Похоже, работа, за которую она взялась, сложнее, чем она ожидала.
Расставшись наконец с девочками, Китти вернулась к себе, но не обнаружила никаких признаков своего багажа. Полагая, что горничная уже распаковала ее вещи, она открыла верхний ящик комода.
— Кто вы такая и что, черт побери, здесь делаете? Вздрогнув, Китти поспешно задвинула ящик и обернулась. На пороге ванной стоял совершенно голый мужчина, не считая обернутого вокруг бедер полотенца.
— Вы! — ахнула она, узнав в нем своего неприятного попутчика. Несмотря на сомнительную ситуацию, Китти не могла не оценить его великолепной, пропорционально сложенной фигуры, казавшейся даже более мощной, чем в мундире. Видимо, он только что принял ванну, и на его широких плечах и мускулистых руках поблескивали капельки воды. Темные волосы, покрывавшие выпуклые мышцы груди, узкой полоской сбегали по плоскому животу и скрывались за кромкой полотенца.
На ранчо Китти часто приходилось видеть полуодетых мужчин с развитой мускулатурой, но ни один из них не производил на нее такого впечатления.
— Господи милосердный, вы же та злючка с поезда! Вы что, преследуете меня, сударыня?
Вспыхнув от негодования, Китти обрела наконец голос:
— Ничего подобного, сэр! Не будете ли вы так любезны одеться?
Если мужчина и испытывал неловкость, то внешне никак этого не проявил. Не спеша проследовав к постели, он поднял халат.
— Итак, кто вы такая? — Он надел халат и затянул пояс на талии.
— Миссис Кэтлин Драммонд. Меня наняли гувернанткой.
— Понятно. Впрочем, это отнюдь не объясняет, что вы делаете в моей комнате, шаря по моим ящикам.
— Мне сказали, что это моя комната.
— У вас поразительная склонность присваивать себе все, что приглянется. Вначале вы покусились на мое место в поезде, а теперь на мои апартаменты.
Его холодное презрение взбесило Китти.
— Это неправда! — воскликнула она, полыхая праведным гневом.
— Вы продолжаете утверждать, будто вам сказали, что это ваши комнаты?
— Да… — Китти запнулась, сообразив вдруг, что над ней подшутили. Близнецы вовсе не те ангелочки, какими кажутся. Ну, ничего, она вытерпела столько розыгрышей со стороны своих кузенов, особенно Зака и Коула, что не позволит восьмилетним плутовкам дурачить себя. Дайте только время, и она разберется с ними раз и навсегда.
А пока ей нужно разобраться с этим невыносимым и практически голым мужчиной.
Проглотив свой гнев, Китти с достоинством произнесла:
— Насколько я понимаю, вы Джаред Фрейзер, сын Джонатана.
— Совершенно верно, миссис Драммонд. Признаться, меня удивляет фамильярность, с которой вы упомянули своего нанимателя. Это тем более странно, что никто из слуг никогда не обращался к нему по имени, а ведь они находятся у нас в услужении долгие годы. Я предпочел бы, чтобы вы не делали этого в присутствии моих дочерей.
— Я учту ваше замечание, мистер Фрейзер.
— Капитан Фрейзер. Я служу в армии.
— В свое оправдание, капитан Фрейзер, я хотела бы заметить, что познакомилась и подружилась с вашим отцом до того, как он предложил мне работу.
— Я вас прекрасно понял… миссис Драммонд. — В его голосе явственно прозвучал оскорбительный подтекст, и гнев Китти вспыхнул с новой силой.
— Сомневаюсь, капитан Фрейзер, — сквозь зубы процедила она и пулей вылетела из комнаты.
Сердито шагая по коридору, она слышала приглушенные смешки и топот убегающих ног. Ладно, близнецами она займется позже, а пока нужно успокоиться: и узнать, где же все-таки ее комната.
К тому времени, когда она вошла к близнецам, девочки чинно сидели за столом, наряжая кукол в одинаковые платьица. Они подняли на нее невинные глаза.
— Это было очень смешно, девочки, но больше никаких фокусов.
— Что эти маленькие плутовки выкинули на этот раз? — Голос принадлежал молодому человеку, небрежно прислонившемуся к косяку двери.
— Дядя Сет!
Девочки вскочили со стульев и бросились к нему.
Он был точной копией Джареда Фрейзера, разве что моложе и красивее, с более изящным телосложением. Китти, только что лицезревшая телосложение Джареда, едва прикрытого полотенцем, могла судить об этом со знанием дела.
Молодой человек нагнулся и обнял девочек, подняв смеющийся взгляд на Китти.
— Я Сет Фрейзер, блудный сын. А вы, должно быть, новая гувернантка?
— Да. Меня зовут Кэтлин Драммонд. Он сразу понравился ей, являя приятный контраст со своим властным братом.
Сет сверкнул неотразимой улыбкой:
— Должен заметить, мисс Драммонд, вы гораздо привлекательнее последней гувернантки. Верно, девочки?
— Да, дядя Сет, — последовал дружный ответ.
— Благодарю вас, мистер Фрейзер, но я миссис Драммонд.
— Везет же некоторым мужчинам. Отец не сказал, что вы замужем.
— Мой муж умер два года назад.
Его покаянная улыбка была полна очарования.
— Прошу прощения, миссис Драммонд. Я и подумать не мог. Примите мои искренние сожаления.
— Спасибо, мистер Фрейзер.
— Просто Сет. Мистер Фрейзер — это мой отец.
— Ты, как всегда, ошибся, Сет. Для миссис Драммонд наш отец — Джонатан, — заявил Джаред, входя в комнату. Сет приподнял бровь, затем хмыкнул.
— Неплохо, миссис Драммонд. Старик нуждается в небольшой встряске.
Китти густо покраснела.
— Джентльмены, я не потерплю подобных намеков, — произнесла она с достоинством. — Вы себе слишком много позволяете.
— Как пожелаете, миссис Драммонд. Тем не менее, я вас благословляю. — Сет поклонился и вышел.
Ситуация была настолько нелепой, что Китти не могла поверить, что все происходит на самом деле. Наверное, она спит и сейчас проснется в своей постели в «Трипл-Эм».
Глубоко вздохнув, она постаралась взять себя в руки и повернулась к Джареду, хмуро взиравшему на дочерей.
Те стояли рядышком, потупив взоры, на удрученных рожицах не было и следа от улыбок, с которыми они встретили Сета.
— Извини, папа, — сказала одна.
— Ты должна извиниться не передо мной, Ребекка.
— Я Дженнифер, — поправила девочка.
Выходит, он даже не различает собственных дочерей! Этот напыщенный тип вовсе не такой непогрешимый, каковым себя считает. Китти не могла не посочувствовать малышкам.
— Извините, миссис Драммонд, — тихо вымолвила Дженни.
— Ребекка! — властно произнес Джаред, не утруждая себя лишними словами.
Бекки помедлила, набрав в грудь воздух, затем послушно произнесла:
— Извините, миссис Драммонд.
Господи, она способна сама постоять за себя! Незачем устраивать здесь судилище. В конце концов, это всего лишь детская шалость, а не преступление.
— Ничего страшного не случилось, девочки. Давайте забудем об этом недоразумении.
