Читаем без скачивания Город Эйч - Виталий Абанов

– Смотри, – говорил он Плотнику, вернувшись от Бэт: – Я опять заработал деньги.

– Хорошо, – отвечал Плотник: – Иди и купи чего-нибудь выпить, – и Морж шел и покупал, а потом они с Плотником до утра сидели в синеватом дыму пьяного угара. Под утро Морж начинал плакать и жалеть всех подряд, а Плотник только мрачнел с каждой выпитой рюмкой.

– Подумать только, – всхлипывал Морж, не донеся до рта вилку с нанизанным на нее соленым огурцом: – Эта девочка мне доверилась, а я продал ее в публичный дом! Какая же я все-таки сволочь... – и он опускал вилку и грустно смотрел на нее. Плотник молчал.

– Как ты думаешь, дружище – спрашивал Морж через час: – они будут меня ненавидеть, а? Ведь я спас их от Гренделя, и спас их от улицы.

– Я ведь делаю это не ради денег, – разглагольствовал он спустя еще час: – Я ведь делаю всем добро. Я – добрый человек, дружище. Вот, посмотри – он откладывал вилку и начинал загибать свои толстые как сосиски пальцы: – Девочку с улицы вытащил? Вытащил. Можно сказать – спас человеческую жизнь. Это раз. Бэт довольна, что у нее новенькая, значит, и ей добро сделал. Это два. И ты, тебе, вон выпить купил, правда? Тоже добро. Значит, кругом я творю добро! – и он ронял голову на стол.

Плотник к тому времени уже похрапывал стойким сном завзятого алкоголика. А утром Морж умывался, одевал те из вещей, что еще не успели сноситься до дыр, и шел в город. На промысел. Он зашел к Бэт и пропустил рюмочку-другую, потом зашел к Осе Циммерману и попытался выторговать у него вставную челюсть за две сотни, но плюнул и решил обойтись старой. Ося только глаза прищурил вслед. День решительно не задавался и Морж уже было решил идти и сыграть с дружками в пульку, как вдруг на углу Пятой и Портовой он почувствовал ЕЕ.

О, в жизни каждого рыбака бывают мгновения, когда он мечтает поймать СВОЮ рыбу. Очень большую. Практически кита. Самую лучшую. На легкую удочку и червя. Вершину своей карьеры, ту, после которой можно поставить удочки в угол и насмешливо улыбаться в ответ на рыбацкие небылицы с разведенными в стороны руками и прихлопыванием по колену. Да, в жизни каждого рыбака есть такие мгновения. Но не каждому удается воочию увидеть свою мечту. Ту самую рыбину. Тот самый золотой миг удачи. Поэтому Морж замер. Он остановился, не в силах поверить самому себе, все его тело трепетало, как у хорошей охотничьей собаки, а ноздри втягивали воздух. Глаза пробегали вверх и вниз по ее телу, а он все еще не мог себе поверить.

О, это была поистине настоящая добыча. Она шла сквозь ряды чернорабочих, торговок, пьяниц и ворюг так, словно несла знамя. Она шла и люди расступались перед ней, так, чтобы потом сомкнуть ряды за ее спиной и завистливо зашипеть вслед. А она шла вперед, и только Морж мог заметить отчаянье, наполнявшее ее глаза, сквозившее в том, как она упрямо сжала губы в линию, как она отмахнулась от какого-то уличного приставалы, как она поправила свои волосы и дотронулась до распятия, висевшего у нее на груди.

В эти мгновения Морж пережил целый калейдоскоп чувств. Он знал, что это идет его добыча. Азарт, нетерпение, но в тоже время и волнение, тревога. Он боялся, боялся неизвестно чего, так как не боялся в самый первый раз. Вдруг она исчезнет, пропадет, растает в воздухе как мираж, ведь это не может быть правдой.

А она тем временем почти уже пропала из виду, и Морж припустил за ней вслед, по пути опрокинув какой-то лоточек с фруктами и сбив с ног прохожего. Она скрылась за поворотом, и Морж испугался, что он потерял ее навсегда. Он влетел в переулок, ловя ртом воздух. Его сердце колотилось так, словно он снова стал пятнадцатилетним пареньком, ждущим первого "да". Переулок был пуст. Морж выругался и прислонился к стене. Зачем он ждал так долго, почему не бросился за ней сразу, теперь Грендель найдет ее, почему-то Морж был уверен, что уж кого-кого, а ее Грендель найдет сразу. Морж прислушался. Морж плюнул. Морж пошел домой.

"Напьюсь", – подумал он. Напьюсь ко всем чертям. Ни хрена не получается сегодня вечером. Потом пойду домой и спрошу у Плотника, почему это жизнь такая сволочная штуковина. Он шел и чувствовал, как черное отчаянье наполняет его душу. Он одинокий и ни на что не годный сукин сын, да. И он пошел и напился. И долго рассказывал Плотнику про Нее. Плотник молчал. Он был умным человеком и понимал, что пока Морж не выговорится – его не остановишь. Потом, уже за полночь, Морж упал лицом в салат, а Плотник пошел на улицу – прогуляться, захватив с собой крепкую трость из дуба – на всякий случай.

