В запасном полку до осени Тарасов-Родионов служит в качестве рядового, однако все, как командиры, так и солдаты, видели, что он по возрасту, по своему жизненному опыту, по уровню образования (мало кто в ту пору из числа рядового состава имел высшее образование), наконец, по интеллекту был, несомненно, на голову выше других. Поэтому уже через два месяца ратной службы его направляют в Казанское военное училище, которое он оканчивает с отличием, и ему присваивается воинское звание прапорщик. Как отлично окончившему училище, ему предоставляется право выбора воинской части для дальнейшего прохождения службы. Он выбирает 103-й пехотный запасной полк в «дешевой захолустной Уфе», где тянет, по его выражению, «лямку сначала взводного офицера, потом делопроизводителя полкового суда, потом ротного командира»[37]. При назначении его командиром роты, 1 сентября 1916 года ему присваивается воинское звание подпоручик. Но новую должность пришлось занимать совсем недолго, так как уже в декабре 1916 года он становится слушателем пулеметных офицерских курсов Офицерской Стрелковой школы в г. Ораниенбаум, что под Петроградом, которые отлично окончил. Офицерская Стрелковая школа была известным в России военно-учебным заведением, имевшим хорошую репутацию.
Командовал Стрелковой школой в то время талантливый ученый в области стрелкового оружия генерал-лейтенант Николай Михайлович Филатов[38].
Начальник Ораниенбаумской Офицерской Стрелковой школы генерал Н.М. Филатов
В своей книге «Февраль» Тарасов-Родионов рисует его словесный портрет: «Коренастый, с густыми бровями и окладистой бородой, он напоминает чем-то Льва Толстого. У обоих волосатые щеки. Только взгляд у генерала добродушно-прищуренный, с самодовольной хитринкой»[39].
В школе был свой полигон, где проводились испытания нового стрелкового оружия.
Забегая вперед, скажем, что 21 ноября 1918 года на базе этой школы были созданы знаменитые Высшие офицерские курсы «Выстрел». Первым начальником курсов «Выстрел» был прежний начальник Ораниенбаумской Стрелковой школы генерал-лейтенант Н.М. Филатов (1918–1921), который перешел на сторону советской власти. Многие выпускники курсов «Выстрел» впоследствии командовали дивизиями, корпусами, армиями и фронтами, стали крупными военачальниками. Среди них маршалы Советского Союза: А.М. Василевский, Н.И. Крылов, Р. Я. Малиновский, С.К. Тимошенко, Ф.И. Толбухин, главные маршалы авиации К.А. Вершинин, А.А. Новиков, маршал бронетанковых войск М.Е. Катуков. За мужество и героизм, проявленные в боях в годы Великой Отечественной войны, более 200 выпускников курсов были удостоены звания Героя Советского Союза, а семи из них это звание присвоено дважды[40].
* * *
Судьба распорядилась таким образом, что в канун Февральской революции А.И. Тарасов-Родионов оказался в самом эпицентре надвигающихся революционных событий, которые потрясли весь мир, и сам становится их непосредственным и активным участником. Наступила эпоха великих перемен и потрясений. Заканчивала свое трехсотлетнее правление Россией династия Романовых. Это был канун Февральской революции. Начавшаяся в августе 1914 года война, по определению В.И. Ленина, «создала такой необъятный кризис, так напрягла материальные и моральные силы народа, нанесла такие удары всей современной общественной организации, что человечество оказалось перед выбором: или погибнуть, или вручить свою судьбу самому революционному классу для быстрейшего и радикальнейшего перехода к более высокому способу nроизводства»[41].
Революционный кризис очень сильно обострился в начале 1917 года, когда 9 января состоялась самая мощная в России забастовка. Число бастующих в одном только Петрограде превысило 130 тыс. человек, а уже в феврале достигло 200 тысяч. Многие партии, такие как РСДРП, левые эсеры, меньшевики, развернули огромную работу в армии, распространяли среди солдат листовки, призывающие их переходить на сторону бастующих рабочих. 26 февраля рабочие Петрограда направились к казармам, чтобы убедить солдат перейти на их сторону, помочь им оружием. И в ряде мест такая агитация дала свои плоды. Так, 26 февраля под воздействием рабочих солдаты 4-й роты запасного батальона лейб-гвардии Павловского полка подняли оружие против своих командиров. Восстание солдат этого полка послужило началом массового перехода солдат Петроградского гарнизона на сторону восставшего народа. Восстала учебная команда Волынского полка. Начальник команды был убит.
