— И скольких же вы уже успели поцеловать, распутник вы этакий?
Она с радостью дразнила бы его и дальше, потому что, Бог свидетель, он совсем не был таким тупым, как казался на первый взгляд, но в этот момент из полусумрака коридора до них внезапно донесся низкий, до боли знакомый голос:
— О, миссис Кранли, похоже, мы с вами имели несчастье прервать чужое свидание! Не смотрите туда, умоляю вас! Это зрелище не для ваших невинных глаз! Боже, какой стыд! Двое голубков забились в уголок, чтобы втихомолку пофлиртовать! Господи… куда катится наш мир, если юные представители самой родовитой аристократии ступают на кривую дорожку?!
— Перестаньте дразнить этих детей, Девон, гадкий вы мальчишка! — насмешливо проворковал женский голосок. Однако по ехидному выражению лица миссис Кранли Джоселин мгновенно догадалась, что та скорее забавляется их смущением, чем сочувствует юной паре. — Посмотрите, что вы наделали! Бедняжки совсем растерялись!
Он откашлялся.
— О… ну ладно. А кто они вообще, черт возьми?
Джоселин, сделав глубокий вздох, заставила себя обернуться. Насмешливый огонек, мелькнувший в глазах Девона, доказывал, что у него не было никаких сомнений в том, кто перед ним. Зато Адаму, к ее величайшему сожалению, даже в голову не пришло, что над ним попросту издеваются. Он с такой поспешностью отскочил в сторону, что едва не свалил стоявший возле стены большой латунный телескоп.
— Чизвик, — с нескрываемым презрением в голосе процедил Девон, и Джоселин мгновенно почувствовала желание броситься на защиту своего нерасторопного поклонника. — Господи… вы все такой же неловкий, как когда-то на уроках фехтования! — продолжал Девон.
— Это вовсе не так! — строптиво возразила Джоселин, сочувственно глядя, как побагровевший от смущения Адам возвращает на место покачнувшийся телескоп. Надо честно признать, что проделал он это без особого изящества.
— Неужели?
От острого взгляда Девона не ускользнуло ни виноватое выражение лица Адама, ни его испуг. Сочувствие в его взгляде было настолько оскорбительным, что Джоселин едва удержалась, чтобы не стукнуть его локтем по ребрам. Господи, почему Адам вдруг переполошился до такой степени, изумилась она. Он ведь воевал, и, насколько она знала, за ним закрепилась слава храброго офицера. Тогда почему он сносит издевательские насмешки Девона Боскасла?
— Прошу меня извинить, Боскасл, — немного придя в себя, заявил Адам таким чопорным, полным ледяного высокомерия тоном, что Джоселин едва удержалась, чтобы не зааплодировать. — Я понятия не имел, что вы выбрали именно этот коридор для своих персональных… хм… развлечений.
— Неплохо, — одобрительно прошептала она, одарив его лучезарной улыбкой.
Девон с безмятежным видом повел плечами, давая понять, что все это пустяки.
— Ничего страшного, Чизвик. — Его многозначительный взгляд скользнул по смущенному лицу Джоселин. — Я уже закончил свои дела. Так что нынешним вечером этот коридор мне уже вряд ли понадобится. Думаю, будет только справедливо, если я уступлю его вам.
Джоселин, слегка повернув голову, наткнулась на вопросительный взгляд Адама.
— Если вы еще не передумали глотнуть свежего воздуха, то сейчас самое время, — небрежно бросила она.
— Глотнуть… чего?
Подхватив ничего не понимающего Адама под руку, Джоселин поволокла его по коридору, с трудом борясь с желанием обернуться. Впрочем, она была уверена, что Девон издевательски ухмыляется им вслед. Миссис Кранли на прощание послала ей понимающую улыбку. Джоселин ответила ей тем же, ведь ей прекрасно было известно, что у этой вдовушки репутация весьма сговорчивой дамы. Впрочем, Девону это только на руку — можно было не сомневаться, что он не упустит своего шанса.
Она успела уже пробежать половину лестницы, прежде чем заметила отсутствие Адама. Джоселин резко обернулась — и при виде сцены, которая представилась ее глазам, у нее перехватило дыхание.
Девон, преградив Адаму дорогу, взял его под руку и заставил отойти на несколько шагов в сторону. Вся его поза говорила о нескрываемом презрении.
— Адам? — невозмутимо окликнула она. — Вы идете со мной, или я вынуждена буду отправиться в сад одна?
Тот не ответил. Вместо этого он таращился на Девона с таким видом, словно ожидал, что ему сейчас вручат Ковчег Завета1. При виде написанного на его лице благоговения Джоселин стало противно. Но ужаснее всего было другое. Теперь, когда они оказались рядом, стало очевидно, каким невзрачным по сравнению с Девоном выглядит невысокий и щуплый Адам.
Впрочем, рядом с высоченным и мускулистым Девоном любой мужчина, наверное, показался бы тощим цыпленком, промелькнуло у нее в голове.
Джоселин незаметно подкралась поближе, чтобы не упустить ни единого слова из их разговора. И тут же пожалела об этом.
— Запомните, Чизвик, у вас должна быть твердая рука! — непререкаемым тоном заявил Девон. — Вы меня поняли? Как кавалерийский офицер, заявляю вам со всей ответственностью: твердая рука — единственное, что позволит справиться со строптивой кобылкой. — И словно в подтверждение своих слов сжал руку в кулак и с силой стукнул им по ладони другой руки. — А как только она научится вам доверять настолько, чтобы есть из ваших рук, тут же прыгайте в седло, пока она не опомнилась. Дайте ей шпоры и скачите вперед, чтобы она почувствовала в вас своего хозяина!
— Твердая рука… — словно завороженный, повторил Адам.
— И седлайте ее почаще… ну, вы меня понимаете?
Подняв голову, Девон заметил подкравшуюся к ним Джоселин, и на лице его появилось до омерзения знакомое ей самодовольное выражение.
— Прошу прощения, дорогая. Мы несколько увлеклись… обсуждали новую арабскую кобылу нашего гостеприимного хозяина. Чизвик признался, что подумывает ее купить — уж очень она ему понравилась. Вот я и взял на себя смелость дать ему несколько советов, как обуздать ее горячий нрав.
Джоселин помолчала, чтобы унять колотившееся сердце.
— Конечно. Только я что-то не помню, чтобы вы интересовались арабской кобылой, которую купил Олтон.
— Ну, джентльмену вряд ли пристало обсуждать подобные вещи с леди, вы согласны, дорогая? — Девон, выпрямившись, расправил широченные плечи, от чего Адам, казалось, уменьшился в росте еще на несколько дюймов. — В конце концов, дамам обычно бывает интереснее обсуждать туалеты, чем лошадей, разве я не прав?
— О, Джоселин очень любит лошадей, — с глуповатой ухмылкой вмешался Адам. Он попытался схитрить, но в результате всем вдруг стало неловко. — Она ведь превосходная наездница, знаете ли. Достаточно только попросить, чтобы она… эээ…
