голубей. Мне мил пройдоха воробей, пророков юркий собутыльник, посадкам враг, палаткам друг, – и прыгает на лапках двух, Где холод бел, где лагерь был, где застят крыльями засовы, орлы-стервятники да совы, разобранные на гербы, – а он и там себе с морозца попрыгивает да смеется, Шуми под окнами, зануда, зови прохожих на концерт! А между тем не так он сер, как это кажется кому-то, когда из лужицы хлебнув, к заре закидывает клюв, На нем увидит, кто не слеп, наряд изысканных расцветок, Он солнце склевывает с веток, с отшельниками делит хлеб и, оставаясь шельма шельмой, дарит нас радостью душевной, А мы бродяги, мы пираты, – и в нас воробышек шалит, но служба души тяжелит, и плохо то, что не пернаты, Тоска жива, о воробьи, кто скажет вам слова любви? Кто сложит оду воробьям, галдящим под любым окошком, безродным псам, бездомным кошкам, ромашкам пустырей и ям? Поэты вымерли, как туры, – и больше нет литературы (Борис Чичибабин)
Дети
Из калитки своейпо кирпичной мощеной дорожкеС видавшей видыклеенчатой сумкой в рукеОн выходити птицам разбрасывает крошки —Одинокий старик, проживающий в маленьком городке.И если с вопросом к нему обратятся,Он скажет:– Пусть радуются голуби и воробьи!Дети моиразлетелись по свету, как птицы,И с тех пор мне кажется,что все птицы – дети мои.Илья Фоняков, СПб.
Не ввели еще чернила…
Не знаю, как сейчас объясняются в любви, но вряд ли тут придумали что-то новое: «Я люблю тебя!» Эвереста поэзии написаны на эту безсмертную тему; все мы стихотворцы в неповторимую пору любви к своей избраннице; только для нее звучат слова, в которые мы облекаем известную формулу признания.
Что было верным, что неверным,Спроси, – душой не покривлю.Не знаю я, кто в мире первымГубами вылепил: люблю…Он был воистину предтечей,Звездою сердцу и уму:И все поэты всех наречийВо всем обязаны ему.Михаил Дудин, СПб.
Честно сказать, я, читающий стихи с утра до вечера, не ожидал встретиться с любовным вздохом, который тронул бы и мою, все сказавшую, душу, Но вы послушайте:
Летите, мои вздохи, вы к той, кого люблю,И горесть опишите, скажите, как терплю;Останьтесь в ея сердце, смягчите гордый взглядИ после прилетите опять ко мне назад;Но только принесите приятную мне весть,Скажите, что еще мне любить надежда есть,Я нрав такой имею, чтоб долго не вздыхать,Хороших в свете много, другую льзя сыскать.Александр Сумароков † 1777
Какая девушка не ответит взаимностью на такое послание?
* * *
Мелочи быта: коробок спичек стоит сейчас 30 копеек, пустая пивная бутылка – 80 копеек, стакан семечек – 5 рублей; проезд в трамвае – 12 рублей, в метро – 12, пшеничный батон – 12, ржаной – 11, прошлогодний картофель летом 6–8, черешня в июне – 100, газета 10–15, литр бензина А92 – 16 и выше, книжка – 80-120, ТВ приемник – от 5 000, средняя зарплата в СПб – 10000, ноутбук – 25000, доллар – 27,79, евро – 36,65, купейный билет до Москвы – 800, пенсия – 2 000, скромные похороны – от 25000, автомобиль «Жигули» – 150000, «Мерседес» – русских нулей не хватит, годовая инфляция – 11,5 %.
Деньги – навоз истории; без знания того, что сколько стоило, невозможно в точности восстановить эпоху. Я знаю, что вы подумали, прочитав цены: «Открыл, тоже мне, Америку!» Однако пройдет всего несколько лет, и вы вряд ли сможете вспомнить, сколько вы платили за порцию мороженого или свежую газету. Тем более, если произойдет дефолт или с купюр сбросят «лишние» нули. У меня сохранились банкноты выпуска 1991, 1992, 1993, 1995, 1997 годов. Есть даже фальшивый доллар тех приснопамятных времен. Помните, как в конце 80-х утром цены были одни, а вечером уже другие? Или как в 1995 году все мы в одночасье стали миллионерами? Помните, как на ценниках писали две цифры? Или как нам выдавали со сберкнижки только по 600 рублей? Еще есть целая коробка мелочи – от 1 копейки 1976 года до монеты в 50 рублей 1993-го. Я уже и сам запутался, что сколько когда стоило.
Пусть от нас останется легенда,Россказни, почтовые лубки,Бонбоньерка, выпускная лента,Поздравительные голубки.Давид Самойлов † 1998
Любые мелочи – трамвайные билеты, конверты, открытки, письма, монеты, конфетные обертки, листовки, приглашения, билеты в театр, квитанции об оплате, значки, визитки – одним словом, всякая, казалось бы, мелочь нашего быта, не представляющая до поры никакой ценности, обретает со временем исторический смысл. Уйдут годы, и эти свидетели истории смогут многое рассказать и вам, и вашим детям, и детям ваших детей. А если они попадут в руки понимающих людей – цены им и вовсе не будет… Потому что история – это мы, это то, что нас окружает (и то, простите, чем мы мусорим).
Нумизматика
Пять копеек тридцатого годаРазгляжу в этот день голубой —Здесь беда и победа народа,Наделенного трудной судьбой.Сколько рук эту медь выбиралиИз кармана, чтоб выпить воды.Неужели всегда по спиралиМы от счастья живем до беды?Пять копеек тридцатого годаЗолотому подобны лучу,Что на них было временем стерто,Ни за что я забыть не хочу!Вот лежит на ладони монета,У нее заострились края —И война, и судьба моя это,И надежда, и вера моя.Может, раз, может, два на прилавокСам бросал я истертый пятак,А сейчас получаю в подарокКак великий истории знак.
Олег Дмитриев
* * *
В 1951 году при раскопках Новгорода впервые были найдены берестяные грамоты, Всего их оказалось больше 900, Новгородцы пользовались ими, как мы используем теперь письма: прочитал грамотку и бросил в непролазную уличную грязь, А кора березовая сохранила, Вот грамота, написанная в середине XII века: «От Микиты к Улиану. Пойди за мьне. Яз тьбе хоцю, а ты мьне. Ана то послух Игнат Моисиев…», Это обрывок признания в любви, в котором Микита просит Ульяну выйти за него замуж, называя Игната Моисеевича свидетелем со стороны жениха,
Мы в газете прочитали:В Нова-городе веснойМного писем раскопалиПод стеною крепостной,Не ввели еще чернила,Но раскопки говорят:Знали жены слово «милый»Тыщу лет тому назад!Лев Куклин СПб.
Или вот нам привет с намеком шестисотлетней давности: «Невежя писа, недуми каза, а кто се ци-та…» Надо переводить? Переписывались так часто, что иногда не хватало даже «бумаги», «Пришли мне бересту…» – просит один адресат другого…
Береста
Из тех глубин, где тишь,где годы – пласт к пласту,дошло три слова лишь:«Пришли мне бересту».Повытерлось письмо…Где имя? Где число?Не сердце ли самослова те донесло?Мы с предками – родня!Как будто бы менякасается – прочту:«Пришли мне бересту».Слова мои просты.Откликнусь горячо!Запасы берестыпока что есть еще…Владимир Соболев
Ценнейшие новости сообщили берестяные грамоты о новгородской денежной системе того времени. Благодаря им мы знаем, что в XIV веке главной единицей была гривна серебра – слиток весом около 196 граммов. Он делился
