Читаем без скачивания Руины Изиды - Мэрион Брэдли

На всей территории космопорта было только два полноценных здания. Одно из них, самое большое, было похоже на ремонтные мастерские, другое, из крыши которого торчали купола всевозможных антенн, каких-то лопастей и флюгеров, напоминало аэровокзал.

Кроме Цендри и Дала пассажиров больше не было. Трапов тоже не было, и Цендри, поддерживаемая пилотом, медленно и осторожно спустилась из шаттла по откидной лестнице, сделанной из тонких металлических прутьев. Дал, стараясь не свалиться со скользкой лестницы, спускался, точнее, сползал сам. Очутившись на земле, пилот помахала рукой высокому тощему мужчине, одетому в серые шорты и такого же цвета свободную рубашку с красным аксельбантом на правом плече. Мужчина, очевидно носильщик, подъехал к ним на небольшом каре.

— Личные вещи ученой дамы с планеты Университет должны быть доставлены в дом Проматриарха. Позаботься об этом, слышишь?

Мужчина молча наклонил голову. Цендри, внимательно разглядывавшая его аксельбант, ибо нигде в Едином Сообществе она не видела, чтобы мужчины носили подобные украшения, вдруг заметила, как носильщик и Дал обменялись показавшимися ей подозрительными взглядами. Вначале носильщик пристально смотрел на Дала, пока тот не обратил на него внимание, и затем, косясь на отвернувшуюся от него девушку-пилота, проделал какие-то странные манипуляции. Он немного вытянул вперед правую руку и сжал кулак, но таким образом, что большой палец оказался внутри. Затем он медленно вытащил его и что-то прошептал, но так тихо, что даже стоящая рядом Цендри ничего не расслышала.

Пилот зашагала к зданию аэровокзала, и Цендри заторопилась за ней. Накрепко засевший в ней антрополог продолжал все замечать и анализировать. «Разумеется, — думала Цендри, — в мире, где правят женщины, должны существовать мужские объединения, тайные общества с паролями и только самим мужчинам известными знаками. Да и вообще, объединения мужчин — это явление универсальное».

Хотя Цендри была неплохим ученым и понимала, что в мире не может быть ничего универсального, она прекрасно отдавала себе отчет в том, что мужские сообщества — феномен широко распространенный. В свое время Цендри даже учили, что на них зиждется сплоченность всего общества, и именно поэтому такие планеты, как Изида-Золушка, где в социальном плане доминируют женщины, большая редкость. Действительно, Цендри было известно только два таких случая: Матриархат, где она сейчас находилась, и его же исток — Персефона. Был, правда, печально известный эксперимент на Лабрисе, но о нем никто предпочитал не вспоминать.

«Далу следует помочь мне в изучении мужских обществ. Уж если я согласилась выполнять за него археологические исследования, то пусть он проделает и кое-какую мою работу», — решила Цендри, осторожно ступая за пилотом по песчаной дорожке. Она с удивлением смотрела на них, поскольку никак не ожидала увидеть столь примитивный мир, где нет даже тротуаров.

Что же все-таки сказал Далу тот мужчина с аксельбантом и что обозначал его знак? Было ли это обычным приветствием, принятым среди мужчин, или в его знаке содержалось нечто большее?

Они вошли в здание, крышу которого венчали несколько куполов с различными техническими сооружениями. Внутри оно оказалось разделенным на множество помещений легкими полупрозрачными перегородками, сделанными из бумаги или пластика. Все они были разрисованы яркими цветами и пейзажами. За одной из таких перегородок Цендри увидела зал, уставленный мониторами и различной техникой непонятного назначения. Оттуда доносился едва слышный гул голосов и шум оборудования. Прямо перед собой Цендри увидела другое помещение, значительно большее по размерам. По нему беспрерывно сновали люди, и только теперь Цендри окончательно поняла, что именно в этом космопорту показалось ей странным.

Не отсутствие бетонных сооружений и небоскребов смущало ее, Цендри доводилось видеть миры, где бедность и неподходящие условия заставляли отказываться от дорогостоящих зданий. Не удивляла ее и немногочисленность пассажиров, поскольку она знала о существовании планет, где жители по тем или иным соображениям культурного и психологического характера не очень-то радуются гостям, а сами предпочитают больше сидеть дома. Нет, поразительное здесь было другое — отсутствие на людях форменной одежды, по которой обычно определяется их занятие.

Две женщины были одеты так же, как и пилот шаттла, на котором Цендри прилетела сюда. Одна из них стояла у стола с какими-то бланками и что-то писала. Что именно, Цендри не смогла разобрать. Пилотом она явно не была. Другая женщина, по-видимому, была уборщицей, она везла небольшую тележку, в которую ссыпала мусор из корзин. «Следовательно, — подумала Цендри, — полосы металлизированной ткани на груди и бедрах совсем не свидетельствуют о том, что их владелец — пилот шаттла».

Перед глазами Цендри мелькали десятки людей в самых разнообразных одеждах, но кто из них был кем — Цендри определить не могла. В большинстве случаев невозможно было с первого взгляда даже определить их пол, поскольку многие были одеты в одинаковые разноцветные шорты и рубашки. Кроме уже известных Цендри костюмов, состоящих из шорт, рубашек или полос (кстати, Цендри заметила и одного мужчину, одетого таким странным образом), среди жителей были популярны широкие балахоны, с капюшонами и без, а также юбки. Их носили и мужчины и женщины, причем и те и другие в этом случае оставляли грудь полностью открытой. «Похоже, здесь не существует никаких запретов, касающихся верхней части тела», — сделала вывод Цендри.

С изумлением она заметила нескольких мужчин с волосами, тщательно уложенными в замысловатые прически, с такими же прическами ходили и женщины. Короче говоря, в мужской и женской одежде каких-либо особых различий не существовало. Цендри была в замешательстве. Отсутствие униформы, определяющей деятельность человека и его место в обществе, казалось ей весьма странным. Все те, кого Цендри видела перед собой, были одеты кто во что горазд, порой трудно было даже сказать, кто проходит в двух шагах от тебя, мужчина или женщина. На корабле Единого Сообщества Цендри безошибочно отличала стюарда от члена экипажа, командира корабля от просто офицера, здесь же все перемешалось — и одежда и пол. Такое Цендри видела только в международных космопортах, да еще на Университете, где собрались люди изо всех миров галактики. Там, за исключением территории самого Университета, где все обязаны одеваться согласно своему статусу и полу, многие тоже ходят в разных одеждах, в основном в своих национальных. Это неудивительно, поскольку на Университет прилетают жители изо многих миров, но чтобы в пределах одного мира, одной культуры была такая разношерстность — это Цендри казалось просто невероятным. Ей случалось бывать в самых дальних уголках галактики и видеть самые необычные миры, но она не могла припомнить ни одного из них, где бы мужчину нельзя было отличить от женщины сразу, по прическе, одежде и манере поведения.