Читаем без скачивания Отставной козы барабанщица - Татьяна Луганцева

– Конечно нет. У меня нет на него разрешения, да и стрелять я не умею. И как бы я провезла его через столько границ? Нас же будут проверять и в Белоруссии, и в Польше, при въезде в зону стран Шенгенского соглашения. Но будь уверена, я хорошо его приложила, они больше не сунутся к нам.

Даша опять легла на полку, с восхищением глядя на Яну.

– Со мной не пропадешь! – подмигнула ей та и выключила свет. – Спокойной ночи!

На следующий день проехали по территории Белоруссии, Польши, границу Германии. Девушки поели в вагоне-ресторане, принесли в купе фрукты и шампанское и продолжили общение.

– Даша, извини за нескромный вопрос. Тебе двадцать семь лет, ты симпатичная девушка… Скажи, а у тебя есть бойфренд? – поинтересовалась Яна, рассказавшая новой приятельнице о своем Карле, не вдаваясь в подробности о том, что он носит титул князя (последнее бы выглядело уже как хвастовство), а о личной жизни своей попутчицы она еще ничего не знала.

Лицо Даши погрустнело, а взгляд потух.

– У меня нет молодого человека… в данный момент…

– Почему?

– Как-то не сложилось.

– А почему так грустно? У тебя кто-то был?

– А чего веселиться? Я была замужем и безумно любила мужа, мы прожили вместе четыре года, а потом…

– Что? – Яна и сама была не рада, что затронула эту тему – на Дашу было просто больно смотреть.

– Он ушел от меня… к другой женщине…

– Гад!

– Не надо, Яна… – в глазах девушки блеснули слезы. – Он очень хороший… Время с Марком было самыми счастливыми годами моей жизни. Он красивый, умный, обаятельный. Марк не виноват, что полюбил другую… я не виню его…

Даша оторвала виноградинку с грозди и отправила ее в рот.

– Когда я осталась одна… Конечно, он не бросил меня, как собаку, на улице, он ни с кем бы так не поступил. Действительно, Марк очень хорошо относился ко мне, называл своей маленькой девочкой и ласковым котенком… Он был богат и вполне самодостаточен. Марк ушел ни с чем, оставив мне квартиру и нашу собаку, которую мы заводили вместе и которую он очень любил… Ушел с маленьким чемоданом, не глядя мне в глаза…

– Еще бы!

– Он предложил мне пожизненную материальную помощь, но я отказалась. Пусть будет разрыв – но только один раз. Я не хотела ни видеть его, ни слышать… иначе мне снова было бы очень больно… встречаться с ним… даже если бы при этом он приносил мне деньги.

– Я понимаю.

– Марк тоже понял. И пообещал больше не тревожить меня. А когда он ушел… мне не хотелось жить… Полгода прошло не помню как, а потом, исключительно ради мамы и брата, я поняла, что надо жить дальше.

– Правильно!

– И я ударилась в путешествия.

– Чтобы хоть как-то отвлечь себя? – закончила за нее мысль Яна.

– Думаю, да… Без Марка я уже три года, а ощущение, будто не живу, а существую, словно это длится целую вечность. И все уговоры моих друзей и знакомых – мол, я еще так молода, не я одна переживаю несчастную любовь, и самое главное, у меня все будет хорошо, будут и семья, и любовь, и дети…

– Бесполезны? – вскинула тонкую бровь Яна.

– Абсолютно.

– Тогда я промолчу. Ты несешь свою любовь как какой-то крест.

– Скажи еще, что мне нравится его нести.

– Думаю, именно так и есть, иначе бы ты давно скинула его со своих хрупких плеч, – подтвердила Цветкова, и они обе замолчали, устремив взгляд на мелькавший пейзаж за окном.

Яна обожала это зрелище. Пролетающие мимо картинки давали представление о стране и повод для собственных размышлений и фантазий. Мелькавшие за стеклом европейские деревушки наводили только на благостные мысли. Все домики были словно нарисованные или построенные из другого материала, чем в России, потому что в них ничего не отваливалось, не ржавело, не темнело и не портилось. Они все были как из сказки про пряничный домик. А территория вокруг домиков напоминала фотографии из журнала «Садовод-любитель» после подведения итогов конкурса «Лучший ландшафтный дизайнер». Одна деревушка была красивее другой, а между ними простирались пространства, занятые лесами и полями. В компактной Европе бескрайними, как в России, их нельзя было назвать, но зато земля здесь ценилась, и каждый ее квадратный метр был подстрижен, ухожен, обработан. И когда только люди тут все сделать успевали? Покошенных заборов, поваленных плетней, гор мусора, зарослей крапивы здесь не было и в помине, то есть будто изначально ничто не разрушалось, а сорняков и не росло никогда. На великолепие цветов, клумб, белоснежных фасадов домов, на аккуратно подстриженные газоны было очень приятно смотреть. И такой благостный пейзаж под мерный стук колес и легкое покачивание вагона действовал очень успокаивающе.

