Я бы тоже, друг мой, я бы тоже…
Они молча выпили и наполнили стаканы заново. Виски едва-едва оставался на дне бутылки, а за окном розовой дымкой занимался рассвет. Юй Цзиянь и мистер Мирт проговорили почти целую ночь.
Цзиянь почувствовал, как у него начинают слипаться глаза. Мистер Мирт поднялся из кресла:
— Цзиянь, идите спать. Вам надо отдохнуть хотя бы пару часов.
— А вы?
— Мне надо написать несколько писем. Потом я выеду пораньше, чтобы застать Чэйсона дома. Будет лучше, если мы поговорим вдалеке от стен Парламента. Джеймс наверняка будет наблюдать — не хочу, чтобы он раньше времени понял, что его план провалился. Впрочем, долго я вам поспать не дам, у меня к вам будет поручение…
— Какое? — Цзиянь сонно моргнул, понимая, что голова его клонится к груди и в ближайшее время он вряд ли будет на что-то способен.
— Вам надо будет навестить всех наших друзей — Амелию, Джона и мистера Черча. Паровая машина должна быть в полной готовности к… Во сколько там планируется начало заседания?
— В полдень.
— Стало быть, к полудню все должно быть готово. Я рассчитываю на вас, Цзиянь.
Мистер Мирт пошел к дверям — писать письма намного удобнее из кабинета. Его задержал вопрос Цзияня:
— Так мы спасем членов Парламента… Но что мы сделаем с Джеймсом?
Мистер Мирт обернулся, придержав створку двери, и ответил:
— Зная Джеймса, он не позволит нам так легко сорвать его план. Поэтому прошу вас, Цзиянь — не пренебрегайте оружием хотя бы сегодня. Никто не знает, что случится. Я не знаю. Нам надо быть готовыми ко всему.
Из письма Андерса Блюбелла Габриэлю Мирту
Эллада, декабрь, 18** год
Габриэль, что у вас там происходит?..
Слухи, которые долетают до нас, очень… тревожат. Надеюсь, что кое-кто не сошел с ума, а то последние письма привели меня в ужас. Одно дело — жить в безопасности и наслаждаться безумными идеями мести, и совсем другое — отправиться их воплощать. Я узнал, что он покинул страну. Его же убьют, если он вернется!
Братишка, я знаю, как это глупо звучит, но… Сделай что-то, если у тебя только есть возможность, ты же близок к власть имущим нынче.
У меня руки чешутся самому что-то сделать! Я сижу, сижу на месте… Но если что случится…
Я знаю, что мне нельзя возвращаться в Лунденбурх, но я готов рискнуть, если на то будет необходимость.
Держи меня в курсе.
Волнуюсь.
А.
P. S. Привет от Миланы. Ты скоро станешь дядюшкой, знаешь? Если тебя когда-нибудь выпустят из страны, ты обязан навестить нас в Афинах.
P.P.S. Поздравляю с триумфом! Я читал газеты — ты победил!
Глава 18 Поезд в огне
Мистер Чэйсон Уолш завтракал по обычаю с женой и детьми и утренних визитов не ждал. На столе перед ним стоял омлет из нескольких яиц, блюдо с фасолью, жареные сосиски и маленькая плошка с грибами. Кухарка по имени миссис Пимбли аккуратно вливала в молоко крепко заваренный чай, стараясь сделать его точно такой крепости, которую предпочитал мистер Уолш.
Вот почему визит мистер Мирта застал его врасплох.
Мистер Уолш только собирался пуститься с дочерью в обсуждение деталей грядущей свадьбы, отчего был особенно сварлив.
— Мирт, при всем уважении, вы не вовремя… — проворчал он, провожая мистера Мирта в свой кабинет.
Мистер Чэйсон Уолш был из тех добродетельных джентльменов, что тщательно разделяют работу и частную жизнь, а потому ему и в голову не пришло предложить нежданному визитеру хотя бы чашку чая.
Мистеру Мирту было, однако, не до излишних расшаркиваний — едва за ними закрылась массивная дубовая дверь, как он стремительно перешел к делу.
— Мистер Уолш, сегодня в полдень здание Парламента взорвут вместе со всеми, кто находится внутри.
— Что? Чушь! Парламент — самое безопасное место в Лунденбурхе! Откуда вы взяли такой бред?
— Это не бред, к сожалению, это правда, — терпеливо продолжил мистер Мирт, понимая, что придется непросто. — Я знаю из достоверных источников — кое-кому вы знатно насолили, и он решил таким вот образом вернуть вам должок.
— И кто же это? — в голосе мистера Уолша не слышалось ничего, кроме непробиваемого скепсиса.
— Блюбелл, — коротко ответил Мирт. — Джеймс Блюбелл.
Следующие несколько мгновений мистер Уолш чувствовал себя подобно рыбе, выброшенной из воды — хватал ртом воздух и пытался хоть что-то выдавить из себя в качестве ответа. Мистер Мирт терпеливо ждал.
— Так, стало быть, вы проигнорировали Право на смерть? — наконец определился с репликой мистер Уолш.
Мистер Мирт не сдержал нервного смешка:
— Помилуйте, это все, что вас волнует? Нет, позвольте вас успокоить — я не встречался с ним лично, но я знаю, что он здесь, и знаю, что он сделал.
— И как вы можете это доказать?
— Все просто — вы отправитесь вместе со мной в место, где заложен один из предполагаемых зарядов. В случае если взрывчатка там, вы соглашаетесь с тем, что я говорю правду, и следуете моему плану. Если я ошибаюсь — в чем у меня лично сомнений нет, — вы вправе публично высмеять меня и мою осторожность.
— Послушайте, Мирт, — запыхтел мистер Уолш. — Я не собираюсь вас, как вы говорите, высмеивать. Я уважаю вас и всегда прислушиваюсь, но… Должны же вы понимать, как все это абсурдно звучит! Вы прибегаете ранним утром, еще до завтрака, и говорите, что меня хотят убить!
— Мистер Уолш… Не существует удобного момента для таких новостей!
— Да… В этом вы, пожалуй, правы. Так что вы хотите от меня?
— То, что уже озвучил: я сопровождаю вас в подземный ход под Парламентом к одной из закладок взрывчатки. Если она там есть, то вы, не медля ни минуты, переносите слушание!
— Одумайтесь, Мирт, куда я его перенесу? Если уж нас решили отправить на тот свет прямо из защищенного Парламента, то пристрелить в окно чьей-нибудь гостиной вообще не составит труда.
Мистер Мирт прикрыл глаза. Конечно, он мог пуститься в объяснения о возможных мотивах Джеймса и о том, почему он не станет, скорее всего, стрелять по окнам, но почему-то не хотел этого делать. К тому же в словах мистера Уолша все-таки было рациональное зерно.
— Я все придумал. Вы проведете заседание членов Правления в вагоне моей паровой машины, по дороге во дворец Цикламенов. Там и пообедаете!
— Внутри вашей
