Читаем без скачивания Ограбить Европу - Евгений Сухов

– Смею возразить, господин рейхсканцлер, слово «наполнен» не совсем точно отражает нынешнюю ситуацию. Признаю, что фальшивые купюры поступили в обращение. Но мы усиленно работаем. Одна группа фальшивомонетчиков из пяти человек была накрыта четыре дня назад.

– Чем именно они занимались?

– Печатали банкноты. Но полагаю, что это не самые искусные фальшивомонетчики. По нашим данным, существуют и другие. Я бы сказал, весьма способные, если такие слова применимы к данному случаю.

– Вчера вечером я попал в скверную историю. Хотел расплатиться за столовый прибор купюрами, а хозяин лавки у меня их не принял! Обычный лавочник объяснил мне, что деньги фальшивые, и даже указал места, где фальшивомонетчики проявили небрежность.

Начальник полиции лишь кивнул. Историю, случившуюся с канцлером, ему рассказали накануне, так что он мог предположить повод для столь неожиданного приглашения в бундестаг. На его коленях лежала кожаная папка, а собранный в ней материал позволял ответить на многие вопросы.

– Я в курсе случившегося, господин рейхсканцлер. И уже принял кое-какие меры… Позвольте узнать, как попали к вам эти деньги?

Отто Бисмарк призадумался.

– Не могу сказать доподлинно, но, по всей видимости, через Имперский банк.

Начальник полиции не выразил удивления – лишь удовлетворенно кивнул.

– Возможно, что так оно и было. В наличии имеются банкноты очень высокого качества, не каждый банковский служащий может отличить их от настоящих.

– Вот даже как!

– В каждый банк мы дали соответствующие инструкции и надеемся, что в ближайшие двадцать четыре часа будут выявлены все фальшивые банкноты и монеты. Мы надеемся полностью вывести их из оборота.

– Этого недостаточно, – жестко произнес канцлер. – Фальшивомонетчики – государственные преступники! Они подрывают доверие к нашей денежной реформе, а следовательно, наносят ущерб всему Рейху! У вас имеется хотя бы предположение, что это за люди?

Положив курительную трубку на край стола, Бисмарк вперил взгляд в начальника полиции. Вольфу оставалось только набраться мужества, чтобы выдержать немигающий взгляд холодных бледно-голубых глаз. Как-то Бисмарк похвастался тем, что несколько раз принимал участие в медвежьей охоте (традиционной русской царской забаве), когда был послом в России; двух матерых самцов он сумел подстрелить из карабина собственноручно. Наверняка на медведя, бегущего прямо на него, он смотрел точно таким же немигающим взором. Начальнику полиции Вольфу сделалось немного не по себе. Ведь он всего лишь волк[1].

– У нас имеются кое-какие предположения. – Положив папку на стол, начальник полиции извлек из нее карту Рейха с обозначенными на ней флажками. – Значками помечены места, где встречены фальшивые купюры, – это Кенигсберг, Лейпциг, Берлин, Потсдам. Основная масса фальшивок приходится на Восточную Пруссию. Предполагаю, что фальшивомонетчики находятся где-то рядом. Не исключено, что в Кенигсберге, а то и в самом Берлине… В последние два дня именно там нами были выявлены фальшивки очень высокого качества; они практически ничем не отличаются от настоящих, за исключением небольшой помарки – в подделках водяной знак слегка размазан. И то… чтобы обнаружить этот дефект, следует очень внимательно присмотреться.

– И что это значит?

– Фальшивомонетчики набираются опыта и улучшают свою продукцию раз от раза.

– Может, деньги поступают из-за рубежа? – предположил Бисмарк. – Например, из Англии?

– Не думаю, – слегка помедлив с ответом, отвечал Вольф. – Нами выявлен слишком большой объем денежной массы первоклассного качества. Перевозить деньги в таком количестве – большой риск! На границе деньги могут обнаружить таможенники. Скорее всего, капиталы все-таки печатают и штампуют где-то на территории Германии.

– Какие фальшивки преобладают: монеты или купюры?

– Монеты. Изготовить их легче, оборудование компактное, его можно спрятать в любой комнате или подвале.

– Было бы замечательно, если бы в первую очередь вы отыскали именно этих любителей чеканки…

– Сделаем все возможное, господин рейхсканцлер.

– В ближайшие часы вы должны немедленно создать группу из специалистов по поимке фальшивомонетчиков, а я уж сделаю все возможное, чтобы надолго упечь их за решетку.

– Такая группа уже создана, господин рейхсканцлер. Но чтобы отловить всех, нужно время.

