(север Швеции), волк (север и центральные регионы) и собака (юг)[125].
Основных причин стать зверем было две. Во-первых, месть крестьян из одной деревни жителям соседних деревень, которых издревле обвиняли в собственных бедах. Во-вторых, голод. При плохом урожае или неудачной охоте обернуться волком было порой чуть ли не единственным спасением. В облике животного оборотень задирал коров, овец, коз, оленей и поедал сырое мясо, что помогало выжить в тяжелые годы.
Существовало немало способов превратиться в волколака: выпить воды из волчьих следов, надеть шкуру или намазаться специальной мазью
Известно несколько способов превращения в оборотня. Одни пили воду из волчьих следов, другие использовали особую мазь, третьи надевали шкуру или специальный пояс из тонкой полоски кожи со спины повесившегося или казненного. Желая снова принять человеческий облик, этот «наряд» просто-напросто снимали[126].
Другой рецепт мы находим в «Истории северных народов» Олауса Магнуса. Он предлагает выпить пива с особыми ингредиентами и произнести заклинание:
«Иногда человек, будь то германец или уроженец тех стран, вопреки воле Божией вдруг страстно желает нового порядка вещей и хочет попасть в компанию этих проклятых существ. Такое противоестественное превращение может произойти, если человеку, желающему стать волколаком, искусный чародей, произнеся нужное заклинание, преподнесет чашу с пивом, тот выпьет ее, изменит свой облик и вместе со всей стаей станет причинять вред и даже убивать своих бывших собратьев людей и уничтожать их стада. Со временем он может по желанию вернуться в прежнее обличье»[127].
В Центральной Швеции поверий о самостоятельном превращении в волка не сохранилось: здесь оборотень – это результат проклятия, насланного колдуньей. Нередко это была месть за нанесенное ей оскорбление, хотя бывали случаи выполнения заказа обиженного соседа или родственника – или же просто-напросто проявление злого нрава ведьмы.
Особенно склонными к колдовству считали саамов, финнов и русских. Легенды о заколдованных солдатах получили популярность во времена войн Карла XII и после выхода в XIX веке манифеста о присоединении Финляндии к Российской империи.
О власти русских чародеев над шведскими военнопленными ходили поистине легенды, многие даже верили, что в таком превращении есть свои плюсы: скажем, человеку в образе волка легче сбежать из плена и вернуться в родные края.
Узнавали о том, что по стране бродят не простые волки, а оборотни, случайно. Так, один из солдат Карла XII плохо отозвался о русской ведунье, за что та якобы превратила его в зверя. Жена его думала, что супруг пребывает в плену где-то в Сибири, пока зимой к ней не начал захаживать волк. Сжалившись над ним, женщина бросила ему кусок мяса, после чего он в мгновение ока превратился в человека.
Не все истории заканчивались так хорошо. Порой под шкурой подстреленного волка обнаруживали пуговицы – точь-в-точь как на форме шведских солдат. Для крестьян становилось очевидно: они столкнулись с оборотнем. После таких происшествий охотники долго отказывались убивать волков, опасаясь, что под личиной зверя может скрываться человек.
В последний год войны с Россией в провинции Смоланд расплодилось слишком много волков. Поговаривали, что виновны в этом русские: они превратили бравых шведских солдат в зверей, дабы те, вернувшись на родину, мучили свою страну. Однако шведские солдаты возвращались совершенно с другой целью: им не терпелось увидеть жен и детей, которых им пришлось оставить, уходя на поле боя.
Так, один солдат в обличии волка возвратился к своей супруге, что жила в избе близ города Кальмара (Kalmar). Но не успел он дойти до родного дома: приметил его охотник да подстрелил. Затащили волка в избу, сняли с него шкуру – и тут жена солдата увидела, что под шкурой-то у волка рубаха, которую она сшила своему возлюбленному.
Наиболее интересная категория оборотней встречается на юге Швеции (в бывших датских провинциях) и частично в Смоланде. Здесь говорили о «дурной наследственности»: мол, человек своим превращением расплачивается за грехи матери.
Что же такого могла совершить мать, чтобы навлечь на свое дитя такие беды? Провинность ее заключалась в нарушении Божьего наказа: она пыталась облегчить себе роды, за что и была жестоко наказана.
Рожденный без «обязательных» для этого процесса мук мальчик становился волколаком, а девочка – марой, о которой пойдет речь в следующей главе.
В народе верили: пролезть под кобылой или продеть голову через плаценту жеребенка – верные способы облегчить роды
Считалось, что среди животных легче всего от бремени разрешаются кобылы, а потому самые надежные способы облегчить себе страдания были связаны с лошадями. Наиболее действенный метод – использование плаценты жеребенка, через которую надо было трижды продеть голову. Еще вариант – пролезть голышом через плодный пузырь новорожденного жеребенка. На худой конец, можно было трижды проползти под кобылой, родить в том же месте, где появился жеребенок, или же просто во время родов держать лошадиную упряжь.
В Иветофте (Ivetofta) одна женщина решила пойти на хитрость и обмануть самого Бога. Раздобыла она плодный пузырь жеребенка и пролезла через него, чтобы роды у нее проходили легче.
Средство помогло: поговаривают, что сына Ларса родила она, сидя за ткацким станком. Он просто упал на пол, пока она сидела за работой, даже не заметив, что родила.
Потому-то Ларс и был весь кривой да скрюченный. К тому же, повзрослев, стал он самым настоящим оборотнем и то и дело преследовал девушку, на которую положил глаз. Тогда односельчане изловчились да изловили Ларса, а потом заперли его и не спускали с него глаз. А к девушке с тех пор оборотень больше не являлся.
Помимо трех основных представлений о том, кто и по какой причине становился волколаком, существовали и другие, менее распространенные объяснения.
Например, ребенка могла сглазить «кошка, смотревшая на колыбель с новорожденным», либо кошка, сначала прошедшая под гробом, а затем – под кроватью женщины накануне родов. Волколакством можно было и заразиться: при укусе оборотня его слюна смешивалась с кровью жертвы, которая также превращалась в чудовище. Однако подобные истории крайне редки и возникли, по всей видимости, довольно поздно, под влиянием рассказов о вурдалаках и вампирах.
Где-то в дремучих лесах Финляндии жила-была злая-презлая старуха. Однажды отправилась она в лес собирать хворост. И вот прошла она меж двух елей, где паук сплел свою паутину, да неудачно: вся паутина возьми да и окажись у нее на лице. Как же разозлилась старуха! От недовольства