В Берлине девушки сделали пересадку и поездом же доехали до швейцарского Берна.

– Сейчас нас будут встречать! – авторитетно заявила Яна и достала заветный листок с адресом, внимательно всматриваясь в него. – Так, нас должен встречать Яцек.

– Поляк? – спросила Даша.

– Не знаю, наверное. Я его не видела ни разу в жизни, – ответила Яна.

Однако вместо торжественной встречи началось долгое томление на перроне. Девушки всматривались в лица людей, бросались на каждый окрик и реагировали на каждое движение. Все напрасно.

– Если он меня тоже не знает, то он, по идее, должен стоять с табличкой, где указано или его имя, или мое имя, – удивилась неувязке Яна.

Даша обвела взглядом привокзальную площадку и сообщила:

– Я вижу только нищих с табличками «Помогите ближнему!» и «Подайте ради Христа на хлеб».

Яна еще несколько минут мерила широкими шагами перрон, затем остановилась в полной задумчивости.

– Вот такого окончания поездки я, честно говоря, совсем не ожидала, – покачала головой Яна. – Ты сама видела, как для меня все было продумано, просчитано и предусмотрено моим мужчиной.

– Может, еще подождем? – неуверенно предположила Дарья.

– И так уже полчаса ждем. На нас даже полицейский косо смотрит. Предлагаю взять такси и поехать по адресу записки, – взяла инициативу в свои руки Яна.

Искомый дом выглядел весьма представительно. Четырехэтажный, включая мансарду, кирпичный, с отделкой желтого цвета и прозрачно-чистыми окнами. Яна уже знала, часто бывая в Чехии, что окна европейцы моют каждую неделю, а не как в России – в лучшем случае два раза в год (чистые окна тоже придавали домам нарядный вид). Сразу видно, что в этом доме проживала зажиточная семья. Яна решительно постучала металлической подковкой по двери, но дом казался вымершим и не откликнулся ни звуком. Поколотивши в створку еще пару раз – и по-прежнему впустую, – Яна чертыхнулась.

– Ну надо же! Не встретили и дома никого нет!

Мигом из Яны улетучилась вся решимость, и она сильно растерялась.

– Что же делать? Я совершенно не знаю, куда идти. Я вообще никогда не была в Швейцарии! На каких языках здесь говорят?

– На немецком, французском и итальянском, – ответила Даша. – Ну и на английском, естественно, так что не пропадем. Ну, что? Будем путешествовать, как я? Поспим в парке, поесть, может, удастся только завтра… Что ты так на меня смотришь? – не выдержала Даша и рассмеялась. – Саечка за испуг! У меня здесь, в Швейцарии, есть знакомые, и можно сейчас поехать к ним.

– Вот, не зря же я тебя попросила со мной поехать! Как будто знала, что так получится! – воодушевилась Яна, которой от растерянности даже мысль в голову не пришла, что с ее-то кредитной карточкой их бы с распростертыми объятиями приняли в любом отеле. На крайний случай, можно было позвонить Карлу Штольбергу и устроить ему скандал за такое «кидалово». Но нет, на такое Яна не пошла бы. Зачем лишний раз нервировать человека, который оказался по делам за тридевять земель?

– Куда едем? – спросила Яна, тем самым давая понять, что согласна ехать к друзьям Дарьи.

– Очень интересное место, центр города, плавно переходящий в его старую часть, – ответила новая знакомая Яны. – Ты можешь спокойно разместиться там.

– А ты? – удивилась Яна.

– А я пойду путешествовать, как привыкла… автостопом.

– Да ты что?! Мы же решили быть вместе! – воскликнула Яна. – Как я пойду к твоим знакомым без тебя?

– Они хорошие люди, просто скажешь им, что ты от меня, – не сдавалась Даша. – У тебя здесь дела, а у меня совсем другие планы. Не уговаривай меня, Яна, я уже все решила. Спасибо за все, что ты для меня сделала. Дай бог, еще увидимся!

Яну очень смутило быстрое расставание, но она поняла, что ничем остановить девушку не сможет.

Они попрощались, и по данному Дарьей адресу Яна подходила в гордом одиночестве и состоянии легкой растерянности. Улица действительно была центральная, в пешеходной зоне. Дом был старинным, а нужная квартира располагалась на последнем этаже и занимала весь этаж.

Вскоре Яна, пытаясь приветливо улыбаться, смотрела на высокого, стройного парня со светлыми волосами, абсолютно прямыми, словно они были соломенные, и довольно длинными. Лицо у него было с неправильными чертами, но очень приятное, хотя кто-то назвал бы его и смазливым. Одет молодой человек был в светлые брюки и светлую же рубашку.