Он занимался на этой кровати любовью. Но не с ней.
Может быть, это кара.
Кара для Эмили Жан, за то, что она проделывала такие штучки со своей дочерью.
Кара для меня.
Но моя вина в этом минимальна.
- Прости меня, Мэй Бет, - пробормотал он в темноту комнаты.
А затем пересек коридор и вошел в ванную. Там он включил свет и закрыл дверь. В зеркале медицинской аптечки над раковиной он увидел свое отражение.
Спутанные волосы, желтое лицо, глаза, усталые и грустные... и галстук-боло.
Он и в самом деле выглядит глупо, подумал он. Неудивительно, что все считают меня неудачником.
- Да пошли они все, - пробормотал он.
Нужно было все-таки зарядить револьвер и перестрелять их всех.
Но я этого не сделал, подумал он. Потому что я безвольный слабак, как говорит Хелен.
И бесполезный.
Он посмотрел на кобуру рядом с правым бедром. Та была пуста.
Кто взял мой пистолет? - Подумал он.
Да какая разница. Кому он нужен? Все равно он не заряжен.
В этом вся моя жизнь, подумал он. Я сам не лучше незаряженного пистолета.
Отражение в зеркале исчезло, когда он открыл аптечку. На одной из полок стояла зеленая бутылочка Экседрина. Он высыпал в ладонь две таблетки, а затем подумал, что этого недостаточно. Не для такой головной боли. Тогда он добавил еще две таблетки и запил их пригорошней воды из под крана.
Он выключил кран. Вытер рот полотенцем.
Затем подошел к унитазу и помочился.
Держа свой член между большим и указательным пальцами, он подумал о Эмили Жан.
Он вспомнил ощущения на нем от ее пальцев, рта, от ее влагалища.
Член начал набухать.
Все могло быть намного хуже, сказал он себе. По крайней мере, у меня есть Эмили Жан.
Возможно, если повезет, у меня будет и Мэй Бет.
С трудом, он запихнул эрегированный член обратно в трусы, застегнул молнию на джинсах и слил в унитазе воду. Затем вымыл в раковине руки.
Возможно, сегодня я посплю в постели Мэй Бет.
Он открыл дверь ванной.
На пороге стоял голый мужчина. Скорее даже мальчишка. Его лицо было искажено кривой усмешкой.
Лестер успел увидеть лезвие в его руке буквально за мгновение до того, как то вошло в его живот. Очень длинное, широкое лезвие.
Он попытался вытянуть руки, чтобы отразить удар, но не успел.
Лезвие вошло в него полностью. Чувствуя, как то пронзает его внутренности, он не мог поверить в происходящее, даже когда увидел, как то вышло из него, разбрызгивая вокруг его же собственную кровь.
Он не мог в это поверить.
Это невозможно.
Этого не может происходить на самом деле.
Он попытался вытянуть руку, чтобы предотвратить падение лицом об пол, но та не работала.
63. Падение
- Спасибо. - Ян повесил трубку.
Сидящая рядом с ним на диване Джанет взяла его за руку и прижалась поближе, так, чтобы он мог чувствовать исходящее от нее тепло.
Она повернула голову и встретилась с ним взглядом.
- Прозвучало обнадеживающе, - сказала она.
Он кивнул:
- Состояние Мэй Бет больше не относят к критическому.
- Отличная новость.
Он кивнул и облокотился на спинку дивана. Джанет сделала то же самое.
- Но поговорить с ней они мне не дали. И это, конечно, понятно. Там сейчас около полуночи. Сказали, чтобы я перезвонил завтра утром.
- Кажется, ты относишься к ней как-то по особенному.
- К кому? К Мэй Бет?
Джанет кивнула.
- Я даже никогда ее не видел.
- Никогда не видел?
- Ее мать - моя хорошая подруга. Эмили Жан.
- Ох. - Джанет облегченно улыбнулась.
Ян положил ее руку на свою ногу и посмотрел на нее. Такая маленькая ладошка по сравнению с его. Гладкая и нежная.
- Мэй Бет актриса. В театре. Но поскольку сейчас в Денвере снимается фильм по одному из моих романов, я замолвил за нее словечко и она получила в нем небольшую роль. Именно поэтому она и оказалась в Денвере. - Он медленно покачал головой. - Эта девушка едва не погибла, и все по моей вине.
