сложив всё, кроме литературного журнала, в портфель, взял журнал в руки и подошёл к учителю.
— Лукьян Наумович, мне надо сдать в библиотеку сборник, я сейчас быстро сбегаю туда и сразу выйду во двор, хорошо?
— А, Тихон Гориславович. Библиотека… А, книгохранилище, понял тебя. Так у тебя же освобождение от физических нагрузок. Смысл тебе ехать? До боёв тебя никто не допустит, тем более, после твоего диагноза.
И его можно было понять. Он, как классный руководитель, отвечает за учеников на выезде. И если с ними что-то случится… Мало ли, закружиться у Тихона голова, как только на лошадь сядет — и всё, опять падение и опять больничный. А учителю — выговор, да? Или сразу увольнение? За то, что не досмотрел за отроком. Так что понять Лукьяна Наумовича было можно. Вот только Тихон с удовольствием постоит в сторонке, а ещё лучше — почитает книжку под деревом, спокойно наблюдая за остальными.
— Да я хоть посмотрю, как другие занимаются, — скорчил просящую мордашку Тихон. — Ну и разминку же мне никто не запретит сделать. А если почувствую себя плохо — сразу и остановлюсь. Обещаю, проблем не доставлю. Пожалуйста, Лукьян Наумович!
Всё же быть миловидным ребёнком — одно удовольствие. Даже суровые мужики не могут удержаться от умиления, увидев хорошо отрепетированные выражения лица Тихона. Ну, а почему бы и не пользоваться этим, если уж повезло? Вот честно: Тихон и не думал, что появится на свет таким миленьким. Повезло, честное слово. Он не собирался тратить на такое заработанные потом и кровью баллы двух жизней.
— Ну, в принципе, я тебя понимаю, — со сдержанной улыбкой сказал учитель. — Помню ещё, как сам отроком был. Портфель бери с собой сразу, чего тебе туда-сюда по этажам бегать. Мы будем во дворе.
— Благодарю, я мигом! — восторженно сказал Тихон и тут же выбежал из класса.
* * *
Зайдя в библиотеку… «Да что ж такое! Книгохранилище же, а не библиотека!» — в очередной раз выругался на себя Тихон и посмотрел на стол библиотекаря. Эм… Дьяка школьного книгохранилища, вот! Нет, дьяков — много, а библиотекарь — он один. Так что останется дьяк библиотекарем для Тихона. Пусть и только в мыслях. И да, старичок-библиотекарь был на месте, а не ушёл на обед. И опять читал. Газету. Свежую, естественно. Как же там его имя-отчество? О, вспомнил!
— Здравы будьте, Чтеслав Горимирович! — сказал Тихон и, быстро подойдя к столу, выложил литературный сборник.
— А, это ты, пропащий, — медленно опустив газету, спокойным тоном сказал библиотекарь. — Что так долго-то? Неужели уроками завалило?
И начал также неторопливо складывать газету. Ну, а куда ему торопиться? Очереди из учеников — нет, перерыв обеденный только начался, если и подтянутся такие же любители книг, как Тихон, то только в конце переменки. Это Тихону надо торопиться, а вот ему оно зачем?
— Да нет, приболел я, можно сказать, — пояснил Тихон, начиная озираться по сторонам.
Ну, не рассказывать же библиотекарю всю длинную историю приключений Тихона, в самом деле! Тихон же торопиться. Да и нужна ли эта информация дедку-книжнику вообще?
— Болеть — плохо, себя беречь надо, а не носиться по лестницам без всякой опаски, — сказал библиотекарь, проверяя сданный Тихоном журнал. — Что, хочешь новый вестник взять? Но это будут старые выпуски. Тот, который ты сдал — самый свежий. Или опять по рядам пройдёшься, как в прошлый раз?
Тихон же, пропустив мимо ушей слова-предположения о том, что именно случилось с Тихоном, развернулся к полкам с книгами. Может, действительно самому выбрать книгу? Но Тихон понял, что если он останется в читальном зале хотя бы ещё на пару минут — то точно забьёт на выезд, тренировки и прочую ерунду, а останется в библиотеке. И будет запоем читать всё подряд до того момента, когда придёт дядь Ваня.
— Нельзя мне сегодня, как в прошлый раз, зависать, — с сожалением отворачиваясь от полок с книгами, сказал Тихон. — Выезд к стрельцам у нас, одноклассники ждут.
— Ну да, ну да, тренировки у стрельцов пропускать негоже, ты прав, — с важным видом кивнул Тихону библиотекарь, делая отметку в журнале выданных-сданных книг.
И да, от желания почитать книгу в перерывах между наблюдениями за происходящим, придётся отказаться. Ладно, у Тихона ещё будет вторник и среда, чтобы подобрать себе чтиво по вкусу.
— Чтеслав Горимирович, я тогда к вам завтра за книгой забегу. До свидания!
И сразу же направился на выход, стараясь как можно быстрее сбежать от искушения остаться в библиотеке до глубокой ночи. Эх, хорошо было в княжьем дворце! Можно было проводить в библиотеке все дни напролёт, отвлекаясь только на посещение академии и приглашённых учителей. И до комнаты было рукой подать, и перекусы ему прямо в читальный зал приносили. А тут…
Дверь в читальный зал неожиданно распахнулась и внутрь буквально влетела девчушка в кубельке и шароварах. Та самая, которая встретилась Тихону в библиотеку в прошлый вторник. Естественно, она тут же влетела и в Тихона, который как раз подходил к выходу.
— Ой! Осторожнее! — возмутилась девчушка, с трудом сохранив равновесие.
«Вообще-то, это ты в меня влетела!» — подумал Тихон, округлив от удивления глаза. Но девчушка, не дав Тихону и слова сказать, отскочила в сторону библиотекаря и крикнула:
— Деда, я возвращаю вестник! И убегаю! То есть уезжаю к стрельцам!
А, то есть она, как и сам Тихон, сегодня отправляются за город. То есть девушки, которые обучались отдельно от парней на третьем этаже школы и практически не пересекались с парнями даже на переменках, действительно занимаются вместе с парнями в Стрелецкой слободе! Тогда её нетерпение было понятно. В конце концов, и сам Тихон торопился поскорее покинуть библиотеку, ведь его учитель и одноклассники ждут.
— Какой я тебе деда, егоза! — услышал Тихон гневный окрик библиотекаря.
И постарался выскочить из читального зала как можно быстрее. Слышать ругань библиотекаря на ту, которая упорно называла его «дедом», не желая произносить еле выговариваемое имя-отчество у отрока желания не было, от слова «совсем». Желание было одно: как можно быстрее оказаться во дворе и встретиться со своим классом.
* * *
— Шестой АО! Кого назову, ко мне! — кричал статный мужик, держащий на поводу семь лошадей. — Белолобов-Лиманов, Болотников, Красноухов, Совинов, Захаров, Рысев!
Звучало, конечно, жутко непривычно. Шестой а-о. Но, что поделать? Класс «А», осенний набор. А-О. Весенний набор веселее: АВ и БВ. Девушкам, можно сказать, повезло. «Шестой ДО» и «шестой ДВ». Кстати, выезжают сейчас только шестые и седьмые классы осеннего набора, весенние ездили в Стрелецкую слободу с
