Дверь в туалетную комнату без предупреждения приоткрылась, и Дженни поспешила взобраться на крышку унитаза. Раздался все тот же женский голос:
— Пожалуйста, поторопитесь.
— Сейчас иду, — слабым голосом ответила Дженни и спрыгнула вниз, когда дверь закрылась. — Надсмотрщица хорошая женщина, но очень нервничает, у нее дочь вот-вот должна родить. Ее зовут Лора Дербин. Она сказала, что сегодня ее сменит другой охранник, с которым ты должна будешь вернуться в отель. Держись естественно, не бойся. Встречаемся здесь же в восемь тридцать утра в понедельник. Скажешь им, что тебе нужно пройти в туалет, перед тем как появиться перед Большим жюри, — наставляла сестру Дженни. Она потянулась к своей сумочке, которая уже висела на плече Сильвии, и достала бумажные салфетки. — Вот. Держи у самого лица, пока не почувствуешь себя в безопасности. — И Дженни подтолкнула Сильвию к выходу. — Иди!
Коротко вздохнув, Сильвия вышла из кабины и пошла к двери. Прижимая салфетку к губам, она вышла в коридор и сразу же напротив туалетной комнаты увидела четверых мужчин.
Двое из них стояли к ней спиной: один одет как курортник, другой — в простую белую рубашку и черные брюки. Двое других имели одежду более строгую. Один, в сером костюме, с озабоченным выражением глаз, напоминал медведя. Последний стоял ближе всех, и, глядя на него, Сильвия внезапно почувствовала, как в ней нарастает напряжение. В его фигуре и внешнем облике не было ничего примечательного, может быть, только немного жесткий взгляд. Белокурые волосы, небрежно зачесанные назад, казались излишне лохматыми и длинными. Решительный рот с полной нижней губой. По тщательно выбритому подбородку бледной неровной линией проходил шрам, который придавал выражению его лица еще большую суровость. Когда ее глаза встретились со взглядом его голубых глаз, Сильвия почувствовала, что ее будто пронзило электрическим током. Она быстро потупила взор, довольная тем, что салфетка закрывает часть лица. Не поднимая глаз, скользнула взглядом по темному спортивному свитеру, вылинявшим джинсам и поцарапанным кроссовкам. Она чувствовала себя неловко оттого, что так пристально рассматривает этого мужчину, но когда вновь подняла на него глаза, то увидела, что он тоже смотрит на нее в упор. Его прозрачные глаза беззастенчиво изучали ее, во взгляде читалась откровенная оценка.
Почему Дженни ничего мне не сказала об этом человеке? — И где ее телохранительница?
— С вами все в порядке, мисс Рэдфорд? — поинтересовался мужчина в сером костюме. — Вы выглядите немного бледной.
Сильвия посмотрела на него и увидела бляху, прикрепленную к нагрудному карману пиджака, с надписью «Агент сыскной полиции Роберт Блэкпул». По выражению глаз поняла, что этот человек ее уже знает.
— Все хорошо, — пробормотала она в салфетку и, еще раз оглядевшись вокруг, снова не увидела телохранительницы.
— Миссис Дербин уже ушла. — Мужчина с голубыми глазами словно прочитал ее мысли. — Мистер Блэкпул говорил вам, что произойдет замена? Я ваш новый телохранитель. Меня зовут Стивен Кинг. Можете называть меня просто Стив. Моя задача — обеспечить гарантию того, что вы придете в суд утром в понедельник целой и невредимой.
— Но я думала, что миссис Дербин заменит женщина… Ведь существует правило, что женщину охраняет женщина. — Сильвия говорила нерешительно, не уверенная в том, что говорит правильные вещи, но думая, что в ее словах все же есть логика.
— Мы обещали обеспечить вашу охрану, — быстро вклинился в разговор детектив Блэкпул. — Поверьте мне, наилучшим образом это сделает Стивен Кинг.
— Я гарантирую, что не нарушу ваше одиночество, если вы будете соблюдать правила. — Стивен осторожно взял ее под руку и подтолкнул в сторону бокового выхода из здания. — Сейчас мы уже потеряли достаточно времени. Нам пора.
Сильвия понимала, что это замечание справедливо. Надо спешить еще и потому, что Дженни не могла выйти из туалета и уехать в аэропорт до тех пор, пока они не уйдут. Однако в тот момент, когда Стивен взял ее за руку, Сильвия почувствовала, что он лишает ее пусть маленького, но все же контроля над обстановкой.
— Не трогайте меня! — вскрикнула она, понимая, что ведет себя глупо, но не в силах сдержать раздражение.
Стивен пристально посмотрел на нее и вдруг наклонился к ее лицу так близко, что его горячее дыхание обожгло кожу. Сильвии показалось, будто со всех сторон ее окутал свежий запах одеколона после бритья, смешанный со специфическим мужским запахом.
— Поймите одно, — сказал он жестко глубоким голосом, — до тех пор пока я ваш телохранитель, вы будете делать все, что я вам скажу, не задавая лишних вопросов. Если я прикоснулся к вам, то не потому, что так хочу, а потому, что должен! Так надо. Сейчас мы отсюда уходим. Станьте слева от меня и немного сзади. Идите со мной в ногу. Понимаете, что я говорю?
В тот момент она понимала только одно: если ей не удастся создать между собой и этим мужчиной какого-то буфера, то она окажется просто не в состоянии противостоять ему. Сильвия почувствовала, что краснеет, и первым побуждением было отвернуться, отступить в сторону, чтобы между ними возникла какая-то дистанция. Но сделать это было нельзя. Да и сестра никогда не отступала в подобных обстоятельствах.
— Понимаю, я не глупая.
— Никто и не думает, что вы глупая, только потому, что у вас какие-то амурные дела с Ником Гаррисоном. — Он говорил медленно, растягивая слова, и с таким сарказмом, что его мог понять даже ребенок.
Сильвию всю передернуло от обиды, лицо вспыхнуло.
— Вы… вы не смеете говорить со мной в подобном тоне! — Несмотря на возмущение, в голосе ее звучала неуверенность. Она повернулась к мужчине в сером костюме: — Ведь это противозаконно, не правда ли?
Тот в ответ лишь пожал плечами:
— Исключая жестокое и неоправданно суровое отношение, Стивен в течение ближайших дней может делать все, что сочтет нужным для обеспечения вашей безопасности до понедельника. Ну, а теперь я должен идти. — Роберт положил руку на плечо Стивена. — Желаю удачи! Буду поддерживать с тобой связь.
Стивен не отрывал взгляда от лица Дженнифер Рэдфорд. Вблизи она казалась совершенно иной, чем на расстоянии. Особенно впечатляли глаза: мерцавшие, как в полумраке, под сенью темных пушистых ресниц, эти огромные темно-зеленые глаза имели выражение незащищенности, которую он никогда не ожидал встретить в женщине, подобной этой. На расстоянии он не испытывал к ней никаких эмоций. Но теперь… Она ведь краснела, и краснела по-настоящему! Буквально вся покрылась румянцем, который лишь подчеркивал ее миловидность! Так и подмывало спросить эту женщину, какое она имеет право так краснеть и приходить в такое замешательство, если связана с подонком по имени Ник Гаррисон.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
