Коннора, София, уперев руку в бедро, наблюдала за своей жертвой. Ричард был опьянен, и ему было нечем себя занять, поэтому он просто, перегнув голову через спинку стула, невидящим взглядом пялился в потолок. Длинные волосы – отличительная семейная черта – свисали назад.
Темные волосы. Темные глаза. Бледная кожа. Крепкое телосложение. Идеальный Бомон.
Софии понадобилась вся сила воли, чтобы не воткнуть кинжал в его шею.
Призрачный король скользил над полом, его мантия взметнулась, когда он залетел за спину пленника. Призрак наклонился над Наместником Световидцев и заглянул прямо в его душу. Несмотря на зелье, текущее по венам, Ричард замер, уставившись на чудовище снизу вверх, и его дыхание участилось от страха.
От ужаса.
От осознания.
Когда действие зелья прекратится, Ричард сделает все, что в его силах, чтобы освободиться. У них оставалось мало времени, и, как бы сильно Софии ни хотелось его убить, вопросы у нее тоже были. Колдунья не рассчитывала, что у нее появится публика, но, немного поразмыслив, поняла, что это неизбежно. Усиленные органы чувств Коннора превосходили даже ее. Он бы все равно услышал все, что она сказала, через закрытую дверь.
Софии просто придется импровизировать. В конечном итоге им с Призрачным клинком нужно было одно и то же.
«Смертоносный».
Слегка дернув связанными руками, Ричард поднял голову и вздохнул. Его взгляд затуманился, когда он изучающе посмотрел на женщину.
– Вряд ли тебе захочется узнать, что я сделаю с тобой, когда действие зелья закончится, милая моя. У тебя осталось всего около двадцати пяти минут.
– Десять, – поправила она. – Я не смогла найти гранадиллы.
– А, все время забываю, что простачкам вроде вас приходится обходиться тем, что есть, – уставившись в пол, он с презрением свел брови вместе. – Какая жалкая у вас, должно быть, жизнь.
София сжала руку в кулак. Чтобы избавиться от напряжения, накопившегося в теле, она обхватила кулак другой ладонью и сжимала, пока не захрустели костяшки.
– Да, я в курсе, что ты привык брать все, что захочешь.
Он кивнул.
– Да. Деньги, реагенты, зелья. Тела других людей. А теперь, пока у тебя еще есть время, ничего не хочешь спросить, прежде чем я вырву тебе хребет?
Она усмехнулась.
– Старый добрый Ричард.
Он нахмурился, в уголках его губ пролегли морщинки, несмотря на то, что по венам текло опьяняющее зелье.
– Ты думаешь, что знаешь меня. Я хочу знать почему.
– О, несомненно, – она подошла к нему и, положив ладони на его предплечья, изучила взглядом его прекрасное лицо.
Точеный подбородок. Высокие скулы. Лицо, о котором женщины мечтают по ночам, если не знают, какой монстр скрывается за всей этой бравадой и напускной харизмой.
Упершись в его руки, София вонзила ногти в его кожу. Он поморщился, когда ее когти с увеличенной силой проникли сквозь ткань рукавов. Несмотря на зелье в крови, он попытался вырваться из ее хватки.
Пригвоздив его к месту, она прижалась своей щекой к его и прошептала ему на ухо:
– Мне все о тебе известно, Ричард. Долгие годы я наблюдала за тем, как ты шныряешь между Незервейлом и Люнстоуном. Долгие годы я ходила обходными путями, избегая тебя, но тщетно. Ты сказал, что соблазнить некроманта было приятным испытанием, но мне интересно знать, сколько девушек в Люнстоуне носят то же клеймо.
– Восемь.
– Всего восемь? – она отстранилась, надув губы и издеваясь над ним. – Похоже, ты размяк.
– Более строгий надзор, – он заглянул в ее декольте, когда она наклонилась к нему. – В отличие от Никс, Теагану не плевать, что происходит с его учениками, при условии, что он сам их не пользует.
София удивленно подняла бровь. Как интересно. Возможно, она смогла бы использовать это, если когда-либо снова столкнется с кем-то из Старлингов.
– Ты, очевидно, из Незервейла, – Наместник бросил жадный взгляд на ее тело и игриво попытался укусить за шею. Она оказалась вне досягаемости, прежде чем он успел коснуться ее своими грязными губами. Мерзавец лишь рассмеялся. – А ты ловкая. Мне это нравится. Твой голос знаком мне не настолько, чтобы ты была одним из элитных солдат, так что, полагаю, ты была рядовой.
София фыркнула. Чтобы подразнить его тем, чего он никогда не получит, она скрестила руки на груди, подчеркивая декольте.
– Продолжай гадать.
Призрак склонил голову в ее сторону, и ее внимание привлекла длинная трещина в его черепе. Он пронзил Софию напряженным взглядом, и по спине ее побежал холодок. Колдунья застыла на месте, бьющий через край ужас, который она всегда испытывала в присутствии призрака, теперь, когда они были практически одни, только усилился.
Призрачный король жаждал смерти. Крови. Хаоса. Из того немногого, что она смогла понять из бормотания Коннора, призрак, похоже, хотел, чтобы она поторопилась и прикончила уже этого ублюдка.
Она прочистила горло и потянула себя за кончики волос, чтобы успокоить нервы. Ей нужно было обсудить с Ричардом тщательно охраняемый секрет, которым она не делилась ни с кем, кроме него, да и то против своей воли. София хотела покончить с этим раз и навсегда, но призрак все усложнял.
Хватит играть с едой. Нужно с умом использовать оставшиеся минуты.
София щелкнула Бомона по носу указательным пальцем. Он поморщился, зашевелив бровями, и отодвинулся так далеко, как только смог, его боль вызвала у нее улыбку.
– Сколько жертв пострадало от тебя, Ричард? Всего, во всей Салдии?
– Жертвы – слишком громко сказано. Может, им это нравится.
Она с отвращением сморщила нос.
– Не нравится.
– Каждый волен остаться при своем мнении, – пожал плечами Ричард. – Я всегда полагал, что считать необязательно. Это лишь увлечение, и вести подсчет стало скучно. Предпочитаю смотреть на женщину и угадывать, поимел ли я ее или еще нет.
– Хотела бы я сказать, что удивлена, – не в состоянии даже смотреть на него, колдунья повернулась к нему спиной и фыркнула.
– Должно быть, у тебя нет шрама. У тебя такие глаза, что я бы запомнил. Выглядишь так, как подобает Бомон.
– В этом весь смысл, – черные шелковистые локоны скользнули по ее шее, когда София посмотрела на него, оглянувшись через плечо. – Идеальная маскировка, позволяющая спрятаться на виду.
Ричард нахмурился, растерянно сведя брови.
– Что ты имеешь в виду?
Она проигнорировала вопрос.
– Кто была твоей любимицей? Любимым завоеванием. Та, что выделяется больше остальных.
Взгляд его сфокусировался, и он широко растопырил пальцы, на краткий миг придя в чувство. По его венам все еще струилось зелье, но теперь белое свечение стало более тусклым, по мере того как действие магии заканчивалось.
Нужно было поторапливаться.
Клубящийся белый свет под кожей снова засиял ярче. Голова склонилась в сторону, когда зелье снова взяло верх, и Ричард расслабился,
