— Вы не могли бы закончить сегодня вечером? — взмолилась она.
— Очень сожалею, — ответил он, хотя в его тоне вовсе не было сочувствия. — Видите ли, я собираюсь на танцы.
— О, конечно! — Она взглянула на него, и ее серые глаза потемнели от гнева. Да он просто издевается! — Пожалуйста, не позволяйте мне злоупотреблять вашим временем и нарушать столь важные планы!
— Не беспокойтесь, не позволю. Вы можете переночевать в «Подкове». Скажите Зельде, что это я послал вас.
— Спасибо, — произнесла она ледяным тоном. — Думаю, в этом вопросе я смогу обойтись без вашей помощи.
— Прекрасно. — Он повернулся, собираясь уйти. — Только не предлагайте Зельде продать вам свою гостиницу. — Он взглянул на нее через плечо. — Она передается по наследству из поколения в поколение…
Жанет стояла, не двигаясь, в ожидании, когда скрип ворот возвестит о его уходе, и с удивлением чувствуя, что ее руки сжимаются в кулаки.
Что все-таки происходит с ней? Еще утром ей удалось подчинить себе толпу разгневанных мужчин. Почему же этот деревенский парень смог запросто одержать над ней верх?
Потому что я сама позволила ему это, недоуменно констатировала Жанет. И это случилось сразу же, как только я попала сюда. Словно кто-то околдовал меня. Сначала машину, потом меня. Что за идиотские мысли, фыркнула она и медленно пошла по тропинке к воротам. Скрипнув, они закрылись за ее спиной.
Она приехала в Кронберри Корнерс, чтобы увидеть родовое гнездо своей матери. А результатом было лишь странное чувство неудовлетворенности, граничащее чуть ли не с отчаянием. А чего она, собственно, ожидала? Шагнуть в то далекое, навсегда ушедшее время, и найти там свою мать — Джейн Остер? О нет, Жанет не была так наивна!..
Может быть, ей следовало приехать сюда, чтобы убедиться в том, как бессмысленно и даже вредно копаться в прошлом?! Наверное, именно поэтому отец избегал любых воспоминаний о своем коротком браке…
Как только автомобиль будет в порядке, она уедет отсюда. И даже не оглянется назад.
Зельда Бекстоун была полной, улыбчивой женщиной с седеющими светло-русыми волосами, собранными в тугой пучок на затылке.
— Комнату на одну ночь? — Она подняла на Жанет карие глаза, покусывая кончик ручки. — Нет проблем. Туристский сезон еще не начался. Только вот меню я могу предложить вам весьма скромное. Видите ли…
— …Все собираются на танцы, — закончила Джоанна.
Миссис Бекстоун засмеялась, показывая крупные ровные зубы.
— Совершенно верно. Мой муж организует там бар, а я занимаюсь закусками, и весь персонал сегодня будет работать на танцах. — Она сочувственно взглянула на Жанет. — Я понимаю, это не совсем то, к чему вы привыкли!..
— О, пустяки, — заставила себя улыбнуться девушка. — Мне достаточно чашки кофе и пары сандвичей в номер.
— Ну зачем же? — возмутилась Зельда. — Мы сообразим что-нибудь получше. Я сказала «скромное меню», но не жалкое. Мы можем предложить говядину с грибной подливкой, баранью отбивную или рыбный пирог. Вам надо подкрепиться. Вы ведь тоже пойдете на танцы?
Жанет покачала головой.
— Я? Нет, я не танцую. И потом я неподходяще одета для подобного мероприятия!.. Но от рыбного пирога не откажусь, — добавила она с улыбкой.
— Тогда в семь часов, идет? — Миссис Бекстоун сняла с доски нужный ключ. — Возможно, вы передумаете насчет танцев, — добавила она с загадочной улыбкой.
Жанет ничего не ответила и последовала за хозяйкой вверх по лестнице. Комната приятно поразила ее: обои в белую и синюю полоску, постель с покрывалом, повторяющим этот рисунок, и тяжелые синие шторы на окнах. Ванная комната крошечная, но хорошо оборудованная. В плетеной корзинке лежали разные сорта мыла, рядом стояли флакончики с ароматными маслами для ванны и пахучими шампунями, на двери висел темно-синий махровый халат и несколько полотенец.
Девушка наполнила ванну теплой водой, добавила масло жасмина, разделась и с наслаждением забралась в воду, вдыхая чудесный аромат и чувствуя, как напряжение и усталость покидают ее.
Приняв ванну, Жанет завернулась в халат, обернула голову полотенцем и устроилась на постели, придвинув к себе телефон. Сначала она позвонила в «Континенталь» с просьбой на пару дней оставить за ней номер, затем набрала было номер отца, но передумала…
На ночном столике лежала стопка книг. Хорошо, есть занятие на вечер, подумала Джоанна, стараясь выбросить из головы навязчивое видение: смуглое лицо и насмешливые темные глаза.
Что со мной происходит?
Пробежав глазами с десяток страниц какого-то романа, Жанет сокрушенно вздохнула, снова пожалев о том, что не захватила с собой никакой другой одежды. Расчесав волосы, она отбросила их назад, открыв высокий лоб, и повязала вокруг головы темно-синюю ленту.
Спустившись в бар, девушка, к своему удивлению, обнаружила, что он полон. Постоянные посетители, вероятно, заглянули сюда перед танцами, чтобы пропустить стаканчик эля. Украдкой оглядевшись, Жанет убедилась, что ее новый знакомый отсутствует.
Она заказала сухой херес и уселась на высоком табурете за стойкой.
— Зельда накрыла для вас столик в соседнем зале, — сказал бармен, осторожно протягивая девушке высокий запотевший стакан. — Она решила, что там вам будет уютнее.
Жанет взяла свой херес и направилась в соседнюю комнату с тяжелыми дубовыми столами и скамьями с высокими спинками. В маленьком камине потрескивали яблоневые поленья, наполняя комнату тонким ароматом. Накрыт был только один стол, но сервирован — на двоих, с букетиком фрезий посередине и одиноко горевшей свечой в стеклянном подсвечнике. В ведерке со льдом стояла бутылка шабли.
Девушка удивленно рассматривала ее, когда услышала, как за спиной скрипнула дверь: наверное, это миссис Бекстоун принесла заказ.
— Тут какая-то ошибка, — не оборачиваясь, начала Джоанна, — я не заказывала вина…
— Это своеобразная трубка мира. Надеюсь, не откажетесь?
Этот голос она узнала сразу. Сомнений быть не могло. Но, повернувшись, она была настолько поражена, что вздох изумления сорвался с ее губ.
Ее новый знакомый был гладко выбрит, блестящие волосы аккуратно причесаны… Он выглядел даже привлекательно в светло-сером пиджаке — не иначе как из кашемира — темных, отлично сшитых брюках, безукоризненно белой рубашке и шелковом галстуке.
Все это явно куплено в очень дорогом магазине, подумала Жанет, тщетно пытаясь представить себе, в каком из них… Запах машинного масла и бензина сменил сдержанный аромат хорошей туалетной воды. Только насмешливая улыбка осталась прежней, и Жанет отметила, что у него очень красивые зубы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
