Вторую он тут же окрестил «Катериной Матвеевной», так как она очень была похожа на героиню фильма, только без платка и в современной одежде. Ничего особенного в ней не было, обычная женщина славянского типа, но ее глаза, когда она посмотрела на него, заставили чему-то всколыхнуться у Кирилла в груди. Такой женской чистоты он еще не встречал. Он видел ее впервые и понимал, что с ней стоит пообщаться поближе.
Обед прошел хорошо, за столом Кириллом были озвучены основные тезисы его командировки. Со стороны Орехова никаких препятствий к его деятельности не последовало, Звягинцев тоже обещал всестороннюю помощь. После ресторана они вернулись в кабинет Орехова, где директор выделил ему рабочее место, полностью оборудованное всем необходимым. Кириллу предлагали занять зал совещаний под свой кабинет, но он отказался, так как помещение было большим и каким-то «холодным». И сидеть в одиночестве ему тоже не нравилось. А в кабинете Орехова был огромный стол для совещаний, заваленный какими-то верстками, газетами, журналами, макетами и постоянно к нему кто-то приходил решать рабочие моменты. За этим столом Кириллу организовали рабочее место, сделали доступ ко всем рабочим папкам. Такая открытость импонировала Кириллу. Они решили, что завтра утром проведут общее совещание, где представят его коллективу, а он сможет посмотреть на сотрудников.
В кабинете Орехова они еще немного втроем обсудили режим работы на две недели, которые Кирилл собирался провести в редакции, потом Звягинцев ушел к себе, Орехов погрузился в документы, а Кирилл стал изучать представленные ему материалы. Но потом попросил у директора разрешения пройтись по редакции, чтобы иметь представление. Орехов вызвал Марьяну и попросил показать Кириллу все, что посчитает нужным.
Марьяна провела его по всем кабинетам, показывая и рассказывая обо всем, что спрашивал Кирилл. Почти все рабочие столы журналистов и корреспондентов были свободны.
— Все на выездах, — пояснила Марьяна. — Обычно возвращаются к вечеру с материалами. Потом до ночи никого не выгнать. Только бухгалтерию всегда можно найти на месте и печатников.
Она по доброму усмехнулась. Было похоже, что в редакции царит какое-то «семейное» настроение. Почти обо всех сотрудниках Марьяна отзывалась с каким-то теплом и добротой. Только «прошлась» по парочке девиц, которых, как она сказала «взяли по настойчивой просьбе сверху», и от которых директор избавиться не в силах.
— Если у Вас получится, Кирилл, решить ЭТОТ вопрос, — она выделила интонацией слово, — будем весьма благодарны. У нас есть очень хорошие сотрудники, которые сидят на вторых ролях. Вот взять, например, нашу Машеньку. Умница, какой давно не было. Пишет такие замечательные статьи, а так как числится библиотекарем, приходится печатать их без подписи и гонорар соответственно низкий.
— А почему ее не взяли на должность? — пользуясь случаем, поинтересовался Кирилл.
— Да как сказать, — Марьяна замолчала на какое-то время, подбирая слова. — Ее брали временно на должность библиотекаря, с условием, что как только освободится место, ее сразу переведут в штат журналистов. Но. Как всегда это НО. Пришлось взять парочку девиц. Дальше сами додумаете или продолжать? Сами понимаете, ничего не бывает более постоянным, чем временное.
Она посмотрела на Кирилла, тот только понятливо кивнул головой.
— Но мы рады, что Машенька у нас работает хотя бы в архиве. Я тогда директору сразу сказала, чтобы не вздумал девочку выгонять, когда она после института пришла. Она такой порядок там навела, какого никогда не было. И пишет статьи, помогает корректорам. Одним словом — умница. У нас ее все любят. Да Вы сами поймете, что она за человек, когда познакомитесь поближе.
— Марьяночка, а давайте на «Ты». Мне так неудобно, когда такая шикарная женщина, как Вы обращается ко мне так официально, — он взял ее руку и поцеловал, улыбаясь всем лицом, от чего женщина покрылась румянцем и захлопала ресничками, как первокурсница.
В приемную они вернулись уже довольные друг другом. Кирилл обзавелся еще одним ценным источником информации, а Марьяна получила свою порцию комплиментов, которых ей давно уже не говорил, чувствуя себя помолодевшей на десяток лет.