- Ты в этом не виноват.
- В любом случае, она выжила.
- Ты не должен чувствовать на себе вину, Ян.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- На самом деле это не вина. Это жалость. Черт, любое твое решение может повлиять на чью-то жизнь. И никогда нельзя предугадать, каким образом.
- Иногда такие влияния оказываются не так уж и плохи, - сказала Джанет.
Он посмотрел на нее. Ее лицо находилось совсем рядом с его. Он обнял ее за плечи, и она уткнулась в изгиб его шеи.
- Именно благодаря тому, что ты сейчас сказал, - сказала она. Он чувствовал на себе ее дыхание. - Я сейчас здесь.
- Думаю, что ты права, - сказал Ян.
Джанет оторвалась от его шеи и посмотрела в глаза.
Он провел пальцем по ее губам и подбородку. А затем поцеловал ее. Ее рот был влажным и податливым, она ответила на его поцелуй так, словно хотела, чтобы он никогда не заканчивался.
Он скользнул рукой под ее рубаху из оленьей кожи, и, нащупав левую грудь, нежно обхватил ее.
Она тоже скользнула под его рубашку. И стала нежно поглаживать кожу спины.
Он отпустил ее.
- Нам лучше не... я скажу Лестеру, что мы уходим.
- Окей.
- А потом поедем... Я не знаю, куда-нибудь... Может ко мне?
- Это было бы здорово.
Ян поднялся на ноги. Джанет тоже.
- Еще один поцелуй, - сказала она и вошла в его объятия.
Ян крепко прижал ее к себе и поцеловал, ощущая исходящее от ее тела тепло. Затем нежно ослабил хватку.
- Вернусь через минуту, - сказал он.
- Постарайся поскорее.
Улыбаясь, он направился к лестнице. Перешагивая по две ступеньки за раз, он быстро добрался до вершины.
И увидел на ковре свежие, влажные пятна крови.
Внутренности окутало холодком.
Следы крови вели к закрытой двери.
Ян перешагнул через кровь и постучался.
- Лестер? Лестер, ты здесь?
Он взялся за ручку.
Та не поворачивалась.
- Лестер! - Он ударил в дверь кулаком.
- В чем дело? - Послышался снизу голос Джанет.
Ян отошел от двери и посмотрел на нее вниз по лестнице.
- Я не знаю. Здесь лужи крови и дверь заперта.
- О, нет. Ты думаешь, он, мог... как-то себе повредить?
- Не удивлюсь...
Он повернулся на звук открывающейся двери.
Голый, весь покрытый кровью мальчишка с мясницким ножом в руке выскочил из проема.
Ян попытался рвануться прочь, но его нога взмахнула в воздухе над ступенькой. Он попытался ухватиться за перила и упал.
Казалось, падение вниз длилось целую вечность. Наконец он почувствовал удар затылком о деревянную ступеньку.
64. Док
Окоченевшая от страха, Джанет смотрела, как Ян начал падать. Она бросилась вверх по лестнице, надеясь остановить его падение, но едва успела проскочить несколько ступенек, как его голова с грохотом ударилась о ступеньку. Он лежал на боку, ногами к стене. Левая рука, зажатая между двумя прутьями перил, хрустнула.
Опустившись на колени, Джанет навалилась на Яна, не позволяя ему упасть дальше. Пытаясь высвободить его сломанную руку, она услышала сверху скрип дерева.
Она посмотрела наверх.
Голая кожа мальчишки была сплошь была покрыта брызгами и размазанными пятнами крови. Усмехаясь, он молча спускался по лестнице. В руке, рядом с эрегированным пенисом он сжимал мясницкий нож.
Джанет показалось, будто из ее легких выжали весь воздух.
- Ян! - Она потрясла его.
Он никак не отреагировал, оставаясь неподвижно лежать на спине.
Мальчишка продолжал медленно спускаться вниз.
- Ян! Очнись!
Снова никакой реакции.
Джанет схватила его за плечи черной шелковой рубашки,и, согнувшись, вниз головой потащила по лестнице. Ткань рубашки тихонько трещала. Подошвы ботинок с глухим стуком ударялись о ступеньки.
Мальчишка не спешил, он спускался вниз, придерживаясь на ступеньку выше ботинок Яна.
