К тому времени, когда она вернулась к себе и переоделась, Чарлз объявил обед.
Атмосфера за столом была ничуть не менее напряженной, чем во время ленча. Джаред не произнес и дюжины слов, да и те адресовал отцу. Сет был несколько подавлен, только Джонатан сохранял свое обычное благодушие, поэтому близнецы общались исключительно с дедом.
После обеда вся семья перебралась в гостиную. Китти села на диван рядом с Джонатаном, а Джаред расположился в кресле у камина и уткнулся в газету. Близнецы подтащили Сета к пианино и уселись вместе с ним на скамью. Сет заиграл, и вся троица, не щадя голосов, исполнила «Старого сивого мерина». Китти и Джонатан бурно, с энтузиазмом аплодировали исполнителям, а Джаред, неотрываясь от газеты, страдальчески морщился при каждой фальшивой ноте.
— Идите сюда, Кэтлин, — позвал Сет, когда песня закончилась.
Он заиграл «Кувшинчик с элем», и Китти подхватила удалую мелодию. За ней последовала «Желтая роза Техаса» и даже Джонатан не устоял перед тем, чтобы присоединиться к общему хору. Наконец Сет сказал:
— А это лично для вас, Кэтлин.
Близнецы забрались на диван, прижавшись к деду, а Сет, аккомпанируя себе, запел трогательную балладу «Ты вернешься ко мне, Кэтлин».
Песня была одной из самых любимых в семье Маккензи. Слушая приятный баритон Сета, Китти вспоминала, сколько раз дома они вот так же собирались вокруг пианино и пели.
С увлажнившимися глазами Китти случайно поймала взгляд Джареда, смотревшего на нее поверх газеты. Вспыхнув, она отвернулась.
Сет вскоре ушел, и Китти повела близнецов наверх, чтобы уложить спать. К ее удивлению, Джаред не пришел пожелать дочерям спокойной ночи. Вернувшись в свою комнату, она разделась и легла в постель, размышляя о своем первом дне в доме Фрейзеров. Старший сын Джонатана оказался крайне неприятным субъектом, но едва ли это станет для нее проблемой, поскольку он предпочитает проводить время в одиночестве в своих апартаментах, а у нее хватит изобретательности, чтобы не пересекаться с ним на протяжении того короткого периода, пока она остается здесь.
С этой утешительной мыслью Китти повернулась на бок и протянула руку, чтобы погасить лампу. Внезапно ее обнаженная нога коснулась чего-то явно инородного. Девушка затаила дыхание, не осмеливаясь пошевелиться, и ощутила еще одно, едва заметное прикосновение. Что это? Паук? Змея? Китти едва удержалась, чтобы не завизжать и не вскочить с кровати. Однажды на ранчо в ее постель заползла змея, и отец велел ей не двигаться, пока он не избавится от рептилии, — только так ей удалось избежать смертельного укуса. Но ведь это город. Маловероятно, что ядовитые змеи здесь запросто ползают по домам.
А вдруг это скорпион или тарантул? Китти бессчетное число раз сталкивалась с ними на ранчо и знала, что их укусы довольно болезненны и могут привести к серьезным последствиям.
На лбу у нее выступил пот. Может, позвать на помощь? Но услышат ли ее? Ближе всего комната близнецов. Остальные комнаты размещаются в другом крыле. Похоже, ей ничего не остается, кроме как выбираться из этой переделки самой или не шевелиться до самого утра, если не позже, когда ее хватятся и начнут искать.
Внезапно она уловила звук, пробившийся сквозь панцирь сковавшего ее страха. Словно подброшенная пружиной, Китти вскочила с кровати и сдернула одеяло.
Громко квакнув, крохотный лягушонок, притаившийся в изножье кровати, сделал несколько неуверенных прыжков и соскочил на пол.
Итак, опять проделки близнецов. Интересно, что она такого им сделала, чтобы заслужить подобное отношение? Видимо, несмотря на ангельскую внешность, девочки недалеко ушли от своего папаши: такие же зловредные. Пора положить этому конец.
Китти надела халат и шлепанцы и потратила несколько минут, отлавливая лягушку. Затем налила в стакан немного воды и сунула туда несчастное земноводное. Комната близнецов находилась в нескольких шагах. Бесцеремонно распахнув дверь, Китти зажгла лампу и встряхнула спящих девочек.
Те сели на кроватях, зевая и потирая глаза.
— Что случилось, миссис Драммонд? Догадавшись, что это Бекки, Китти объявила:
— Нам нужно поговорить. Я хочу, чтобы вы усвоили одну вещь: больше я не потерплю никаких проказ.
— Я хочу спать, — захныкала Дженни.
— Никто не ляжет спать, пока мы не придем к взаимопониманию, — твердо сказала Китти. — Я требую, чтобы вы объяснили свое непростительное поведение по отношению ко мне.
— Нам не нужна гувернантка, — заявила Бекки, устремив на Китти мятежный взгляд.
— Мы сами можем позаботиться о себе, — добавила Дженни.
— Ваши поступки доказывают, что вы еще не дозрели до этого. Неужели вы и вправду надеялись, что сможете испугать меня какой-то лягушкой? Да я выросла на ранчо! Там нет мощеных дорожек, подстриженных газонов и шикарных домов. На ранчо пауки, лягушки, змеи на каждом шагу. Более того, юные дамы, вы должны понимать, что ваша выходка могла иметь серьезные последствия. Лягушка не может долго обходиться без воды, особенно если ее засунуть между простынями.
Округлившиеся от ужаса глаза Дженни наполнились слезами.
— Вы хотите сказать, что лягушонок умер?
— Вы убили его! — выкрикнула Бекки обвиняющим тоном.
— Нет, мисс Ребекка Фрейзер, я не убивала беднягу, но ваш жестокий, безответственный поступок мог стоить ему жизни. А что, если бы я легла позже? Несчастная лягушка могла бы просто задохнуться. Завтра наш первый урок будет посвящен земноводным. А теперь выбирайтесь из постелей и наденьте халаты и тапочки.
— Мы не хотим вставать, — хором возразили близнецы.
— Меня не интересует, чего вы хотите. Живо слезайте с кроватей!
Девочки нехотя выбрались из постелей и, как было велено, облачились в одинаковые халаты и тапочки.
Дженни начала хныкать:
— Мы расскажем Поппи, какая вы злая.
— И он вас выгонит, — пригрозила Бекки, вторя всхлипываниям сестры.
— Чему я буду очень рада! — отрезала Китти. — Но пока этого не произошло, помните: я Маккензи, а Маккензи держат свое слово.
— Что такое Маккензи? — выговорила Бекки сквозь всхлипывания.
Китти уперлась руками в бока:
— А вот это, маленькие плутовки, вы скоро узнаете. Где вы взяли лягушку?
— В ручье сегодня днем.
— Отлично. Следуйте за мной.
Китти решительно направилась в свою комнату, взяла стакан с лягушкой и в сопровождении понурых близнецов двинулась вниз по лестнице.
Вся эта суета произвела достаточно шума, чтобы привлечь внимание Джареда. Он вышел из библиотеки и остановился у подножия лестницы, поджидая странную процессию.
— Что, черт возьми, здесь происходит?
