благополучное будущее себе, жене и падчерице, – подала голос Дарина.

После долгих всхлипываний он отдавал французским прононсом. Судя по этому заявлению, девушка начала соображать. Вот только нос у нее опух и увеличился ровно вдвое. Глаза тоже опухли, но, наоборот, сузились.

– Вот Казимир-то обрадовался! – развеселилась Наташка. – Ир, помнишь, Янка рассказывала, какой у него с Серафимой скандал разгорелся? Серафима забрала новоиспеченную дочку мужа и укатила с ней сюда. Он приехал позже. А как же! Надо было покаяться. Пусть даже и в том, чего не было. По большому счету – постоянно изменял. Пришло время расплаты. Не разводиться же с верной женой. Дочь, конечно, не своя, но зато взрослая. Все равно нет наследников. Пусть живет, раз Серафима ее пригрела. Редкая женщина! Исключительная женщина! Наконец-то хоть чем-нибудь займется. Мне только непонятно, действительно ли Казимиру была подстроена авария, или это случайность? Теперь мы это не узнаем.

– Честно говоря, меня волнует другое – по какому поводу здесь находится ваша Красковская и почему она меня в упор не увидела? – спросила дочь. – А главное, жива ли она?

– Ленусик, это как раз понятно, что непонятно, – заметила Наталья. – Красковская давно в курсе, что Степан и Галина подсунули Серафиме в качестве родной дочери и наследницы Янку. Девица побывала у выздоравливающей мамочки как раз накануне ее смерти. И старательно это скрывала. Эта Нелька, как пить дать, прикатила сюда вместе с Янкой заметать следы подлога. Тут ведь и еще один момент, о котором ты, моя дорогая, забыла. – Наташка посмотрела на меня с укоризной. – Степан якобы три дня провалялся в кровати с радикулитом. Прихватило его как раз за день до смерти Серафимы. А кто это может подтвердить?!

Наташка обвела всех торжествующим взглядом. Никто из присутствующих, естественно, на это не решился.

– Вот то-то и оно! На самом деле мужичок быстренько слетал в Москву, быстренько пристроил Серафиму на тот свет с помощью Янки, чтобы больная не трудилась переделывать завещание, и быстренько вернулся домой на свою койку с лже-радикулитом.

Андрей посмотрел на Наталью с восхищением:

– Хороший вывод! (Можно подумать, я его не делала!) Степан действительно был в Москве и действительно пытался навестить Серафиму Игнатьевну. Назад они вернулись вместе с Янкой вечером в пятницу, то есть в день ее смерти. Это подтверждено регистрационными сведениями аэропортов.

В очередной раз взглянув на часы, Андрей не смог разглядеть циферблат, так за этим делом и заснул, притулившись в уголке кресла.