Помощник начальника учебной команды Ораниенбаумской Офицерской стрелковой школы подпоручик А.И. Тарасов-Родионов. 1917 г. (фото из личного архива внука А.И. Тарасова-Родионова Александра)
Учась в Офицерской школе, Тарасов-Родионов сразу же проявляет присущую ему политическую активность, старается занять лидирующее положение среди сослуживцев, и это ему в немалой степени удается. Он входит в совет солдатских депутатов и позднее становится руководителем в совете большевистской фракции.
После окончания в январе 1917 г. месячных курсов в Офицерской Стрелковой школе Тарасова-Родионова, как одного из наиболее способных и грамотных выпускников, оставляют в этой же школе, и l февраля назначают «на должность помощника начальника учебной команды»[42], в обязанность которого входило преподавание пулеметного дела.
Команда располагалась в двух километрах от Ораниенбаума, в пос. Мартышкино, на огромной чьей-то даче, но в ней было не так много помещений. На втором этаже были оборудованы спальные места на нарах для личного состава взводов, канцелярия команды и комната для офицеров. Внизу находились три класса для занятий, оборудованые партами. А взводов в роте было пять, поэтому, два взвода вынуждены были заниматься в поле. В пятом взводе готовились младшие командиры, а в остальных – в месячный срок готовились пулеметчики. Тех и других в составе маршевых пулеметных команд по выпуску угоняли на фронт.
Революционные события, происходящие в Петрограде, будоражили и солдат Ораниенбаумского гарнизона, где служил Тарасов-Родионов. 27 февраля утром вестовой принес Тарасову-Родионову записку от его друга, Воробьева, подпоручика, с которым он вместе оканчивал Стрелковую школу. Он тоже был назначен помощником начальника, но только другой команды, которая располагалась недалеко от Мартышкино. В ней сообщалось: «Саша. В Ораниенбауме сейчас началось восстание в первом пулеметном полку. Офицеры под командой штабс-капитана Борщевского, по приказанию полковника Жерве расстреливают солдат из пулеметов на углу Михайловской, преграждая им путь к вокзалу. Мой начальник получил приказание привести команду в полную боевую готовность. Ответь. Записку сожги»[43].
Получив записку, Тарасов-Родионов тут же поднимает команду по тревоге. Начальник команды поручик Филипп Иванович Казаков, горький пьяница, после очередной попойки не мог подняться с постели и, притворившись больным, возложил командование подразделением на Тарасова-Родионова. Видя такое дело, Тарасов-Родионов, тайком, чтобы никто из личного состава не видел этого, сам лично перерезает телефонный провод в своем кабинете, чтобы никто сверху не нарушил исполнения созревшего у него плана: он сам решил перейти на сторону восставших. В это же время он начал замечать, что многие солдаты стали к нему относиться с открытой враждебностью, с пренебрежением к его распоряжениям. А в это утро более явственно слышался ропот и угрозы в его адрес со стороны подчиненных. Обстановка накалялась.
Немалыми усилиями ему все же удалось построить подразделение и объяснить сложившуюся ситуацию. Тарасов-Родионов сумел убедить подчиненных, что он сам на стороне восставших и готов идти на помощь рабочим Петрограда. И тут же сказал, если кто не желает идти вместе с ним в Петроград, может оставаться в казарме. Но таких не нашлось. Солдаты поверили командиру и безропотно стали выполнять его распоряжения. Всё сразу закрутилось, завертелось. Личный состав стал вооружаться, из конюшни были выведены лошади. Их начали запрягать, чтобы на повозках везти тяжелые пулеметы, которые были на вооружении в роте. Это австрийский пулемет «Шварц-Лозе», пулеметы «Шоша» и «Максим». Один из солдат подвел офицеру белую лошадь, чтобы он верхом на ней руководил походом. И Тарасов-Родионов, оставив в казарме четырех дневальных, со всей своей вооруженной ротой двинулся на помощь восставшему Петрограду. Таким же образом поступили и другие части и подразделения Ораниенбаумского гарнизона. Одним словом, весь гарнизон восстал.
Из энциклопедического справочника «Санкт – Петербург, Петроград, Ленинград»:
