рот и легонько посасывая.
— Да, я больше одного раза не смогу, — прошептала Даша, вопреки здравому смыслу чувствуя, что от его поцелуев где-то в глубине тела вновь пробегает трепет.
— Кто тебе такое сказал? — не сдавался Иббрис, все настойчивее раскрывая ее губы и проникая между ними языком.
— Ах… — Даша задохнулась от интимности поцелуя, когда его язык начал ритмично, с ускоряющейся частотой врываться глубоко в ее рот.
— Да? Ты уже не против продолжения? — усмехнулся джинн, оставляя ее рот, в который до этого так возбуждающе проникал языком.
— Что ты собираешься делать? — простонала Даша, чувствуя, что возбуждение стремительно возвращается, наполняя мышцы всего тела сладкой истомой и заставляя их дрожать.
— Я собираюсь поставить тебя на колени с опущенной головой и раздвинутыми бедрами, и проникнуть в тебя в этом положении, в котором женское лоно наиболее глубоко принимает в себя мужское естество. Нравится ли тебе такое? — хрипло произнес он, покрывая жадными поцелуями ее шею и плечи. Даша чувствовала, как он всем телом дрожит от возбуждения, и ощущала, как эта дрожь передается ей.
— Мне нравится лежа на спине, — прошептала она, раздвигая бедра и обнимая ногами его обнаженные бедра.
— Как скажешь, — промычал он ей в шею и приподнялся над ней, упираясь в кровать руками.
— Постой! — вдруг вскрикнула она. — Подожди-подожди, — запаниковала она, ощутив прикосновение его разгоряченной плоти.
— Что-то не так? — выдохнул он, прикрыв глаза и закусив нижнюю губу.
— Контрацепция, — пробормотала Даша, выворачиваясь из-под него и бросаясь к тумбочке, проклиная себя за забывчивость.
— Что это? — мрачно спросил он, глядя на нее исподлобья.
— Ну это такое… — Даша лихорадочно рылась в тумбочке. Было же! Где-то здесь было!
— Ты такая красивая! — услышала она голос Иббриса, выуживая из тумбочки маленькую запечатанную упаковку презервативов, и обернулась.
Он лежал, вытянувшись на кровати и подпирая рукой голову, и скользил голодным взглядом по ее телу. Даша замерла, тоже любуясь им. Он сам был красив, словно античный бог. Его длинные светлые волосы, спутавшись, спадали ему на лицо. На груди рельефно выделялись грудные мышцы с коричневыми пуговками сосков. На впалом животе между квадратиками мускулов проходила тонкая полоска темных волос, сгущавшихся на лобке и обрамлявших длинный напряженный член, перевитый голубыми нитками вен.
— Что, нравится? — томно спросил джинн, глядя на нее из-под длинных темных ресниц. Даша смущенно отвела взгляд и принялась торопливо потрошить разноцветную картонную коробочку, которую до этого вертела в руках.
— Что там у тебя? — джинн придвинулся поближе и с любопытством заглянул ей через плечо.
— Тут такая штука… — попыталась было объяснить Даша наткнувшись на его непонимающий взгляд. — Она мягкая и эластичная. Ее нужно надеть на твой… твоё естество. Для того, чтобы защитить меня от нежелательной беременности.
— Это обязательно? — Иббрис с сомнением посмотрел на распакованный презерватив в ее руках.
— Он не причиняет боли и совсем не мешает удовольствию, — Даша безуспешно пыталась объяснить свойства предмета, о назначении которого в этом мире знали даже дети.
— Ну попробуй, — решился джинн, отводя руки за спину и внимательно наблюдая за каждым ее движением.
Даша осторожно положила свернутый презерватив на нежную розовую головку, и его член качнулся вперед, доверчиво ложась в ее руки. Опыта по надеванию презервативов у Даши особо не было, но в текущей ситуации приходилось рассчитывать только на себя. Иббрис выжидательно смотрел на нее и не шевелился.
Она начала аккуратно раскручивать презерватив к основанию члена так, как это было сказано в инструкции. Но примерно на середине что-то пошло не так. В скрученный ободок защемилась складка уже освобожденного латекса, и теперь он не раскручивался ни вперед, ни назад. Даша чуть не плакала от отчаяния. Это ж надо было такому случиться? И что теперь с этим делать?
— А ты попробуй губами, — вдруг подал голос джинн, внимательно наблюдавший за ее действиями.
— Что? — растерянно переспросила Даша, поднимая на него глаза.
— Увлажни его своими губами. И тогда, возможно, он расправится легче, — терпеливо повторил Иббрис.
Даша кивнула, завороженно глядя в небесно-голубые глаза. И опустила голову вниз, осторожно обхватив губами головку члена, покрытую шапочкой нераскрывшегося презерватива. Джинн судорожно вздохнул, но не издал ни звука. Даша аккуратно ощупывала языком ободок презерватива и вдруг ощутила то место, которое застопорило его раскрытие. Языком она начала аккуратно высвобождать защемленную складку латекса, сжимая ствол члена в руках.
— Ммм, — сдавленно застонал джинн и толкнулся членом в ее рот. Латексная складка расправилась, высвобождая ободок, и презерватив раскрутился, одевая его член до самого основания. Даша собралась было выпустить член из своего рта, но рука джинна мягко, без нажима, легла на ее затылок, запутавшись в волосах. И член снова толкнулся в ее рот, проникая глубже. Даша подняла глаза и увидела его лицо.
Джинн сидел, запрокинув голову, и прикрыв глаза, лицо было блаженно расслаблено, а мягкие губы приоткрыты. С губ его срывались тихие стоны, от звука которых у нее по телу побежали мурашки наслаждения. Она плотнее обхватила пенис губами и с готовностью приняла в рот его следующий толчок. И еще. И еще. Толчки становились все более резкими и настойчивыми, и Даша в очередной толчок ощутила, как горлу подкатывает тошнота. Она тряхнула головой, сбрасывая с затылка его руку и, выпустив изо рта его член, поднялась, обвивая руками шею мужчины.
Иббрис тут же повалил ее на кровать и, раздвинув ей ноги, сильно и глубоко вошел в нее. Даша закричала от едва переносимого блаженства от давления его напряженной плоти, раскрывающей ее сосуд и заполняющей его собой. Джинн двигался сильными глубокими ударами, во все ускоряющемся темпе. Она приподнималась ему навстречу, принимая его в себя со всей нерастраченной страстью, и громко стонала от каждого его удара. Оргазм накрыл ее внезапно, без предупреждения. Блаженство свечкой взвилось до небес, сотрясая ее тело в спазмах наслаждения. Сквозь собственную истому, она краем сознания почувствовала пульсацию его члена внутри и резкое аритмичное содрогание его тела, сопровождавшиеся тихим низким стоном.
И в этот момент комната озарилась голубоватым свечением, а вокруг кровати заклубился синий дым с серебристыми искрами, вспыхивающими в глубине.
— Иббрис! — Даша испуганно вжалась в подушку и, взглянув на джинна, потрясенно застыла. По белой коже на его руках, плечах, груди змейкой вились причудливые символы, напоминающие арабскую вязь. Они словно светились изнутри, мерцая сказочным голубоватым огнем, и непрерывно двигались, складываясь в слова, строки и опутывая его тело, будто цепями.
— Все в порядке, Даша, — джинн, пришедший в себя от ее вскрика, порывисто прижал ее к себе, и Даша почувствовала, как часто вздымается его грудь. — Так бывает. Ничего не
