Он не был юнгой.
Он не был просто незнакомцем.
Она дала себя соблазнить злейшему врагу своего жениха.
Пол закачался у нее под ногами, беспощадно, словно зыбучий песок, затягивая ее в прошлое. В тот самый момент, который был так похож на сегодняшний, что ей хотелось завыть.
Момент, когда Колин, разозленный ее отказом, показал свое истинное лицо.
«Не хочешь? Отлично! Но учти, у меня есть те милые фотографии. И видеозапись. Очень убедительная. Та, где ты ублажаешь меня. Мне не нужен секс. Получить деньги от репортеров будет куда приятнее».
Она думала, что с тех пор поумнела.
Но нет, она осталась все той же глупой девчонкой. Нет, даже хуже. Потому что в этот раз негодяй все-таки завлек ее в постель.
– Алексиос?
Мужчина, лежавший в постели, пошевелился. Рэйчел казалось, что она вот-вот упадет в обморок или ее стошнит, она едва подавляла желание в ужасе выбежать из номера.
Но она должна была узнать, что произошло. Узнать, в курсе ли он, кто она.
«Разумеется, он знает, – шептал внутренний голос. – Думаешь, он появился случайно? Ты, конечно, глупа, но не до такой же степени!»
– Алексиос. – Она вновь произнесла его имя.
Он сел на постели с плотоядной улыбкой. Но стоило ему взглянуть ей в лицо, как улыбка пропала.
– Рэйчел, – отозвался он, и его голос заставил ее вздрогнуть. – Вернись в постель.
– Нет. – Она приложила руку ко лбу. – Не сейчас. Я…
Его взгляд упал на руку, в которой был бумажник. И тотчас что-то в нем неуловимо изменилось. Что-то очень важное.
На секунду ей показалось, что перед ней – другой человек.
И тут же она поняла, что именно теперь видит его истинное лицо.
Она совсем его не знала. Она обманывала себя, уверяя, что между ними произошло нечто важное. Встреча душ или еще какая-то подобная ерунда.
Что ж, это было лишь свидетельством ее глупости. Ее слабости.
Да, этой ночью она почувствовала себя самой собой. Настоящей. И, как оказалось, настоящая Рэйчел была непроходимо глупа. Вот почему ее держали подальше от реальной жизни.
– Ты ведь знаешь, кто я? – спросила она.
Он встал во весь рост, не пытаясь спрятать от нее свою великолепную наготу. Даже сейчас при взгляде на него ее сердце трепетало.
– Зачем ты залезла в мой бумажник?
– Он лежал на полу, и я его подобрала. Решила, что он слишком хорош для простого матроса. Так что теперь можешь говорить мне правду.
– Я знаю, кто ты, – отозвался он. – Представь, как я удивился, когда понял, что мне не придется тратить время, соблазняя тебя. Все оказалось очень просто.
– Но зачем тебе… почему? – спросила Рэйчел. Ее сердце колотилось как сумасшедшее, руки тряслись.
– Потому что я хочу забрать у него все. Все. И теперь у меня есть для него сюрприз. Я взял тебя первым.
– Ты негодяй! – Рэйчел стала лихорадочно собирать по комнате свою одежду. – Ты!.. В моем номере!.. – Она кинула свои вещи и начала собирать его имущество. – Одевайся и убирайся отсюда! – Она бросила в него шортами и рубашкой. – Вон!
Алекс начал одеваться.
– Я не знаю, кем ты считаешь своего жениха, но я знаю, кто он на самом деле, – произнес он.
– А я знаю, кто ты! Ты… я даже слова такого придумать не могу! Ты – не мужчина!
– Мы оба знаем, что это не так.
– Умение уговорить женщину впустить в себя твой здоровый член еще не делает тебя мужчиной!
– Ты хочешь сказать, что мне пришлось тебя уговаривать?
Конечно, не пришлось. Это была ее ошибка. Глупая, идиотская ошибка.
– Но ты… ты соблазнил меня нарочно! Ты знал, что это разорвет мою помолвку!
– А ты думала, что наша связь на нее не повлияет? Да что ты говоришь? Или ты бесишься из-за того, что я это планировал?
– Да! Я в бешенстве из-за того, что ты это планировал. Я думала, между нами произошло что-то… я думала. – Ее голос сорвался, гнев душил ее.
– Ты такая невинная, Рэйчел, – сухо проговорил он.
– Я уже не невинна, и мы оба это знаем. И виноват в этом ты!
– Нет, ты, agape. – Он застегнул шорты. – И не надо обвинять меня в том, что я заставил тебя изменить.
Она не успела ни о чем подумать. Его бумажник будто сам собой вылетел из ее руки, будто граната, ударив Алекса по уху и стукнувшись о стену.
– Вон! – завизжала она.
Да, она сама расстроила помолвку. Погубила семейный бизнес. И все – ради секса. Секса с мужчиной, который обманул ее, использовал, чтобы сделать больно Аяксу…
Аяксу, который этого ничем не заслужил. Который заботился о ней. А что будет с ее отцом… после всего, что он для нее сделал…
Рэйчел спрятала лицо в ладонях, изо всех сил стараясь сдержать слезы.
– Уходи. Уходи, – глухо проговорила она.
– Рэйчел…
– Ты разрушил мою жизнь! – закричала она. – Я думала, ты не такой. А ты просто лгал! Я погубила себя – и все оказалось ложью!
– Я тебе ничего не обещал. Ты совершила ошибку. Тебе не повезло.
– Не говори ему. – Рэйчел чувствовала, как внутри у нее словно сжимается тугой комок. – Только не звони ему.
– А мне и не придется. Ты не выйдешь за него.
– Думаешь, ради одной ночи с тобой я брошу мужчину, с которым помолвлена не один год? Это вряд ли!
Несколько минут назад это совсем не казалось невероятным. Всего несколько коротких минут… Она готова была пойти на скандал, пожертвовать своей семьей – и все ради него. О чем она только думала?!
– Уходи, – проговорила она. – И больше не ищи меня. И не звони ему… пожалуйста… не надо.
– Почему же? – Губы Алекса искривились в усмешке. – Я получил то, чего хотел. Я из тех, кто тщательно планирует каждый свой шаг, agape, и я не собираюсь менять свои планы из-за твоих слез.
Он вышел из номера, даже не оглянувшись. У Рэйчел подкосились ноги, и она осела на пол. Только в этот момент она осознала, что до сих пор не одета. Но это было не важно. Одежда не поможет ей почувствовать себя менее уязвимой. Менее… грязной.
Рэйчел чувствовала себя грязной.
Она предала Аякса.
Аякс…
В какой-то момент она была готова порвать отношения с ним, если бы…
Если бы Алекс не оказался отвратительным лживым ублюдком. А значит, она должна вернуться домой. Ее ждет свадьба. Ее жизнь пойдет своим чередом. Как будто ничего не случилось.
Вот почему она избегала страстей и всякого рода безумств. Для нее они несли с собой только боль. Доверие всегда оборачивалось предательством.
Нет, больше никогда!.. Она вернется к Аяксу, к безопасности. А если Алекс расскажет ему все, она будет молить его о прощении.
Она смотрела перед собой сухими горячими глазами. Боль выжигала внутренности.
Она забудет жар сегодняшней ночи. Забудет Алексиоса Кристофидиса.
Глава 3
Он все время твердил себе, что не пойдет на свадьбу. Твердил, когда садился на самолет в Нью-Йорке, и потом, во время полета, когда он выпил куда больше вина, чем обычно позволял себе в путешествиях. Твердил по дороге из аэропорта в поместье Холтов, где, как он знал, должна была состояться церемония.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
