альвами.
Весьма неплохо. Хвалю. Думать эти прилипали-апостолы умеют.
‒ А вы в курсе, что я смертник, Андрей Петрович? ‒ вполне серьезно обронил я, чуть прищурившись. ‒ У меня хольмганг на носу.
‒ Мы многое обсудили с моими товарищами. К вам же сюда я шел на свой страх и риск, Захар Александрович. Вы не в курсе, но признаюсь честно. Я грандмагистр второй степени и параллельно с этим занимаюсь боевым инструктажем светозарных, ‒ расплылся в загадочной улыбке Ишеев. ‒ А еще я внимательно наблюдал за вашим столкновением с патриархом. Как говорил ранее… ваша сила… необычайно аномальная. Я и мои друзья… Готовы рискнуть.
Рискнуть он готов, кухаркин сын. Хитер, однако.
‒ В таком случае, прежде чем мы перейдем к сути, будьте любезны ответить, почему церковь и патриарх так обозлились на меня и альвов? Ни за что не поверю, что виной были те жалкие ничтожества из ваших изгоев, что сгинули от моих рук во время войны.
‒ Я знал, что вы спросите о таком, ‒ ухмыльнулся удовлетворенно архиерей на миг прикрывая веки. ‒ По слухам патриарх давно замышлял подобное, и вы стали просто идеальным кандидатом, Захар Александрович, да и альвы попались как нельзя вовремя, проклятое стечение обстоятельств, ‒ пожал тот плечами с чуть виноватым видом. ‒ Война и Камчатская бойня оказались отличным моментом. Столько… различных смертей, сами понимаете. К тому же давно не проводились чистки неугодных. Если такое не делать, то многие начинают забывать о церкви, о её силе и о её важности. Честно сказать, такое делали с периодичной активностью и ранее. Разносятся слухи. Нагнетается обстановка. Народные массы начинают негодовать. Всё это нарастает как снежный ком. Данный человек, в нашем случае вы, ‒ указал святоша на меня пальцем. ‒ Становится изгоем, его очерняют порождением, на него вешают множество грехов, клеймят, а когда приходит пора и народ переступают ту самую беснующуюся грань, то церковь попросту его уничтожает. А далее вы понимаете. Все счастливы и довольны. Народ видит, что грязь и скверна искоренена. Церковь вновь на коне. Знать же остается при своём и делит имущество и влияние так называемого преступника. Такое уже происходило. Крестовые походы. Охота на ведьм. Инквизиция. Смерть такого же массового маньяка как вы. Истреблением порождений Катаклизма в лице альвов. Просто сейчас это приняло именно такой масштаб и развитие. Однако многие видят, что ваша кандидатура оказалась ошибочной и… стойкой. Вас жутко недооценили. Признаюсь по секрету, то церковь сейчас пришла в некое движение.
Ох, Бездна! Мир другой, но мало, что меняется. Все гонятся за мнимым могуществом и влиянием. Власть, ради власти. Сплошной бедлам и бардак.
‒ В чем будет заключаться моя задача? ‒ с наигранным интересом осведомился я.
‒ О! Сущий пустяк, Захар Александрович, ‒ успокоил меня добродушной улыбкой архиерей. ‒ Вам всего-то и нужно, что делать свою работу, как и прежде. Всё также противоборствовать патриарху, не дать очернить ваше славное имя и продолжать защищать своих друзей альвов от нападок Александра и главное: не отдавайте никому Ульяну. Поверьте, мне на слово, сейчас он лишь выжидает хольмганга и его итогов. По факту именно этим вы уже и занимаетесь, поэтому сюда я прибыл, чтобы вас предупредить. Не останавливайтесь. И не заключайте никаких договоров с ним. Только и всего. Я и мои друзья начнут аналогичную деятельность, но уже изнутри. И в меру своих сил мы постараемся не дать вас в обиду и сделаем всё возможное, чтобы лишить патриарха влияния и сана.
А вот сейчас было враньё. Сплошное враньё. Хотят поиметь и просто использовать. Правда, такие телодвижения мне сейчас на руку. По сути, я еще не могу до конца знать, каким именно получится у меня рунное тело и что выйдет по итогу, но подстраховаться всё-таки стоит. Эти сраные церковные интриганы должны будут выиграть мне достаточно времени. А уж если всё получится, то к тому времени я и сам сотру в порошок любую вставшую у меня на пути падаль. Даже самого патриарха.
‒ Ну так что, Захар Александрович? ‒ терпеливо спросил Ишеев, медленно поднимаясь с кресла и подходя к окну. ‒ Мы с вами договорились?
‒ Отчего нет, Андрей Петрович? ‒ широко ухмыльнулся я, после краткой паузы и почёсывая делано подбородок. ‒ Так и быть. Я согласен.
‒ Рад, что вы согласились, ‒ благодарно кивнул мне церковник, начиная медленно исчезать в очертаниях кабинета. Однако перед этим от реанорского взгляда не укрылось то, что сам мужик облегченно и потаённо выдохнул. ‒ А теперь позвольте мне откланяться, но прежде, чем я вас покину. Хочу поблагодарить вас… более информативно и преподнести подарок на свадьбу, ‒ на несколько мгновений в помещении воцарилась тишина, но вдох спустя архиерей решил продолжить и наряду с этим открылось окно в кабинете, запустив внутрь морозный воздух с улицы. ‒ Надеюсь, вы не забыли о том инциденте, когда похитили ваших жен. Так вот… В тот раз виновником таких злоключений оказались ваши недоброжелатели из высшего света. Воронцов, Акинфов, Аксаков и, упокой свет его душу, князь Давыдов. Не знаю всех подробностей, но если говорить по существу, то у них была некая договорённость с покойным Габсбургом. После они наняли продажных изгоев. Те ударили в спину стражам форпоста. Ну а итог всего этого вы уже знаете. Не прощаюсь, Захар Александрович. До скорых встреч.
Неуловимым образом окно в кабинете так же быстро закрылось. Пяток мгновений спустя я еще ощущал присутствие Ишеева в усадьбе, правда, уже через минуту тот полностью скрылся за границей моего сознания.
‒ Вот как получается… ‒ прошипел злорадно я, медленно прикрывая веки, а глубоко в душе в это время начали тлеть угли реанорского безумия и гнева. ‒ Всё-таки ваших поганых рук дело. Да будет так! Клянусь именем Бездны, что умирать эти собаки будет долго. Очень долго. Только дайте немного времени. Эти никчемные отбросы в конец допрыгались.
Так я и сидел в кабинете с закрытыми глазами, забросив ноги на стол, и в голове прокручивая и анализируя всю беседу со светозарным от начала и до самого его отбытия. Правда, от всех тяжких дум меня вдруг прервал тихий стук в дверь, а в следующий миг за спиной я ощутил знакомый силуэт.
‒ Ты скажешь, что случилось? ‒ взволновано прошелестела Хельга, мимолётно проводя пальцами по моей седой шевелюре. ‒ Девочки и остальные себе места внизу не находят.
‒ Всё в порядке, ‒ расслабленно отозвался я, ловко