Когда Кирилл вернулся в кабинет Орехова, тот только поднял на него взгляд и тут же вернулся к работе, полностью погрузившись в документы. А Кирилл зашел на страницу издательства, просматривая «творчество» за последние пять лет.
Стол, за которым его устроили, находился у огромного окна, выходящего в сторону главного входа в здание. Изредка Кирилл посматривал на улицу, наблюдая за проходящей за окном жизнью. Вечером он увидел, как Мария ушла домой. Он проводил ее взглядом. Она шла походкой уставшей женщины, немного опустив плечи. Было заметно, что она торопиться домой. Он вспомнил, что она сегодня отпрашивалась у Звягинцева, чтобы отвезти маму в санаторий.
«Интересно, она замужем или нет, — откуда-то всплыла мысль. — Вроде ничего так девушка, можно пообщаться». Его не смущало, что Мария старше его, возраст женщин Кирилла никогда не смущал.
Около восьми часов вечера Орехов оторвался от документов и с удивлением обнаружил, что Кирилл еще в кабинете.
— Прощу прощения, Кирилл Олегович, что-то я увлекся. Вы где остановились? — как-то смущенно проговорил директор.
— Да ничего, все нормально. Я даже с удовольствием почитал ваши издания. Много интересного есть, но кое-какие замечания тоже есть. Но это все уже завтра, а то вы никогда домой не уйдете. И по поводу жилья. У меня забронирован номер в гостинице «Подворье».
— Так это же за городом? — удивился Виктор Владиславович. — Как Вы будете добираться, может Вас подвезти?
— Я специально там брал номер — тишина, спокойствие, хорошее обслуживание. Что еще надо для хорошего отдыха? — Усмехнулся Кирилл. — Не переживайте, я приехал на своей машине, есть на чем добраться. Люблю ни от кого не зависеть.
Они попрощались и Кирилл уехал в гостиницу.
Глава 5
Утро в редакции началось, ожидаемо, с суеты. Местные дивы во главе к Оксаной провели вчерашний день в салонах красоты и сегодня предстали на совещании во все оружии, блистая наращенными ресницами, маня накачанными губами и такими же грудями, выглядывающими из расстегнутых чуть ли не до пояса блузок, заправленных в туго обтягивающие накачанные зады «офисные» юбки. Повсюду слышались шепотки, обсуждающие «москвича».
Оксана, ожидаемо, заняла место на первом ряду в актовом зале, демонстрируя сидящим в президиуме свои ножки, закинутые одна на другу. Она ни на секунду не отводила взгляд от Кирилла, стараясь поймать его взгляд. И когда это у нее получалось, дарила ему свою самую обворожительную улыбку, хлопая ресничками, выдавая на лице легкий румянец «смущения», кокетливо склоняя голову на бок.
Кирилл сидел за столом и разглядывал коллектив редакции, который, как обычно, примерно 80 процентов, состоял из женщин разных возрастов. Он сразу же увидел яркую блондинку, которая устроилась прямо напротив него, положив нога на ногу, демонстрируя ему содержимое под своей юбкой.
«Ничего так цыпочка, можно будет на пару раз скрасить пребывание», подумал Кирилл, разглядывая красотку, которая всем своим видом давала понять, что она будет совсем не против таких отношений.
Было еще пару девиц, которые призывно строили ему глазки, но он пока пропустил их намеки мимо. Женщины в возрасте тоже с любопытством разглядывали его. Судя по всему, Марьяна и Лидочка уже поделились с ними своими впечатлении о Кирилле, и теперь они ожидали какого-нибудь его «восторженного» внимания к себе. Марии в зале он не увидел, немного расстроился, но потом вспомнил, что она отпросилась на сегодня и успокоился.
Директор представил Кирилла коллективу, озвучил задачи, стоящие перед ними, пожелал всем успешной работы и предоставил слово Кириллу. Тот что-то выдал воодушевляющее, обещая подойти к стоящей перед ним задаче с полной серьезностью, подкрепляя свои слова слащавым обещанием пообщаться к каждым сотрудником отдельно. На эти его слова почти все женщины тут же покрылись румянцем, а Оксана призывно вскинула подбородок, показывая, что она будет первой, кто бы хотел этого «отдельно».