Утром, когда Морж проснулся, первым делом он увидел начищенные ботинки Плотника. Плотник курил и дым поднимался вверх. Увидев, что Морж проснулся, он затянулся еще раз и сказал:

– Доброе утро, дружище...

– Здорово. – Морж икнул и попытался сесть. Со второй попытки у него это получилось.

– Что будешь делать сегодня?

– Не знаю. Скорее всего, пойду и повешусь. Я уже ни на что не годен, – Морж наклонился и попытался блевануть в таз, который Плотник ловко подопнул ему под ноги.

– У меня есть к тебе просьба. Сходи-ка на угол Десятой и Розенкрац. Забери мои ботинки из ремонта. У меня сегодня весь день занят, не в службу, а как обычно, а?

– А... а чего сам-то?

– Заодно проветришься. – Плотник кинул на стол смятую десятку: – и опохмелишься. Ко мне сегодня Иванов придет.

– Иванов? Черт. Ладно. – Морж встал и пошел в ванную – плеснуть себе в лицо холодной водой. Через пятнадцать минут он уже брел по Десятой и глазел на окружающий мир. Вдруг...

Да! Это была она! Морж разом забыл про ботинки Плотника и десятку в кармане и головную боль и тяжелое похмелье словно улетучилось у него из головы. Морж пристроился к ней и пустил в ход весь свой богатый арсенал, и через некоторое время они уже шли по улице вместе. Вечером Морж пришел домой не один и Плотник удивленно присвистнул, пропуская ее в квартиру. Они прошли на кухню и Морж предложил дивный тост, а потом Плотник сходил в магазинчик за вином и фруктами и все было просто прекрасно. И только потом, в тесной спаленке, Морж, обнимая ее гибкое тело, с пронзительной ясностью понял, что эта женщина – вершина его карьеры. Больше он уже никогда не сможет быть мужчиной и ходить по улицам города с поднятой головой. Ему нужно решать все. И прямо сейчас. Но ведь, если он предложит ей выйти за него замуж... – он оглядывал свою жизнь и все, что в ней и качал головой. Нет. Она пошла с ним, потому что он дал ей Надежду, только потому, а в его, Моржа жизни нет места надежде. И... она уйдет и от него через несколько дней, а потом, потом обязательно окажется на улице и попадет в лапы Гренделю... он всхлипнул и заснул с твердым намерением отвести ее завтра к Бэт. И, да, он же так и не принес ботинки Плотнику...

Когда Морж уснул, переполненный впечатлениями как мальчик – попкорном на третьем сеансе в кино, она встала и накинула на себя халат. На кухне сидел Плотник и задумчиво следил, как дым поднимается вверх. Она села рядом с ним и налила себе выпить. Плотник спросил ее:

– Он заснул? – она только плечом повела. Плотник потянулся в карман брюк и вынул оттуда смятые бумажки. Положил их на стол и подтолкнул к ней. Она накрыла их своей ладонью.

– Как всегда?

– Да. Он не предлагал тебе...

– Нет. Думаю, он никогда не решится. Завтра он отведет меня к Бэт. Как всегда.

– Если он отведет тебя – проработай там недельку. Потом он забудет тебя. Он всегда забывает, – сказал Плотник. Она кивнула и выпила залпом. Уходя в спальню, к сопящему на диване Моржу она повернулась и сказала:

– Черт, хотела бы я знать, – он когда-нибудь предложит?

– А что ты ему ответишь? – вопросом на вопрос ответил Плотник.

Она замолчала и тихо ушла, прикрыв за собой дверь.

Тюльпаны в нашей жизни

Сонтано вышел из поезда и, щелкнув серебряным портсигаром, сразу же закурил. Он не хотел дышать воздухом этого города. Не хотел здесь есть, не хотел пользоваться туалетами. Единственное чего он хотел, это закончить работу, как можно быстрее (желательно до того как проголодается, или схватит живот) и сесть на поезд в обратном направлении.

Сонтано знал такие городки. Стоячая вода. Здесь ничего не происходило, здесь время похоже на кисель, а жизнь по вкусу точь-в-точь кусок картона. Здесь добро и зло настолько измельчали, что подменяют друг друга. Он хорошо знал такие городки. Он родился в подобном, и приложил все усилия, чтобы вырваться из болота. Тем более Сонтано считал несправедливым, что его опять занесло в Тьмутаракань, хоть и ненадолго, но все же!

Ведь он уже давно не сопливый щенок! Да, конечно, он начинал с самого низа – делал грязную работу, был курьером, мальчиком на побегушках, но, Святая Мария, как давно это было! Об этих днях не вспоминают даже злопыхатели, а их у Сонтано более, чем достаточно и память у всех отменная.

Много-много хороших сытых лет он – господин Сонтано. Он работает головой, а не ногами. Он думает, а исполняют – другие. Он живет в большом городе и старается не выезжать из него. Но в этот раз позвонил сам Папа. Папа пожаловался на своего нерадивого племянника, сообщил, что тот опять набедокурил, и попросил помощи в одном очень щекотливом деле. А когда Папа тебя просит, ты не спрашиваешь об оплате, ты благодаришь за доверие. Вот из-за того, что кое-кто плохо поработал мозгами, Сонтано приходится бегать ножками.