— Да. Но это ненаучно! — Профессор возмущенно возрился на меня.
Я рассмелся. И снова макнув сухарь в сахарницу. Нет, я понимаю, что так в принципе некультурно. Зато очень вкусно. А сахарница моя личная. Как и запас колотого кленового сахара.
Так и сидел, грыз сухарь, пил кофе под злое сопение профессора и укоризненное качание головой Брауна.
— Так. — Я ополоснул кружку в озере, и положил ее на рюкзак. Вытащил из кобуры револьверы, проверил их, после чего повесил через плечо сумку-мародерку, подхватил винтовку, и встал. — Ну что, пойдемте, профессор, покажу вам здешний управляющий центр. С собой возьмите одного ассистента, и оружие прихватите. — И пояснил. Глядя на удивленное лицо главного яйцеголового. — Тут еще два входа, кроме этого. Ну, или выхода, если вам так больше нравится. Поторопитесь. С вашими шаманскими плясками вокруг призрака скоро стемнеет, топать в темноте по некрополю удовольствие ниже среднего.
— Матвей. Это экспидиция Ордена. — Сэм с усмещкой перебросил мне пару фонарей. Конечно, не штурмовых армейских, но вполне себе нормальных туристических. С хорошей батареей, с мощными излучателями, а не то убожество с ручным приводом, которое у меня в сумке на поясе. — И держи еще.
Сэм встал, откинул крышку одного из ящиков, и достал оттуда FNXX-50 во вполне приличной поясной кобуре, и три поча с запасными сороказарядными магазинами.
— Привыкай, ордынец. А то совсем дикарем стал. — Сэм усмехнулся, и хлопнул обалдевшего меня по плечу. — И не забудь режим маскировки включить. Но лучше — в городе не носи вообще. Ты достаточно неплохо и с шестизарядниками обращаешься.
— А… — Я хотел было заикнуться насчет длинноствола.
Впрочем, Сэм меня понял.
— Нет. Длинных стволов мы не носим. Их не спрячешь. — Мой начальник усмехнулся. — Но ты чтого-то стал тормозом. Надевай оружие, и веди ученых, а то они тебя линчуют.
Хмыкнув, я нацепил кобуру с пистолетом и почи с магазинами, и повел чуть ли не приплясывающего от нетерпения профессора вверх, в некрополь.
Минут двадцать я вел его и его ассистентов мимо останков Прошлых. Хранитель то появлялся, то исчезал, но зажженгая им на полу синяя полоса никуда не исчезала, и уверенно направляла меня дальше, вглубь пещеры.
Уже давно мы прошли освещенный участок, и сейчас лучи мощных фонарей рвали густую, почти осязаемую тьму, выхватывая иногда то очередной камень с останками, то кусок колонны, то часть стены, сверкающую выложенной мозаикой.
— Далеко еще? Не заблудился ли ты? — Профессор уже пятый раз спросил меня об этом за прошедшие пять минут. Еще бы, нерничает. Сюда не добивает связь со станцией, соотвественно, нет ретранслятора. И мы можем общаться через "сетку" только в нашем маленьком дружном коллективе. — Учти, я сразу включил запись под протокол!
— Почти пришли. — Я свернул в узкий коридор, и, пройдя пару метров, подошел к стене. Коснувшись светящегося силуюта ладони, я активировал освещение. Резко вспыхнул зеленоватый свет, идущий от широких полос под потолком. — Минутку.
И, пока яйцеголовые моргали и тушили фонари, я проделал ту же операцию с массивной каменной дверью. С легким скрежетом она отъехала в сторону, открывая нам путь в здешний центр управления. Или, как мне назвал это место Хранитель, артефактную.
Несколько отполированных каменых плит, похожих на панели управления, на металлических опорах стоят вдоль одной из стен. Около них пара окаменевших кресел из какого-то дерева. Вдоль стены напротив пара диванов. Тут все сложнее, то ли пластик, то ли кожа, за прошедшие тысячелетия все-таки сгнил. Или сгнила, если обшивка была все-таки кожаная.
У дальней стены материализовался Хранитель, и молча смотрел на суету, которую учинили яйцеголовые.
Ну а я отошел в сторонку, и, бросив на пол специально прихваченый кусок войлока, уселся. После чего вытащил из своего рюкзака завернутый в пергарент бутерброд, термос, и принялся перекусывать. А что, ученые на меня ноль внимания, что-то говорят на своем сверхзаумном наречии. И похоже, они тут зависли надолго.
Хм, а вообще, жарковато тут стало, надо бы чуть убавить температуру.
Что я и сделал, встав. И, отодвинув одного из ассистентов, подошел к панелям. Положив руку на крайнюю слева, я активировал рунные цепочки, которые загорелись на поверхности ярко-зеленым огнем. И чуть убавил температуру поступающего сюда из вентеляционной шахты воздуха.
Под ошеломленное молчание яйцеголовых я прошел к своему углу, и снова уселся на кошму.
— Вы чего замерли? Хотели изучать — изучайте. Вечно с вами я сидеть не намерен. — Я снова уселся на свою сидушку.
— Как вы это сделали? — После долгого молчания спросил профессор. — Как вам это удалось?
— Я же ниписал в отчете — мне дали допуск к управлению всеми уцелевшими системами клана Ним-рруммел. Этот некрополь является официальным местом упокоения членов этого клана, и потому я могу управлять системами жизнеобеспечения. Точнее, системами климат-контроля и безопасности. — Я налил себе еще немного кофе. Поглядел на хмурого ученого, и продолжил. — Я так же, в этом же отчете, примерно набросал схемы действия этих артефактов. Да, я знаю, что это противоречит тому, что мы знаем. И именно поэтому я называю все эти приборы и механизмы артефактами. Более того, я почти уверен, что наши приборы смогут засечь процессы, но или не помогут, или очень слабо помогут нам разобраться в них.
Понимаете, это не просто похоже на каменную плиту. Это и есть плита. Базальт. Но его структура была каким-то способом изменена, и стала похожа на наши системы управления по функциональности. Но при этом она совершенна иная по конструкции и действию. Это же касается всевозможных артефактов, похожих на наши по функциям. Одинаковое предназначение, и совершенно иное исполнение.
Мне не хватает знаний, чтобы объяснить это, профессор. Можете назвать это магическим воздействием, можете еще как-то обозвать. Но это ваша работа, а не моя. Кстати, Прошлые тоже далеко не все могли это делать, примерно один индивидуум на пять-десять тысяч особой.
— Я буду требовать у руководства серьезного систематического изучения ваших способностей в лабораторных условиях, сержант. Даю слово, что эти исследования вам не повредят. Готовы ли вы оказать нам в этом помощь? Работа будет проведена на станции Ордена, естесственно.
— Если вы возьмете туда вместе с женами и моей голованой, то почему бы и нет? — Я согласился, внутренно возликовав. Если это получится, то я снова окажусь в космосе! И я не очень беспокоюсь за исследования, вряд ли меня разберут на кусочки. А вот прожить с полгодика-годик на станции — неплохо. — Но меня, иначе как после снятия приговора, на станции и корабли силовых структур Федерации, не допустят. А потому, постарайтесь снять с меня судимость, проф. Тогда поговорим всерьез.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
