Она. А меня охмурять было красиво и оригинально?
Он. Я вас не охмурял. Вы самостоятельно охмурялись. Я ничего специально не придумывал, говорю же — как в ритуале, от нашей воли не сильно зависит развитие сюжета. Как в шахматах. Вы играете? Тот, кто не играет, думает, что там множество вариантов, а на самом деле совсем не так. Не раз бывало, как два гроссмейстера ход в ход повторяли партию каких-то неудачников, поскольку, на самом-то деле, не много там вариантов. Почему компьютеры стали побеждать людей? Потому что они не придумывают ходы, а знают все наперед. Им очень скучно играть, наверное.
Она. Вам стало со мной скучно, и теперь наше знакомство заканчивается ничем.
Он. Наше знакомство не могло закончиться чем-то, оно могло просто закончиться. Иссякнуть, как ручеек в пустыне. Хотя ручеек имеет начало, а у нас и начала не было. Что мы такое вместе — мы никто, мы просто болтаем. Ну, увидел вас курящей, ну, мы поговорили. О чем? Ни о чем. А вам показалось, что у разговора должно быть продолжение.
Она. Вы, правда, думали, что уже после нашей первой встречи ничего не будет?
Он. Ага. Но теперь ничего не будет после четвертой, не сильно ошибся.
Она. Пятой… Понятно, почему вы сказали, что я пришла попрощаться. Всё заканчивается в квартире, где по идее все должно было начаться.
Он. А вот в этом вы ошибаетесь. Квартира не может быть началом. В квартире вообще всё умирает. Молодость, любовь, отношения. Соседи вон ваши, прямо над нами живут, как собачатся, а!.. Раньше были не квартиры, а дома, там люди хотя бы рождались, теперь рождаются на стороне, а в квартиры заселяются, чтобы в них умереть. И вообще, у дома есть выход на улицу, а выход из квартиры — только в подъезд.
Она. Ну и что, у нас хороший подъезд, чистый.
Он. Он просто притворяется. Хотя в нем не наплевано, не грязно и почти нет перегоревших лампочек, но все равно подъезд всегда остается подъездом. Жуткое место. Пустое. Подъезд ведь разъединяет людей, хотя соединяет квартиры и этажи. В нем люди проходят мимо друг друга, стремясь убежать в свои коморки. Подъезд — это то место, которое нужно пройти, преодолеть, он не существует как место. Он вообще процесс, а не место. Процесс достижения собственной квартиры. Как в нем можно было знакомиться?
Она. Если подъезд пуст и без смысла, то наоборот, нужно в нем знакомиться, чтобы он перестал быть пустым.
Он. Хотите плыть против течения?
Она. Хочу.
Он. Я вас понимаю. Потому, собственно, раскрашиваю подъезд с первоклассником Вовой. Но должен вам сказать, что особого эффекта не заметно. Подъезд принадлежит всем и никому, он продолжение моего жилища и он точно не его часть. Его хоть диванами заставь и картинами завесь, толку не будет. Он не нужен, поскольку не несет никакого смысла.
Она. Почему вы говорите о подъезде, а не обо мне? Не с подъездом же прощаетесь, он никуда не денется.
Он. Могу говорить о себе, потому что хорошо себя знаю, могу говорить о подъезде, потому что думал о нем…
Она. А меня не знаете и обо мне не думали.
Он. Вы ведь очень закрытый человек. Сколько мы с вами разговаривали, а что вы о себе рассказали?
Она. Разве вы спрашивали?
Он. Должен был?
Она. Сами же говорили, что играли в знакомство.
Он. Скорее, знакомство играло мной. Но как бы то ни было, вами оно не играло точно. Понимаете, я не запомню человека, с которым вижусь каждый день на работе, если у нас нет общего дела, и не потому, что я эгоист, а просто не привык лезть в чужие жизни. У него свой мир, у меня — свой. Если наши миры встретятся, я буду открыт и болтлив. Но не раньше. А вы, даже встретив человека, который вам интересен, ничего ему о себе не попытались рассказать.
