в каждом. Три — это с девочками. Так что количество приличным выходит. Одновременно. На ограниченном пространстве.
Что радовало Тихона безмерно — то, что частокол вокруг Стрелецкого двора был выстроен правильный. Ни одна мышь не проскочит. И, значит, просочиться на эту территорию у арапа не получится. Нет, ну это надо? Нашёл у деда, нашёл на выезде из школы. Дальше что? Будет встречать везде, где Тихон окажется? И что решат остальные, если этот блаженный продолжит преследовать Тихона? Вряд ли плохое, но уж явно что-то странное.
Кстати, ребята, которые выехали из школы, сейчас уже выходили с конюшен и направлялись к своим классам, оперативно выгружавшихся из телег и кучкующихся вокруг лидеров классов. Странно, что Тихон, сам того не желая, стал одним из таких вот лидеров шестого АО класса. Все одиночки, наподобие Саньки, скучковались рядом с ним. Какого лешего? Им что, просто нужен был полюс притяжения? Вот ещё не хватало. И если так и продолжится — то Тихон ни в жизнь от этого сомнительного «титула» не откреститься. Потому что… Потому что таковы законы развития человеческого общества. Некоторые становятся лидерами не потому, что хотят, а потому, что остальные не могут. И всё.
— Так, шестой АО и БО, в раздевалку и на площадку, бегом! Напоминаю, кафтаны и чекмени вместе с колпаками оставляете в раздевалке вместе с портфелями. Выходите только в рубахах и шароварах. И в сапогах, надеюсь, все об этом помнят.
А раздевалки где? О! Захаров и Красноухов уже двинулись вперёд, так что Тихону можно просто держаться за ними. Портфель в руке, рысцой за ребятами из своего класса, к которым присоединилось такое же количество отроков из Б-класса.
Глава 17
Межличностные отношения
Ну… Что сказать… Раздевалка была такой же, как её себе Тихон и представлял. Никаких шкафчиков, два ряда крючков на стенах и лавки под ними, сидеть и хранить портфели. Пятьдесят с лишним человек разделились поровну по двум сторонам узкой и длинной комнаты, поспешно развязывая кушаки и ремни. Толчея, спешка, ощущение азартного предвкушения. И никаких попыток всеми силами затянуть выход на площадку. Даже Тихон и тот не стал «подвисать», а оперативно скинул на свободный крючок в конце стены сначала колпак с кушаком, а потом и кафтан с чекменем, оставшись в одной рубахе, перетянутой тонким пояском-верёвкой. Ну и в шароварах, конечно. Интересно, а почему учитель упомянул, что сапоги надо оставить? Неужели кто-то из класса выперся на улицу босым? Нет, понятно, что ребятня мещан, особенно из бедняков, привычна бегать по улице босиком в любую погоду, но всё же… Ладно, с кем не бывает? Иногда и сам Тихон чудит так, что сам не понимает, с чего это его так переклинило?
— Ну, готов? Пойдём? — спросил Санька, оказавшийся вместе с Гораздом соседом Тихона по крючкам.
И как-то так демонстративно старался не смотреть на противоположную стену. В отличие от Горазда, не скрывавшего пренебрежения во взгляде.
— Да можно и идти, — проверив, закрыл ли портфель, сказал Тихон.
И, разворачиваясь к выходу, аккуратно осмотрел оказавшихся напротив них. Надо же знать, кто это так напрягает его товарищей. А потом с трудом сделал вид, что ничего особенного не увидел и вообще, ему на урок надо. Потому что очень хотелось остановиться и хорошенько рассмотреть эту колоритную четвёрку типичных персонажей любого романа взросления. Ну, те, которые про школу/академию/лицей со всеми вытекающими арками. Ну, там, экзамены, праздники со школьными ярмарками, каникулы на берегу моря или поездка с классом на природу и прочие.
И да, Тихон понимал, что сейчас у него возраст такой, подходящий для этого типа произведений. Он прекрасно это понимал. Просто становиться главным героем подобного романа ему не хотелось. И связываться с типчиками, которым прекрасно подходил ярлык «хулиганы» с закосом под местный колорит, Тихон не хотел. Вот, казалось бы, шаровары, вышитые обережными рисунками рубахи, тонкие пояса, русые волосы. Хулиганы разве так выглядят?
А вот взглянешь на их выражения лиц, позы, ухмылки, больше похожие на оскалы, нотки превосходства во взгляде — и сразу понимаешь, они. Те самые, которые нарушают общественный порядок и выражают неуважение к обществу. Хотя, здесь их так ещё не называют. Озорники, похабники, охальники, наглецы. Но смысл от названия не менялся. Это были именно те, кто становились первыми противниками молодого героя. Классика подростковой прозы.
Вот только Тихону подобные сюжеты не нравились. Главные герои таких произведений слишком юные, незрелые, самоуверенные и раскрашивают окружающую реальность лишь в черно-белые тона. За что и отгребают постоянно на ровном месте. Потом, конечно, умнеют, взрослеют и сами начинают огрызаться, а потом ещё и товарищей послабей защищают, но как бы… Тихону оно нафига? Подобные произведения интересны тем, кто ещё только начинает узнавать мир. А Тихону, прожившему уже две полноценные жизни, вновь проходить через это… Нафига?
Теперь главное, чтобы эта четвёрка не сочла Тихона своей законной добычей. А ведь могли. Вон, какой хохот подняли, когда Тихон развернулся к двери и не обратил на них внимания. Хотят спровоцировать новичка на «обмен любезностями»? Могут. Вполне. Набор признаков у Тихона соответствующий. Новичок, хилячок, тихоня, одиночка. Разве может такой скучный тип постоять за себя? Да он просто боится нарушить правила, установленные взрослыми! Обязательно надо показать ему, что он — ничтожество, а вот они — князья этой жизни. Мда.
Придётся теперь наблюдать за ними и вовремя избегать встреч с ними. Ну, в принципе, персонажи колоритные, запоминаются хорошо. Здоровяк, хиляк и два середнячка-подпевалы. Интересно, кто у них главный? Тот самый хиляк? Или хиляк у них на побегушках? А с другой стороны, не всё ли равно, кто у них главный? Если сильный — то получит пару раз в репу — и успокоиться. Если хилый… Ну, тут может быть сложнее, но и на умников-кукловодов свои средства найдутся. Да и к тому же, в школе внимательно следят за учениками и их поведением. Так что сильно борзеть хулиганьё не может. Не того уровня птицы.
— Шестые классы! В две шеренги! По росту стройся! — услышал Тихон, выйдя вслед за Гораздом и Санькой на тренировочную площадку. — Совин! За Белолобиновым, перед Сплюшкиным!
О как. В середине первой шеренги, предпоследним из боярских детей. Что логично, как бы. А ведь в академии Тихон был последним в шеренге. Ну, да. Отбор лучших из лучших, да ещё и родители из одарённых — вот и результат. Хиляк там стал середнячком здесь. А если Тихон постарается — то и лучшим стать
