Если одному из невольников случалось умереть, Ногаму считал это результатом чуть ли не заговора остальных против него. После подобных случаев он лишал нас пищи и заставлял работать несколько лишних часов. А если все шло успешно, он приписывал это своей сметливости и распорядительности.
- Я подозревал что-то в этом роде, - кивнул Хокану. - Ногаму был когда-то весьма значительной персоной. Он занимал должность хадонры - управляющего огромными владениями своего отца. Но семья его была обвинена в измене Империи, и глава клана, к которому они принадлежали, продал их в рабство. - Помолчав, Хокану добавил:
- Разумеется, тех, кто не был повешен или обезглавлен. Но Ногаму никогда не был хорошим рабом. Мой отец надеялся, что он проявит свои способности управляющего в должности надсмотрщика на плантации. К несчастью, этого не случилось.
Он вопросительно взглянул на юношей, и Паг, кивнув, поспешно проговорил:
- Ногаму оказался много хуже прежнего надсмотрщика.
- Есть ли среди невольников толковый и распорядительный человек, которого можно было бы назначить на эту должность?
Лори с улыбкой указал на Пага:
- Господин, мой товарищ...
Но Хокану не дал ему договорить.
- Нет. У меня другие планы насчет вас обоих.
Недоумевая, в чем могли заключаться эти планы, Паг с почтительным полупоклоном проговорил:
- Возможно, следовало бы назначить надсмотрщиком Чогану, господин. Когда-то он был вольным землепашцем, но однажды весь его урожай побило градом, и Чогана был продан в рабство за неуплату налогов. Мне кажется, он знает толк в работах, что ведутся на вашей плантации.
Юноша кивнул и хлопнул в ладоши. В комнату тотчас же вбежал стражник и остановился у порога.
- Пусть сюда приведут невольника по имени Чогана, - распорядился офицер. Отдав честь, солдат бросился выполнять приказ.
- Начальником над рабами следует назначить цурани, - проговорил Хокану. - Вы, варвары, не отличаетесь особой почтительностью к хозяевам и не знаете своего места. Поставь я на эту должность одного из вас, и в скором времени, глядишь, мои солдаты станут лазать по деревьям и спиливать верхушки под присмотром невольников.
Лори рассмеялся, откинув голову назад. Юный воин дружелюбно улыбнулся обоим мидкемянам. Паг внимательно следил за происходящим, ни на минуту не позволяя себе расслабиться и тщательно обдумывая каждое свое слово, каждый жест и каждый взгляд. Похоже было, что Хокану стремится завоевать доверие своих невольников. Но зачем ему это? Лори, судя по всему, поверил в искренность его участия к ним обоим и проникся к нему ответной симпатией. Но Паг не торопился с выводами. В отличие от менестреля, он пробыл на Келеване достаточно долго, чтобы уяснить, что вельможные цурани, в противоположность мидкемянам, в минуты веселья и опасности нередко забывавшим о сословных преградах, всегда помнят о своем положении и неукоснительно соблюдают связанные с ним многочисленные формальности. То, что между тремя собеседниками установилась доверительная, едва ли не дружеская атмосфера, произошло благодаря сознательным усилиям юного Хокану, а вовсе не по воле случая. Офицер, поймав на себе взгляд Пага, повернулся к нему и слегка кивнул головой.
Паг, как и полагалось невольнику, тотчас же опустил глаза. Но ему почудилось, что во взоре Хокану мелькнуло понимание и участие. Юный господин словно говорил ему: "Ты не желаешь верить в мое дружеское расположение к тебе. Что ж, как знаешь.
Мне не в чем упрекнуть тебя, пока ты не нарушаешь границ, установленных между нами".
Через несколько минут Хокану взмахнул рукой и проговорил:
- Возвращайтесь к себе и отдохните как следует. После полуденной трапезы мы с вами отправимся в дальний путь.
Паг и Лори встали и с поклоном вышли из дома Хокану. Они направились к своему бараку. Паг шагал молча, сосредоточенно размышляя о происшедшем. Лори положил руку ему на плечо и с улыбкой проговорил:
- Интересно, куда он отведет нас? - Не дождавшись ответа, он добавил:
- Во всяком случае, я надеюсь, что там, где мы окажемся, будет намного лучше, чем на этой ужасной плантации!
Однако Паг не разделял его надежд.
Чья-то рука осторожно коснулась плеча Пага. Он тотчас же проснулся и сел на своем тюфяке. Перед ним стоял Чогана, бывший фермер, который благодаря рекомендация Пага стал теперь надсмотрщиком над невольниками. Чогана указал на дремавшего радом с Пагом Лори и, приложив палец к губам, кивнул в сторону двери. Паг молча последовал за ним.
Выйдя из барака, они уселись на траву в тени просторного строения. Чогана неторопливо наклонил голову и заговорил, по своему обыкновению растягивая слова:
- Господин сказал мне, что по твоей просьбе я назначен на должность надсмотрщика плантации. - Его морщинистое смуглое лицо осветила радостная улыбка. - Я в долгу перед тобой.
Паг церемонно поклонился ему в ответ и сдержанно произнес:
- Ни о каком долге не может быть и речи. Я замолвил за тебя слово, потому что уверен, что лучшего начальника над рабами господину не найти. Ты не станешь измываться над невольниками, как Ногаму, и плантация будет приносить больший доход.
Чогана обнажил в улыбке желтоватые зубы, покрытые коричневыми пятнами от жевания орешков татин. Обладавшие слабым наркотическим действием, они в изобилии произрастали на болотистой почве плантации, и почти все невольники постоянно жевали их. Паг, как и большинство мидкемян, не перенял этой привычки у рабов-цурани, хотя те и уверяли, что под воздействием сока татин мысли в голове проясняются, чувство голода отступает, работа кажется менее тяжелой, а жизнь - вполне сносной. Паг не мог бы с точностью сказать, почему именно он избегал искать забвения в безвредном наркотике татин.
Возможно, для него это означало бы полную капитуляцию перед немилосердной судьбой, которую он все еще надеялся изменить.
Сузив черные глаза, Чогана взглянул в сторону многочисленных хозяйственных построек, занимавших центральную часть поляны, на которой был разбит лагерь. С самого рассвета все они опустели. Лишь в поварне суетились кухарки, да в отдалении, у дома Хокану, несли вахту два стража в синих доспехах. Издалека, с болот, доносился стук топоров.
- Когда я был еще совсем мал, - начал раб, - и жил на ферме отца в Зетаке, у меня обнаружился некий дар. Меня подвергли испытанию и объявили, что никакими особыми способностями я не обладаю. - Он лукаво усмехнулся. Паг не вполне понял смысл его слов, но слушал не перебивая. - И стал я фермером, как и мой родитель. Но талант мой остался при мне. Порой мне случается видеть будущее. Я умею предсказывать грядущие события, Паг! Ко мне стали приходить люди из окрестных деревень. По большей части это были бедные крестьяне. Они спрашивали у меня совета о своих делах. Но я был молод и глуп и говорил им правду, требуя за это щедрых подношений. Потом мне стало совестно запрашивать так много, и я довольствовался тем, что они могли предложить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
