Читаем без скачивания Саксонские Хроники - Бернард Корнуэлл

И тут он увидел Стиорру.

Она стояла у меня за спиной, чуть в стороне, прижав руки ко рту. Как я это понял? Я не смотрел на нее, но всё, что случилось, мне пересказали позже, и она стояла там и всплеснула руками, чтобы заглушить крик. Я толкнул Гербрухта назад, не желая, чтобы фриз сражался вместо меня, и Стиорра теперь стояла ко мне ближе всех. Она издала негромкий крик, больше от изумления, чем от страха, хотя, наверное, пришла в ужас, смотря, как смерть быстро поднималась к нам по ступеням. Когда Сигтрюгр увидел мою дочь, то на мгновение, всего на мгновение, задержал на ней взгляд. Мы ожидаем увидеть на поле битве мужчин, но женщину? Её вид отвлек Сигтрюгра.

Это колебание длилось лишь мгновение, но его оказалось достаточно. Он смотрел мне в глаза, но увидев Стиорру, на мгновение задержал на ней взгляд, и в этот миг я ринулся вперед. Не так быстро, как раньше, и не с такой силой, какой когда-то обладал, но всю свою жизнь я участвовал в битвах, и я обрушил руку с щитом на острие его меча, отклонив его в сторону, Сигтрюгр снова посмотрел на меня, проревел боевой клич и попытался просунуть меч над моим щитом, но Вздох Змея двигался, поднимаясь, и я двигался вслед за ним, сделав шаг и по-прежнему держа щит высоко, чтобы его меч оставался наверху. Я увидел, как мой клинок ринулся к его животу, и Сигтрюгр отчаянно дернулся, чтобы избежать удара, и споткнулся о ступени, его боевой клич превратился в тревожный вопль, когда он покачнулся. Я отдернул Вздох Змея в тот самый момент, когда он справился с собой и ткнул клинком мне под щит. Это был хороший выпад, быстрое движение, сделанное человеком, еще не полностью восстановившим равновесие, и этот удар мог бы пронзить мое левое бедро, но я опустил щит на его клинок и вложил всю силу во Вздох Змея, собираясь проткнуть Сигтрюгру глотку, но тот отдернул голову.

Он отдернул голову, но на мгновение опоздал. Он еще пытался восстановить равновесие, и его голова мотнулась обратно, когда нога поскользнулась на ступеньке, а острие Вздоха Змея задело его правый глаз. Меч коснулся лишь глаза и кожи на переносице. Вытекло совсем немного крови и поток бесцветной жидкости, и Сигтрюгр покатился по ступеням, а в это время Гербрухт оттолкнул меня, чтобы прикончить его топором. И тогда Сигтрюгр снова прыгнул, но на сей раз четко спрыгнул со ступеней крепостного вала и дальше в ров, это был долгий прыжок. Упустив его, Гербрухт гневно взревел и обрушил топор на ближайшего воина, который принял удар на щит и отшатнулся, а потом шесть норвежцев последовали примеру своего господина. Они прыгнули вслед за ним с крепостного вала. Один наткнулся на острый кол, а остальные, включая Сигтрюгра, вскарабкались по противоположному склону рва.

Итак, я нанес Сигтрюгру поражение и лишил его глаза.

- Я Один! - закричал Сигтрюгр, стоя на краю рва. Он поднял изуродованное лицо, посмотрел на меня своим единственным глазом и улыбнулся! - Я Один, - крикнул он мне, - я приобрел мудрость!

Один пожертвовал глазом, чтобы познать мудрость, и Сигтрюгр смеялся над своим поражением. Его люди утащили его подальше от копий, что бросали со стены, но он снова повернулся, отойдя всего на десяток шагов, и отдал мне честь мечом.

- Я мог бы убить его, если бы он не прыгнул, - сказал Гербрухт.

- Он бы выпустил тебе кишки, - сказал я, - нам обоим.

Он был сошедшим на землю богом, богом войны, но бог проиграл, а теперь вырвался из зоны досягаемости наших копий.

Финан достиг ворот. Выжившие норвежцы бежали, возвращаясь туда, откуда начали нападение, и встали в стену из щитов вокруг своего раненого господина. Ложная атака на северо-западный бастион давно прекратилась, и все норвежцы теперь собрались на дороге, всего около пятисот воинов.

И их всё еще было больше, чем нас.

- Меревал, - приказал я, - время выпустить твоих всадников. Я перегнулся через внутреннее ограждение. - Финан? Ты видел Эрдвульфа?

- Нет, господин.

- Тогда мы не закончили.

Настало время перенести битву за стены.

Меревал повел две сотни всадников в поля к востоку от норвежцев и остановился на приличном расстоянии. Они представляли собой угрозу. Если Сигтрюгр попытается отступить к Брунанбургу, то всю дорогу его будут атаковать, и он знал это.

Но был ли у него выбор? Он мог бросить людей на стены, но знал, что никогда не захватит Честер штурмом. Его единственным шансом было предательство, и этот шанс исчез, оставив на улицах пятьдесят или шестьдесят мертвецов. Дюжина воинов Финана двигалась среди этих трупов, перерезая горло умирающим и срывая кольчуги с мертвых.