Она. Так это я виновата?!
Он. В чем?
Она. В том, что вы сейчас даете мне от ворот поворот.
Он. Нет, вы виноваты в том, что сейчас я говорю не о вас, а о подъезде.
Она. Ну и ладно, и говорите. Хотя я ничего не понимаю, зато уверена, что такого идиотского расставания в моей жизни больше не повторится. Давайте, что вам в подъезде еще не нравится?
Он. Не заводитесь, ни я, ни подъезд того не стоят.
Она. Я на полном серьезе. Не завожусь.
Он. В подъезде мне не нравятся постоянное, хоть и незримое, присутствие ног. Мне не по душе ноги.
Она. Чьи?
Он. В целом.
Она. С вами можно с ума сойти.
Он. Подъезд состоит из этажей, между которыми расположены ступени, по которым ходят ноги. А что такое ходьба? М-м? Самое обыкновенное, самое типичное, самое человеческое из, э-э, движений. Этим мы отличаемся от всех остальных, кто-то ползает, прыгает, летает, скачет, а мы — человек прямоходящий! Но, заметьте, именно ходьба мешает нам стать больше, чем мы есть. Всякий раз, когда вы хотите вырваться из обыденности и пошлости, при любом возвышении, вы отказываетесь от ног. Возьмите портреты, или автомобиль, там нет ног и ходьбы. А подъезд — это там, где ходят ногами и больше ничем не занимаются, это квинтэссенция человеческой ходьбы. Самое обыденное в жизни, самое пошлое.
Она. …Поэтому, знакомиться с людьми из подъезда нельзя.
Он. Ни в коем случае.
Она. … Если же познакомились, то нужно отношения прервать.
Он. При первой возможности.
Она. Вы ненормальный.
Он. Да. Сейчас достану топор и отрублю вам ненавистные мне ноги.
Она. А себе почему не отрубили?
Он. Замахиваться неудобно.
Она. Могу помочь.
Он. Вы, кажется, оправились от потрясения в связи с нашим расставанием.
Она. …Будем друзьями?
Он. Друзьями… Вы хотите стать друзьями, и для вас это шаг назад, поскольку вы думаете, что мы уже друзья и даже больше, чем друзья. Но если я соглашусь на дружбу, для меня это будет шаг вперед, потому что, по моему мнению, у нас вообще нет никаких отношений.
Она. Видеться все равно будем, соседи же.
Он. Давно в этом доме живете?
Она. Лет десять.
Он. А я два года. Часто виделись?
Она. Хм.
Он. …
Она. …Тогда я пошла.
Он. Я не выгоняю вас.
Она. Нет, не выгоняете, просто жизнь так устроена, правильно?
Он. Жизнь вряд ли устроена правильно. Она вообще неустроенна.
Она. Да… как ручеек в пустыне… Сейчас просто уйду, и все закончится.
Он. …Да.
Она. Ну, все.
Он (пожимает плечами). …
Она. Хотя знаете, вот, я вам скажу. Вы противоречите сами себе. Когда-то вы мне сказали, что жизнь проще, чем я думаю, и надо быть проще, не гоняться за переживаниями. А сами вы, вы — эстет! Понятно? Очень искусственный, рафинированный эстет. Вы даже людей воспринимаете не как личности, а как то, что заполняет место. Все эти разглагольствования о подъезде! Ваш мир — это клетка из рамок и правил, которые не дают вам просто радоваться жизни. В иной ситуации я вас, может быть, даже пожалела.
Он. Снова на дуэль напрашиваетесь?
Она. Ничуть.
Он. Ну, что ж, это даже интересно, я подумаю про эстета в клетке. Давайте приходите в субботу вечером пить чай. Жену мою увидите, поговорим вместе. Вам ведь любопытно, да, на нее посмотреть? Тем более, знаете, я же с ней познакомился в подъезде, так что…
ЗАНАВЕС
