исходившие из недр его дома, до сих пор иногда преследовали ее во сне.
– Интересно, что бы сделал дядя, если бы я привел тебя к нему? – Ричард улыбнулся и издал мечтательный вздох. – Интересно, о чем бы я мог попросить? Новый титул? Что бы…
Он застонал и закашлялся. Голова безвольно опустилась на грудь, и он делал один тяжелый вздох за другим. Тело его напряглось на стуле, и он стал бороться с Хакамором, веревки, опутывавшие его руки, затрещали от усилий.
Времени для игр, очевидно, не осталось. Это плохо.
Спокойным, выверенным шагом София подошла к сумке, лежавшей на столе, и открыла клапан. Перебирая пальцами в воздухе, она обдумывала следующий шаг. Кое-что из того, что сказал Ричард, подало ей одну извращенную идею.
Зло улыбнувшись, колдунья полезла за другим пузырьком с переливающейся белой жидкостью. Когда она сунула руку в зачарованную сумку, давно знакомая боль пронзила руку, словно удар молнии. Поморщившись, некромант стиснула зубы и вынула руку. У усовершенствованных чар Пространственного расширения были свои недостатки, но София уже давно привыкла к боли.
Вынув пузырек, она подняла его и слегка потрясла.
– Еще один Хакамор? – спросил Ричард, каждое слово сочилось раздражением.
Белое свечение под кожей окончательно исчезло, действие зелья, наконец, закончилось, и взгляд его полностью сосредоточился. Он тянул веревки. Оттягивая путы пальцами, он тайком бросил взгляд на меч, просунутый в ручки балконных дверей: без сомнений, искал пути для побега.
Каким бы могущественным он ни был, ему не сбежать.
Призрак вынул из недр мантии угольно-черный меч и упер острие клинка в затылок Ричарда. Тот мгновенно замер и, раскрыв рот, уставился прямо перед собой. Он слегка подался вперед, чтобы уйти от смертоносного меча, но клинок двигался вместе с ним.
– Хорошо, – Ричард поднял руки ладонями вперед в примирительном жесте и судорожно вздохнул. – Давайте все успокоимся. Лия, мы с тобой можем договориться. Как в старые добрые времена. В прошлом ты попросила меня о помощи, и взамен мне нужна была лишь услуга. Теперь мы поменялись местами.
Она бесшумно шагала по ковру, подбираясь все ближе и готовясь увидеть, как Бомон умрет. Готовясь причинить ему столько же боли, сколько он несправедливо причинил ей за все эти годы.
Он метнул свой взгляд в ее сторону, не поворачивая головы.
– Должно быть что-то, что тебе нужно. Деньги? Муж? Хочешь, чтобы отозвали Гримм? Я обладаю властью в семье, Лия. Я могу заставить дядю принять тебя обратно. Просто скажи, чего хочешь, и ты это получишь.
Уголки ее губ изогнулись в зловещей улыбке.
Вот оно.
Именно этого она хотела с самого начала.
Она махнула в его сторону рукой, словно актер, обращающийся к зрителям.
– Взгляните на великого и могучего Ричарда Бомона. Молит девчонку, которую вышвырнули из семьи, сохранить ему жизнь, – с ее губ сорвался легкий довольный смешок, когда колдунья упивалась этой сценой. – Это прекрасно.
Ричард издал утробный звук. Меч призрака позади него поднялся на пару сантиметров вверх по шее, и он вздрогнул.
– Должно быть что-то, чего ты хочешь, Лия. Просто скажи мне.
– Меня больше не зовут Лия.
– Ладно, потаскушка, – рявкнул он. – Скажи мне, чего ты хочешь! Я рассказал тебе все, что знаю. Тебе нет нужды снова вливать мне в глотку зелье правды.
– О, я знаю, – откупорив пузырек, она нависла над ним. – Это не Хакамор.
– Но… – его взгляд метнулся к флакону. Жемчужная жидкость внутри переливалась розовыми и золотыми линиями в свете свечи. Сперва он растерянно свел брови вместе, но когда все понял, на его лице медленно появилось выражение ужаса. У него отвисла челюсть. Глаза распахнулись шире. Воздух вышел из легких, от паники он не мог вздохнуть.
Видеть его ужас было так же приятно, как слышать его мольбы.
Даже несмотря на то, что ему в затылок упирался меч призрака, Ричард попытался освободиться от пут, страх в нем взял верх над здравым смыслом. Мужчина запрокинул голову, пытаясь отстраниться от колдуньи. Меч издал хлюпающий звук, вонзаясь в основание его черепа, и Бомон натужно завопил от боли, а глаза его закатились.
Волна приглушенных ругательств смешалась с кряхтеньем от попыток освободиться.
– Дядя убьет тебя за это! Ты покойница, Лия! Ты покойница!
Некоторое время она смаковала эти слова, просто наслаждаясь его страхом. Спустя столько лет страданий от его пыток это было слаще меда.
Его прерывистое дыхание становилось все более тяжелым, и женщина улыбнулась.
– Получается, нас уже двое.
– Стража! – широко распахнув глаза от паники, он наклонился в сторону балкона. – С…
Призрак схватил его за волосы и перегнул его шею через спинку стула. Фантом опустил потусторонний меч, и Ричард издал захлебывающиеся звуки, адамово яблоко напряглось, натягивая кожу на открытой шее.
Он был пригвожден к месту и беспомощен, и София подумывала о том, чтобы вытащить нож и медленно распороть ему брюхо, – как он поступал с ней. Поборов искушение, она все же сунула открытый пузырек ему в глотку. В отличие от Хакамора, здесь хватило бы всего пары глотков. Смерть от Дюволии причинит гораздо больше боли, чем любой нож.
Сколько способов убить человека. Порой было трудно выбрать.
Когда достаточное количество зелья втекло ему в рот, женщина свободной рукой сжала его нижнюю челюсть. К ее удивлению, призрак прижимал голову Ричарда к спинке стула.
Восставший из мертвых дух ей помогал.
Она не ожидала поддержки от Призрачного короля. Судя по легендам, которые она слышала, мертвый король предпочитал действовать самостоятельно.
Ричард бился в ее руках, борясь с веревками, опутывавшими его руки и ноги. Ее сила могла сравниться с его, и мускулы на ее покрытых усилителями руках напряглись от натуги.
Ее рука коснулась его губ, и она поморщилась от отвращения, пытаясь удержать его на месте.
Некромант осторожно отставила полупустой флакон в сторону на пол, подальше от стула. В конце концов, Дюволия была дорогим зельем и непростым в приготовлении.
Освободив вторую руку, София зажала кузену нос и закрыла глаза ладонью, как в прошлый раз. Он либо выпьет зелье, либо умрет от удушения.
Ему выбирать.
На его пальцах вспыхнуло пламя, но София врезала ему коленом между ног, чтобы заглушить магию. Ричард издал натужный стон, когда коленка раздавила его член, и замычал от боли. В тот же миг, охая и захлебываясь, он сделал глоток.
Покончив с этим, София отпустила его и вытерла руки о платье. Ее дыхание было быстрым и неглубоким, сердце билось в груди с глухим стуком. Она ждала.
Зелье могло подействовать в любую секунду.
– Хитрая шлюха, – он откашлялся и сплюнул на пол, но теперь никакие плевки не могли остановить действие зелья.