- Хороший день для добычи! - весело произнес один из них. Другой танцевал на окровавленных камнях в шлеме, увенчанном крылом большого орла.

- Он обезумел? - спросила меня Стиорра.

- Обезумел?

- Сигтрюгр. Подниматься по этим ступеням?

- Это безумие битвы, - пояснил я, - а ты спасла мне жизнь.

- Я?

- Он взглянул на тебя, и это отвлекло его достаточно надолго.

Я знал, что буду просыпаться по ночам и вздрагивать, вспоминая о его мече, приближающемся ко мне, вздрагивать от уверенности, что я никогда не смог бы отразить скорость его атаки, вздрагивать от прихоти судьбы, что спасла меня от смерти. Но он увидел Стиорру и заколебался.

- А теперь он хочет поговорить, - сказала она.

Я повернулся и увидел норвежца, что размахивал зеленой ветвью.

- Господин? - позвал Финан из арки ворот.

- Вижу.

- Пусть войдет?

- Пусть войдет, - сказал я и потянул Стиорру за рукав, - и ты тоже.

- Я?

- Ты. Где Этельстан?

- С Финаном.

- Этот маленький ублюдок был в стене из щитов? - поразился я.

- Стоял в заднем ряду, - подтвердила Стиорра, - ты разве не видел его?

- Прибью засранца.

Она усмехнулась и последовала за мной к баррикаде. Мы спрыгнули на улицу и перешагнули через сброшенные камни и окровавленные тела.

- Этельстан!

- Господин?

- Разве ты не должен быть в церкви? - требовательно спросил я. - Разве я разрешал тебе присоединиться к стене из щитов Финана?

- Я вышел из церкви, чтобы пописать, господин!, - с искренним видом ответил тот, - и совершенно не намеревался присоединиться к Финану. Я просто собирался посмотреть на них, забравшись на бревна, но оступился.

- Ты оступился?

Он энергично закивал.

- Я оступился, господин! - заявил он, - и упал на улицу. Я увидел, что Кенгар, мальчик, которого он спас, стоял рядом, защищая его, как и двое людей Финана.

- Ты не оступился, - сказал я и ударил его в ухо, причинив больше боли себе, чем ему, потому что он был в шлеме. - Ты пойдешь со мной, - сказал я. - И ты тоже, - добавил я, обращаясь к Стиорре.

Мы втроем вышли из-под арки, обошли тела, чьи головы были разбиты камнями, лужи дерьма, а потом ряды воинов Финана расступились для нас.

- Вы оба идёте с нами, - велел я Финану и своему сыну. - Остальные ждут здесь.

Мы прошли по дороге тридцать или сорок шагов. Я остановился и сложил руки у рта.

- Ты можешь взять двоих!

Сигтрюгр взял только одного - зверского вида широкоплечего воина с широкой черной бородой, в которую были вплетены челюсти волков или собак.

- Его зовут Сварт, - весело сказал Сигтрюгр, - и он ест саксов на завтрак. Сигтрюгр повязал полоску ткани поверх потерянного глаза. Он коснулся повязки. - Ты изуродовал всю мою красоту, лорд Утред.

- Говори не со мной, - отозвался я. - Я разговариваю только с мужчинами. Я привел тебе женщину и ребенка, чтобы ты мог поговорить с равными.

Он засмеялся. Казалось, оскорбления его не трогают.

- Тогда я буду говорить с равными, - объявил он и поклонился Стиорре, - как тебя зовут, госпожа?

Она посмотрела на меня, удивляясь, в самом ли деле я хочу, чтобы она вела переговоры.

- Я ничего не буду говорить, - сказал я ей медленно на датском, чтобы Сигтрюгр понял, - ты управишься с мальчишкой.

Сварт зарычал при слове «мальчишка», но Сигтрюгр прикоснулся к увешанной золотыми браслетами руке верзилы.

- Спокойно, Сварт, они играют в словесные загадки. Он улыбнулся Стиорре. - Я ярл Сигтрюгр Иварсон, а ты?

- Стиорра Утредсдоттир.

- А я принял тебя за богиню, - ответил он.

- А это принц Этельстан, - продолжила Стиорра. Она говорила на датском холодным и размеренным голосом.

- Принц! Для меня большая честь встретиться с тобой, господин, - он поклонился мальчику, который не понимал, о чем говорят. Сигтрюгр улыбнулся. - Лорд Утред сказал, что мне надо говорить с равными, и посылает мне богиню и принца! Он чтит меня!

- Ты хотел поговорить, - холодно сказала Стиорра, - так говори.

- Ну, госпожа, признаюсь, дела пошли не так, как мне хотелось бы. Мой отец послал меня основать королевство в Британии, а вместо этого я повстречал твоего отца. Он хитрец, не так ли?

Стиорра ничего не ответила, просто смотрела на него. Высокая, гордая, с прямой спиной - так похожа на свою мать.