про другое! Это не про обмен Аляски на Сахалин!
– Потише, любезнейший. От вашего крика уши отваливаются, – Котофей Григорьевич болезненно поморщился. – Изложите лучше на бумаге. Так будет кратко и понятно.
– Да как же я вам на бумаге душевный порыв изложу? Как? Я же… – начал было излагать свои творческие мучения Форштейн, но внезапно замер, словно парализованный и снова рухнул мордой в миску, но уже насовсем.
– Ты чего это, братец? – заботливо нагнулся к нему пришедший в себя Панкратий, заподозрив неладное. – Может доктора вызвать?
– Да что же ты косячишь, котеюшка? – недовольно заметил Кощей. – И этот опять воскрес! – ткнул он пальцем в Панкратия. – По-человечески никого отравить не можешь?
– Успокойся, Кощеюшка. Это агония. – ответил ему кот.
– Что? Отравить? Я? Меня? – Панкратий схватился за живот и печально взглянул на неподвижно лежащего братца. – Эммануил, что с тобой?
– А что с ним? – наивно спросил брата кот.
– Так он же… – Панкратий удивлённо взглянул на кота, вытянув свои руки к недвижимо замершему Эммануилу. – Как вы не видите? Он же… С ним же ведь это… – повторился Панкратий, но неожиданно схватился за голову, бухнулся на колени и завалился боком на пол. – …как и со мной… – издал он напоследок, шумно выдохнул и обмяк.
– А они того, не помёрли часом? – спросил кота Кощей. – Не наших ли рук это дело? Точнее, не твоих ли?
– Не помёрли. – успокоил его Котофей. – Отрубились ненадолго, обожравшись смазявочек. Моих рук дело, не моих рук дело. Хватит до меня докапываться. Завтра «Скорая» приедет, вот она пускай и докапывается… Ладно, нечестивые соучастники моего тёмного дела, пошли вещички собирать. Пора отседова сваливать пока нас снова дружинники князя в «обезьянник» не определили до выяснения обстоятельств. Да очухаются они, очухаются. Не лезь ты к ним, Клубок. Не лапай ты ихние морды своими лапами, а то отпечатков своих понаоставляешь. Живы они, живы, – успокоил всех кот, – если Шишкарик с рецептом ничего не напутал, – добавил он потише.
Глава 22
Странный КВН
Андрей сидел возле открытой двери железного гаража, который достался ему по наследству от отца как самостройное и подлежащее немедленному сносу незаконное строение (согласно выцветшему от времени клочку бумажного объявления, остатки которых украшали все близлещие металлические и несколько железобетонных гаражей стоявших в стороне от их жилого квартала). Потеряв Катю и Руламу, ему хотелось думать о чём-то другом, но это у него никак не получалось.
Жарко светило солнце и Андрей решил, закрыв гараж, перейти в находившийся за ним небольшой перелесок с его тайным убежищем на дереве с секретной верёвочной лестницей.
С трудом взобравшись наверх, он достал из дупла свой блокнот с карандашом и попытался изобразить светлые образы своих подруг, погибших в бою с нечистью. Карандаш всё медленнее скользил по бумаге, голова наклонялась всё ниже и вскоре блокнот выпал из его рук, а сам художник сладко зачмокал губами, провалившись в сон. Очнулся он в какой-то заброшенной деревенской избушке с заколоченными окнами и паутиной по всему потолку, которая свисала сверху огромными лохматыми грязными кусками.
За старым треснутым и заплывшим от пятен столом, уставленным бутылками и закусками, стоявшим в одном из углов, сидела компания из нескольких человек. У одного из них была кошачья голова, но это не казалось чем-то странным для всех остальных. Они о чём-то возбуждённо болтали. В основном разговор вёл худощавый мужчина с лицом хронического употребления спиртных напитков. Все к нему обращались как к Эммануилу Спиридоновичу.
Андрей, ощущая себя невесомым привидением, не спеша закружил по этому «банкетному залу». Его внимание привлекли разноцветные рисунки, развешанные по стенам. Подлетев поближе, он понял, что это различные каррикатуры на злобу дня, посвящённые современным политикам: Трампу, Чубайсу и другим.
Вдруг за одним из окон мелькнуло чьё-то лицо. Через несколько секунд оно вернулось и прильнуло к стеклу. Это была Катя!
– Катя! – крикнул Андрей, но из его рта не донеслось ни звука. Никто из сидевших за банкетом даже не обернулся на его голос.
– Катя, я здесь! – снова безмолвно выкрикнул он, но она даже не заметила его.
Андрей подбежал ближе и увидел стовшую возле Кати Руламу!
– Рулама! Я здесь! Вы меня слышите?
Но они не слышали его и не видели. Он был для них словно невидимка… Налетевшая грозовая туча превратило день в ночь и осветила всю вокруг яркими изломами молний. Одна из них ударила Андрея в грудь и он упал, потеряв сознание…
– Андрей! Андрей! Тебе плохо? Что с тобой? Ты живой?
Открыв глаза, он сонным взором, не раскрывая глаз, посмотрел в сторону резкого девичьего писка.
– Дайте поспать… Каникулы… – недовольно пробубнил он, сладко зевнул и перевернулся на другой бок.
– Эммануил Спиридонович! Эммануил Спиридонович! Быстрее сюда! Андрею плохо!
– Что такое? – донёсся до Андрея незнакомый ему мужской голос. – Что случилось, Катенька?
– Кошечкина! Где тебя черти носят? – раздалось с другой стороны. – Помоги мне застегнуть молнию на спине!
– Рулама, отстань! – отфутболила её Катя. – Андрей вырубился! Наверное, опять практикует свою «нирвану» по переходам в другие миры. Последний раз его еле «Скорая» откачала. Мы пропали!
«Рулама? Катя? – Андрея словно ударило током и он попытался открыть глаза, которые с трудом ему поддавались, пытаясь снова сомкнуться, застилая всё вокруг мутной пеленой. – Это ведь просто сон? Хочу его посмотреть…»
– У него что-то с глазами. – услышал он над собой голос Руламы. – Он не может их открыть. Может он протирал их пальцами не смыв клей, которым крылышки приклеивал? Или клея наглотался.
– Какие крылышки? Где я? – с трудом прошептал он.
Холодная струя ледяной воды ударившая в лицо моментально привела его в чувство. Он вскочил, пытаясь закрыть лицо ладонями, но холодная водичка уже сделала своё дело, – он полностью очнулся и пришёл в себя.
– Андрей, с тобой всё хорошо?
– Со мной? – Андрей с удивлением взглянул на стоявшего перед ним усталого худого мужчину лет пятидесяти с пустой кружкой в руке, заторможенно моргающего глазами и изо всех сил пытающегося сохранить равновесие.
« Алкоголик, что ли? Где это я? Рулама рядом с ним! И Катя!»
– Вы живы?! Все живы?! – радостно выкрикнул Андрей и протянул свои руки, ухватив Руламу за плечи. – Тот плохой чёрный убил тебя не совсем насмерть или просто понарошку, чтобы найти меня? А ты? – он резко переключился на Катю. – Ты всё-таки убежала от тех вампиров на кладбище? Они тебя не укусили в шею? – Андрей попытался её обнять, но та недовольно пресекла его попытку излить свои чувства, шлёпнув Андрея по руке.
– Может я в медкомнату