– Даю вам неделю. Надеюсь, в следующий раз я не попаду в неловкое положение, – недовольно буркнул Бисмарк, взяв со стола трубку. Разговор был закончен.

Уложив разложенные листки в кожаную папку, Вольф поднялся и вышел из кабинета.

Оставшись один, Бисмарк вызвал секретаря. Явившись, тот в ожидании застыл у стола канцлера.

– Вы ездили на Фридрихштрассе, четырнадцать?

– Да, господин канцлер, но деньги передать не удалось.

– Что значит «не удалось»? – взметнулись брови Бисмарка.

– Оливер Краузе там не проживает.

– А кто же там проживает? – удивленно спросил канцлер.

– Какой-то французский подданный по фамилии Трезеге.

– Он не знает, кто такой Оливер Краузе?

– Мы спрашивали у него об этом, но он ответил нам, что первый раз слышит такую фамилию.

Отто Бисмарк поморщился:

– Никогда не любил быть в долгу.

Глава 4

Фокус фальшивомонетчика

Гельмут Вольф подошел к большой настенной карте и воткнул красный флажок в город Мюнхен. Еще одна точка, где отыскались фальшивые деньги весьма высокого качества. Причем фальшивомонетчики действовали настолько дерзко, что покусились даже на золотую марку, подделать которую прежде считалось невозможно. Если дело и дальше пойдет столь стремительным образом, фальшивые деньги могут нанести значительный ущерб объединенной Германии.

Еще каких-то десять лет назад страна не знала единого денежного порядка. В ней существовало семь монетных систем: на севере Германии властвовал серебряный талер, в южной части – серебряный гульден; особняком стоял бременский золотой талер, пользовавшийся спросом по всей Европе. В стране также употреблялась валюта соседних стран, плюс бумажные деньги двадцати одного немецкого государства. Так что разобраться в этой мешанине было весьма непросто, что, в свою очередь, предоставляло большое поле деятельности для фальшивомонетчиков и разного рода мошенников. Германия была первой страной в Европе, перешедшей к золотому монометаллизму, в основу которого легла «золотая марка». А пять лет назад был создан центральный эмиссионный банк – Рейхсбанк, обязанный урегулировать денежное обращение.

Однако на деле все выходило гораздо труднее: еще оставались десятка три банков, которые не желали отказываться от эмиссионного права, чем значительно подрывали влияние и авторитет центрального банка. Существовали и внешние силы, стремящиеся разрыхлить финансовую государственность Германии и подорвать доверие к единой денежной системе: князья не успели позабыть того, что каждый из них совсем недавно имел собственную денежную систему. Возникал невольный вопрос: а не возникнет ли у княжеств желание печатать собственные деньги после фиаско единой денежной системы? Тогда объединенная Германия вернется к тому, с чего начала: каждое княжество пожелает иметь пусть небольшое, но собственное воинство. А это подразумевает пограничные конфликты, тяжело вздохнул Гельмут. Германии чрезвычайно повезло, что в этот сложный период рядом с императором Вильгельмом Первым находился такой дальновидный политик, как Отто Бисмарк.

Вытащив из ящика стола три монеты, Вольф достал лупу и принялся внимательно рассматривать каждую из них. Эти монеты сегодня утром принес ему адъютант Рихард Корф, заметив, что на них стоит обратить особое внимание.

Что ж, посмотрим, в чем там дело…

Первые две монеты были достоинством в одну и две марки, третья – в пять. На первый взгляд в них не было ничего особенного, и только всмотревшись, можно определить, что первая монета имеет слегка красноватый оттенок, а следовательно, вместо золота в сплав добавлено значительное количество меди. Государственные же монеты чеканились в девятисотой пробе в стандарте пять граммов на марку. Сколько же здесь тогда остается золота? Два грамма? Или, может быть, всего-то один? По всей Германии таких монет гуляет несколько тысяч, так что можно сказать, что ущерб Германии наносится колоссальный. И это не учитывая политического ущерба, способного привести к развалу страны…

Гельмут невольно крякнул и, взяв монету в две марки, принялся всматриваться в изображение кайзера. Рельефная поверхность была значительно поцарапана, а на подбородке императора глубоким следом просматривалась отметина. Возможно, что монету носили с ключами, отсюда и такие царапины. По цвету марка в точности совпадала с настоящей, вот только разве что выглядел кайзер на ней несколько суровее, чем был в действительности. А ведь со слов людей, кто его близко знает, император весьма вежливый и обходительный джентльмен со старомодными манерами.